стало, наоборот, упоминание Короля душ только навеяло угнетающие мысли. Жертвовать своими людьми ради куска плоти, на котором в буквальном смысле держалось равновесие трех миров? И я ведь не могу сказать что-то в духе «да гори оно огнем, ваш проклятый мир!». Могла бы сказать два года назад, когда была надежда, что Айзен займет небеса, но сейчас…
А с другой стороны, шинигами все равно падут при первом нападении квинси, и мои пять копеек здесь существенной роли не сыграют. Не сыграют же? Поэтому я должна обезопасить своих людей. Хотя бы свой маленький мир…
И, естественно, обошлось не без комментариев.
— Подожди-ка… ты что, это серьезно?
— Серьезнее некуда, — метнув в Синдзи недовольный взгляд, я вновь вернула внимание на старших офицеров, которых собрала у себя в кабинете для поспешного информирования. — У тебя, я вижу, есть возражения.
— Конечно, есть. Приказ главнокомандующего, кажется, был очевиден — мобилизовать все доступные ресурсы, или ты собралась идти против него?
— А чем, по-твоему, я занимаюсь? — недобро сощурив глаза и сложив руки на груди, шикнула я на лейтенанта. — Я мобилизую все доступные ресурсы для предстоящей обороны Серейтея, и под «доступными ресурсами» имею в виду шинигами, которые знают, что такое сражение, и не станут простым пушечным мясом. Или ты предлагаешь отправить на передовую вчерашних выпускников академии, которых, блять, просто сметут за один удар? К тому же не забывай, что у нас есть и административный персонал. Из двухсот тринадцати человек только две трети могут дать достойный отпор.
— Две трети? Ты совсем что ли из ума выжила?! Выпускников там дай бог человек пятнадцать-двадцать, еще с десяток зеленых шинигами, а остальные…
— Остальные не бывали в боях, где им пришлось бы рисковать жизнью. Хватит уже спорить со мной, Хирако! — не выдержав и повысив голос, одарила мужчину жгучим взглядом и позволила реацу вырваться легкой удушающей волной. Старшие офицеры заметно напряглись, в то время как собеседник обозленно оскалился. — Тебе предлагали позицию капитана, но даже если ты решил портить мне жизнь, не зарывайся! Ты мой лейтенант, и не лейтенант отдает приказы. Можешь побежать пожаловаться главнокомандующему, но я хочу сохранить жизни своим людям, а не только бросаться на амбразуру во имя Серейтея.
— Шинигами — это военный потенциал… эти люди военный потенциал пятого отряда.
— Я — военный потенциал пятого отряда. Я и ты, — жестко констатировала я. — Если мы с тобой не справимся, то, думаешь, новички смогут?
С таким утверждением Синдзи не рискнул поспорить, и раз его так тянуло гордо защищать Серейтей, то пойдет со мной в первых рядах. Только странно, что его толкало на подобные подвиги, учитывая, что сотню лет назад Совет 46-ти списал его, как потенциальную угрозу. И эти законы он хочет защищать? Или же его до сих пор слепила ненависть к Айзену, чтобы ставить мне палки в колеса под любым предлогом?
— Офицеры Окита и Сенджумару, — обратилась я к мужчинам, — за вами остается защита штаба, а также находящийся здесь молодняк. Скоординируйте действия с нашими экспертами кидо и поставьте защитные барьеры, также подключите к этому тех новичков, которые пришли к нам пару месяцев назад. Пусть держат оборону дополнительным барьером внутри штаба. Я попросила капитана Унохану направить нам небольшой отряд медиков. Штаб пятого отряда также будет служить убежищем для раненных шинигами.
Переведя дух, продолжила:
— Что касается обороны, то здесь действуем, как обговаривали. Все помнят, в какой разбивке работаем?
Получив в ответ одобрительные кивки, заметила, сколь мрачно сощурил глаза Синдзи, и не без причины. Единодушная поддержка шинигами делала его белой вороной, он и сам уже понял за минувшие два года, что выполнял номинальную роль надсмотрщика.
Поначалу многие в пятом отряде относились ко мне с подозрением после вступления в должность капитана, Окита не раз говорил, что вернуть былое доверие будет непросто. Речь тут даже не о серых кардиналах Айзена. Люди не знали, что от меня ожидать, на чьей я стороне играла — была шпионом Айзена или же теневой фигурой Готей 13. Но не это мне было важно показать им, а свое искренне желание стать хорошим капитаном. Стать для них опорой. Чтобы они стали опорой для меня…
— Хорошо, тогда, соберите ваши группы и обговорите…
Духовное давление я почувствовала секундой раньше, прежде чем к улице привлек внимание оглушительный грохот. От его звука у меня сердце камнем упало в пятки.
— Что это?!
— Неужели враг уже напал?
— Проклятье! Капитан, нам выдвигаться?.. Капитан? — повторно окликнул меня Окита.
— А, да. Да, выдвигайтесь, действуем согласно плану! Защитите наших людей!
— Да!
Дождавшись, когда офицеры покинут кабинет, я обернулась к окну, за которым полыхали ярко-лазурные столбы света. Сердце бешено застучало в груди. Проклятье… почему? Почему я так боюсь? Хватит. Возьми себя в руки.
— Что? — заметив, что Синдзи остался стоять на месте, да буравил меня недовольным взглядом, я ожидала услышать очередное осуждение в свой адрес.
Тяжко вздохнув, мужчина, тем не менее, сообщил:
— Я понимаю, что тебе нет дела до Готея и остальных шинигами, кроме своего отряда, но… скажу тебе очевидную вещь. Всех ты не спасешь, поэтому тебе же будет лучше отказаться от наивной привязанности. Уж извини, Момо, но иначе ты не потянешь должность капитана.
Все верно. Должность капитана предполагала быть не столько справедливой, сколько жесткой и хладнокровной в своих решениях. И тем не менее…
— Если я не могу спасти всех, то попытаюсь спасти хотя бы своих, — упрямо прошептала я в ответ и, направившись в сторону выхода, добавила: — Идем.
Скинув с плеч хаори и обвязав вокруг талии за рукава, попутно стянула с руки защитную перчатку, чтобы сохранить одежду от беспощадного пламени. За два года рука так и не изменилась, я успела привыкнуть к мутации в отличие от тех, кто видел ее нечасто. Синдзи, например, рефлекторно кривился, явно вспоминая бой в Каракуре.
Забравшись на крышу соседнего здания, мы с мужчиной осмотрелись, заприметив ближайший очаг вражеской энергии, подле которого еще не появилось ни одного из старших офицеров или капитанов. Во дворе штаба люди носились, очертя голову, и лишь когда мастера кидо заняли позиции, возводя барьеры, я немного успокоилась.
— Ну что?
Мысленно поблагодарив Синдзи, что он не стал меня гнать розгами, позволив эту минутную слабость, я указала вперед.
— Там несколько врагов, чувствую трех, — сообщила я, а затем указала на очаг духовной энергии в двухстах метрах левее. — А там пятеро. Я пойду туда, а ты займись тремя.
— Вместе не хочешь поработать, да?
— Если буду подыхать, то, желательно увидеть твою морду,
