было только предположить, что это он – очертания лишь примерно угадывались сквозь толстый слой плесени и грибковых наростов. Рядом торчал еще один покрытый серо-зеленым налетом холм. Дан предположил, что это прибор для связи.
Дан подумал, что скорее всего материалам экспедиции пришел каюк. Даже стопроцентно пришел – что можно вытащить из такой убитой техники?
Он еще раз осмотрел комнату, выглянул наружу, приказал:
– Сяо Ли и Дитриха ко мне.
Неунывающий китаец вошел, сверкая улыбкой, за ним следовал мрачный Дитрих.
– Зашибись, Камал впал в транс, – доложил он. – Пророчит беду.
Дан отмахнулся: не до чокнутого индуса.
Китаец вошел в домик Дана и тут же бросился к столу. В раскосых глазах загорелся огонек любопытства. Сначала он вручную отодрал от компьютера самый толстый слой плесени, потом достал из кармана кисточку и принялся обмахивать поверхность.
– Как думаешь, оттуда можно что-нибудь вытащить? – спросил Дан.
– Информация бессмертна, – ухмыльнулся Сяо Ли. – Я попробую.
– Нет, не надо. Просто почисти его. А пробуют пусть заказчики. Мне интереснее связь.
Китаец кивнул. Под его руками компьютер приобрел почти нормальный вид.
– Устаревшая модель, – сказал Сяо Ли. – С кристаллическими носителями информации. Это и к лучшему, они не такие капризные и более прочные.
Он подбежал к шкафу, достал из кармана какие-то загадочные инструменты, поколдовал, распахнул дверь.
На полках лежали прозрачные длинные футляры, в которых были аккуратно уложены синеватые кристаллы с ноготь величиной.
– Вот они, материалы экспедиции, – объявил Сяо Ли.
– Значит, компьютер и не нужен? – обрадовался Дан.
– Почему? Мы же не знаем, все ли записано на кристаллы. Может быть, какая-то часть информации есть только в памяти компьютера.
– Хорошо. Упаковывай его, уходим.
У Дана не было никакого желания медлить. День перевалил за вторую половину, он понимал, что на ночь придется разбивать стоянку в джунглях. Но там по крайней мере их могли поджидать уже знакомые опасности. А в лагере, полном мертвецов, оставаться не хотелось. Черт его знает, может, то, что убило этих людей, до сих пор живет здесь?
Сяо Ли принес сумку, аккуратно, чтобы не повредить старинную вещь, уложил компьютер и кристаллы. Дан сумку забрал. Китайцу очень не хотелось расставаться с интересной техникой, но он смирился.
– Дитрих, командуй сбор.
По откровенной радости, отразившейся на татуированной физиономии штурмана, стало понятно, насколько его пугает лагерь мертвых. Он выскочил за дверь, снаружи донесся его веселый голос:
– Подъем, встали, муданговы дети! Живее, живее, если не хотите здесь заночевать!
Предстоящая ночевка в джунглях пугала пиратов гораздо меньше. И даже индус Камал, пророчивший беду, срочно выпал из транса.
Обратный переход через реку прошел благополучно. Пираты проверили герметичность скафандров, чтобы не влезли радужные личинки. Местная разновидность крокодила тоже не появилась – то ли зверь был один такой в реке, то ли на этот раз экипажу сопутствовало везение.
Отойдя на километр от реки, Дан приказал становиться на ночевку. С наступлением темноты все забрались в капсулы, лишь КОК бессменным часовым торчал посреди лагеря.
– Бетси! Ты где? – Дитрих фон Валленштайн не спешил укладываться, бродил между капсулами. – Кэп, ты не видел эту чертову развалину?
Дан пожал плечами.
– Бетси! Зашибись, видно, кто-то уже с ней развлекается. Ладно, придется брать Марию…
Дуриан опять чудесным образом оказался в жилище Дана. Вилял хвостом, умильно поглядывая на Настю – кажется, подруга капитана ему очень нравилась. Девушка почесывала его за ушами, зверь довольно урчал.
Дану не спалось. Он смотрел в окошко, ожидая прихода тумана. Но сегодня багровая дымка так и не появилась. Дан задремал.
Его разбудил сильный толчок, вышвырнувший из койки. Следом закричала Настя. Капсула ходила ходуном, как будто ее то ли подкидывал кто-то гигантский, то ли подхватил и нес бурный поток. Настя сидела в углу, недовольный Дуриан прижался к ее боку.
Капсулу тряхнуло еще сильнее.
– Держись! – крикнул Дан.
Капсула перевернулась, так что все ее обитатели оказались на потолке. Замигал и погас свет: панель была повреждена. С треском раскололись и вылетели окна, внутрь ворвались странные звуки – высокий, на одной ноте, дикий вой. Дан одной рукой ухватил Настю, другой вцепился в поручень возле входа. Дуриан решил проблему, впившись зубами в край кровати.
Капсула кувыркалась, ударялась обо что-то, сотрясалась и трещала, словно неведомый гигант сжимал ее обеими руками, пытаясь раздавить, словно орех. Настя самозабвенно визжала, но за поручень держалась крепко. Дан как мог страховал подругу. Дуриан, сжав челюсти мертвой хваткой, болтался в воздухе. Снаружи в окно врывался душераздирающий вой.
Неизвестно, сколько это продолжалось – Дану показалось, что прошла вечность. Руки затекли, пальцы не слушались, он боялся, что отпустит поручень. Наконец капсулу в последний раз с силой швырнуло обо что-то, и наступила тишина.
– Что это было? – отдышавшись, простонала Настя.
Дан подождал немного, потом с трудом разжал пальцы, отпустил поручень, подвигал ладонями, чтобы восстановить кровоснабжение, натянул скафандр и осторожно выбрался из капсулы.
Картина в раннем утреннем свете предстала неприглядная – треснувшие, закрученные спиралью стволы деревьев, лишенные ветвей. Многие были с корнем вырваны из земли. Кругом, то брюхом вверх, то на боку, валялись полураздавленные, изломанные капсулы. Дан пересчитал – одной не хватало. КОКа тоже видно не было. Измученные, покрытые синяками и ссадинами пираты выползали наружу. У всех на лицах было написано изумление и страх.
На макушку упал кусочек коры, потом еще. Дан отступил, поднял голову. С высокого дерева, словно огромная горилла, спускался КОК, держа под мышкой Сяо Ли. Механик покорно болтался в ручище киборга.
КОК тяжело спрыгнул на землю, отпустил китайца и полез обратно. Вскоре вернулся с Вагифом.
– Капсулу доставать?
– Не надо, – Дан махнул рукой. – Все равно восстановлению не подлежит.
– Это было… – Сяо Ли так вытаращил глаза, что стал похож на европейца. – Страшно…
– Это было божественно! – возразил Камал. – Такая сила, такая мощь стихии…
На индуса давно все смотрели как на блаженного, так что возражать никто не стал.
– Ты что-то видел? – спросил Дан.
– Я не спал. Медитировал, – с серьезным видом ответил Камал. – Восстановил прану и принялся очищать чакры. Когда дошел до третьей, появилось оно…
Индус погрузился в раздумья, надолго замолчал.
– Так что оно-то? – поторопил Дитрих фон Валленштайн.
– Сила, – изрек Камал.
– Как хоть она выглядела?
– Сила невидима и безлика. Она просто есть. Но я находился в особом состоянии и видел… – Камал закатил глаза, принялся раскачиваться, как кобра под дудкой факира.
– Да говори уже! – разозлился Дитрих. – А то я тебе сейчас все чакры позатыкаю и прану оторву на хрен!
– Мне трудно рассказать непосвященным, – кокетничал Камал. – Но в общем, можно описать это как волны, идущие
