Загремели ключи, и дверь со скрипом отворилась. Тирион прижался к сырой стене, жалея, что у него нет оружия. Ну ничего, он еще способен лягаться, кусаться и умереть со вкусом крови во рту — это уже кое-что. Плохо, что на ум не приходит никаких возвышенных последних слов. «Пошли вы все» вряд ли обеспечит ему место в истории.
Свет факела упал ему на лицо, и он заслонил глаза рукой.
— Входите же — или вы карлика испугались? Делайте свое дело, сукины дети. — Голос у него заржавел от долгого бездействия.
— Так-то ты отзываешься о своей леди-матери? — В темницу вошел человек, держа факел в левой руке. — Здесь еще гнуснее, чем в моей риверранской тюрьме, хотя и не так сыро.
На миг у Тириона перехватило дыхание.
— Ты?
— Большей частью. — Джейме исхудал и коротко остриг свои волосы. — Руку я оставил в Харренхолле. Выписать Бравых Ребят из-за Узкого моря было не лучшей мыслью нашего отца. — Он поднял руку, показав Тириону обрубок.
Безумный смех сорвался с губ младшего брата.
— О боги... прости, Джейме, но ты посмотри только на нас. Сыны Ланнистера, Безрукий и Безносый.
— Были дни, когда моя рука смердела так, что мне очень хотелось бы не иметь носа. — Джейме опустил факел, осветив лицо брата. — Ничего себе шрам.
Тирион отвернулся от света.
— Меня послали в бой без большого брата. Некому было заступиться.
— Я слыхал, ты чуть не спалил этот город.
— Врут. Я поджег только реку. — Тут Тириону вспомнилось, где и для чего он находится. — Ты пришел убить меня?
— Это еще что за слова? Мне следовало бы оставить тебя гнить здесь за подобные речи.
— Гнить здесь — не та участь, которую уготовила мне Серсея.
— Правда твоя. Тебя должны обезглавить завтра, на старом турнирном поле.
— А есть мне дадут перед этим? — опять засмеялся Тирион. — Тебе придется помочь мне с последним словом — мои мысли мечутся, как крысы в амбаре.
— Последнее слово тебе не понадобится. Я пришел спасти тебя, — до странности торжественным голосом сказал Джейме.
— Кто тебе сказал, что я нуждаюсь в спасении?
— Я уже и позабыл, какой ты вредный человечек. Теперь ты мне напомнил, и я, пожалуй, все-таки дам Серсее отрубить тебе голову.
— Ну уж нет. — Тирион заковылял к двери. — Что там наверху — день или ночь? Я потерял счет времени.
— Три часа пополуночи. Город спит. — Джейме вставил факел обратно в гнездо между дверьми двух темниц.
Свет в коридоре был такой тусклый, что Тирион чуть не споткнулся о тюремщика, распростертого на каменном полу. Он потыкал его ногой.
— Он мертв?
— Дрыхнет. Трое других тоже. Евнух приправил их вино «сладким сном», но не настолько, чтобы убить их. Так он по крайней мере уверяет. Он ждет тебя около лестницы, одетый септоном. Вы с ним спуститесь в клоаку, а оттуда выйдете к реке. В заливе ждет галея. У Вариса в Вольных Городах есть люди, которые позаботятся, чтобы ты ни в чем не нуждался... но старайся держаться в тени. Серсея наверняка пошлет за тобой погоню. Лучше тебе взять другое имя.
— Другое имя? Еще бы. Когда ко мне придут Жалостливые, я скажу: «Вы ошиблись, я не тот карлик, хотя у меня и шрам на лице». — Братья оба посмеялись над нелепостью слов Джейме, и старший, став на одно колено, поцеловал младшего в обе щеки, задев губами бугристую ткань рубца.
— Спасибо, брат, — сказал Тирион. — Спасибо за жизнь.
— За мной оставался один должок, — странным голосом сказал Джейме.
— Должок? — Тирион склонил голову набок. — Я не понимаю.
— Вот и хорошо. Некоторые двери лучше не открывать.
— Тут кроется какая-то мрачная тайна? Кто-то плохо говорил обо мне? Скажи — я не стану плакать.
— Тирион...
— Скажи, — повторил Тирион, уловив страх в голосе брата.
— Тиша, — отведя глаза, сказал Джейме.
— Что — Тиша? — с нехорошим чувством в животе спросил Тирион.
— Она не была шлюхой, и я не покупал ее для тебя. Это отец заставил меня солгать. Тиша, как и говорила, была крестьянской дочкой, которую мы случайно встретили на дороге.
Тирион слышал, как его собственное дыхание со свистом проходит сквозь дыру на месте носа. Джейме все так же не смотрел ему в глаза. Тиша. Он попытался вспомнить, какая она была. Девочка, совсем девочка, не старше Сансы.
— Она была моей женой, — прохрипел он.
— Отец сказал, что она вышла за тебя ради золота. Что она подлого рода, а ты Ланнистер. Стало быть, она ничем не отличается от шлюхи, сказал он, так что эта ложь вовсе и не ложь... а тебе нужен хороший урок. Он, мол, пойдет тебе на пользу, и ты еще скажешь мне спасибо.
— Спасибо?! Он отдал ее гвардейцам. Всей казарме. А мне велел смотреть. — И не только смотреть, а и взять ее напоследок... мою жену...
— Я не знал, что он это сделает. Поверь мне.
— Поверить? С чего я должен тебе верить в чем бы то ни было? Она была моей женой!
— Тирион...
Он ударил брата — открытой ладонью, но в этот удар он вложил весь свой страх, всю ярость и всю боль. Джейме, сидевший на корточках, опрокинулся на пол.
— Ну что ж... похоже, я это заслужил.
— И не только это, Джейме. Вы с моей сестрицей и нашим любящим отцом — я даже сказать не могу, чего вы заслуживаете, но вы получите это сполна, клянусь. Ланнистеры всегда платят свои долги. — Тирион заковылял прочь, чуть было снова не споткнувшись о тюремщика. Не пройдя и дюжины ярдов, он наткнулся на решетку, закрывающую проход. О боги! Он едва удержался, чтобы не зареветь.
— Ключи у меня, — сказал, подойдя сзади, Джейме.
— Ну так открывай. — Тирион отошел в сторону. Джейме отомкнул решетку, прошел на ту сторону и оглянулся через плечо на брата.
— Ты идешь?
— Только не с тобой. Отдай мне ключи и уходи. Я сам найду Вариса. — Тирион наклонил голову набок и посмотрел на Джейме своими разными глазами. — Ты левой рукой драться можешь?
— Не так хорошо, как ты, — с горечью ответил Джейме.
— Это хорошо. Значит, мы будем на равных, если встретимся снова. Калека и карлик.
Джейме подал ему связку ключей.
— Я сказал тебе правду, ответь и ты тем же. Ты это сделал? Ты убил его?
Этот вопрос стал еще одним ножом, пронзившим ему нутро.
— Ты уверен, что хочешь это знать? Джоффри стал бы королем похуже Эйериса. Он украл у своего отца кинжал и дал его наемнику, чтобы тот перерезал горло Брандону Старку — известно это тебе?
— Я... догадывался.
— Что ж, яблочко от яблони недалеко падает. Джоффри и меня убил бы, как только пришел к власти. За то, что я мал ростом и безобразен — этого ведь не скроешь.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Бедный ты, глупый калека. Я что, должен все тебе разжевать и в рот положить? Будь по-твоему. Серсея — лживая шлюха, она спала с Ланселем, с Осмундом Кеттлблэком, а может, и с Лунатиком, почем мне знать. А я именно то чудовище, каким меня все считают. Да, это я убил твоего мерзкого сына. — Тирион заставил себя ухмыльнуться — жуткое, должно быть, зрелище при свете факела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
