Цыси владело убеждение в том, что в Китае следует править народом совсем не так, как в западных странах, потому что в ее империи отсутствовала связь между правителями и подданными. «В заморских странах, – как отметила Цыси, – подданные [ся] чувствуют свою связь с правителями [шан]. Поэтому они и представляют такую опасность». Только с помощью избирательного права можно было наладить такую связь. С высоты своего положения она ясно видела выгоды парламентской монархии, например британского образца. Однажды в разговоре о королеве Виктории Цыси отметила: «Англия относится к великим державам мира, но вывела ее на такой уровень совсем не абсолютная власть королевы Виктории. За ее спиной [sic] в то время находились достойные мужчины, и, понятное дело, они подвергали обсуждению все, что только можно, до тех пор, пока не получали наилучшее решение…» В Китае «от моего решения зависит благополучие 400 миллионов человек. Притом что консультантом мне служит Верховный совет. всем относящимся к важным делам мне приходится заниматься самой». Хотя она и гордилась своими способностями, но все-таки признавала даже за собой катастрофическую ошибку в случае с ихэтуанями. С приемным сыном ей явно не повезло. На самом деле она не могла думать ни о ком при дворе, отдаленно способном стать ее преемником в качестве абсолютного монарха, особенно в современном мире.
В то время мысль о конституционной монархии витала в воздухе, и издатели нескольких газет активно ее пропагандировали. Среди них можно назвать издателя популярной в Тяньцзине газеты «Дагунбао» маньчжура по национальности, женатого на девушке из клана Айсин-Гёро. Как член императорской семьи, жена этого издателя прекрасно разбиралась в жизни двора и писала о ней актуальные репортажи в специальную рубрику. (Терпимость Цыси проявлялась в том, что издатель принадлежал к католикам, через свою газету он открыто признавался в симпатии императору Гуансюю и призывал вдовствующую императрицу отойти от дел.) В заметке «Мнение», опубликованной в 1903 году, автор отмечал, что «процесс политической реформы всегда шел от абсолютной к конституционной монархии, а потом к демократии. Если мы хотим преобразовать политическую систему Китая, наш единственный путь пролегает через конституционную монархию». В апреле 1905 года на страницах этой газеты появилась серия очерков на тему «Что надо сделать в первую очередь, чтобы возродить Китай?». Многие авторы сошлись во мнении, что требуется «покончить с абсолютизмом и построить конституционную монархию». Согласившись с таким взглядом и упомянув прочие предложенные первостепенные задачи, как то: «развитие промышленности, торговли и образования», автор редакционной статьи утверждал, что «без изменения нашей политической системы все перечисленное выше, даже в развитом виде, не получит прочного фундамента, на который можно будет опереться, и к тому же сохранится существующая ныне бездна между теми, кто правит, и теми, кем правят…». При формулировании своего решения Цыси вполне могла принять во внимание замечания, опубликованные в прессе.
16 июля 1905 года Цыси объявила об отправке в поездку по нескольким западным странам специальной комиссии для «изучения их политических систем». Она обратила внимание членов этой комиссии на то, что от них требуется провести тщательное изучение организации различных вариантов парламентского правления, «дабы мы могли внедрить в практику наиболее подходящую систему, когда вы вернетесь домой». Тогдашний западный наблюдатель все это дело сформулировал так: завладев инициативой и приступив к выполнению геркулесовой задачи «от верхушки до основания пирамиды», Цыси получила все возможности для того, чтобы отстоять интересы ее династии. Данную комиссию возглавил гунцзюэ (герцог) Цзайцзэ, числившийся прямым потомком рода Айсин-Гёро, женатый на второй дочери брата Цыси гунцзюэ Гуйсяна. Он и остальные сановники, привлеченные к этому делу, должны были позаботиться о сохранении привилегий маньчжуров при новой системе. Они к тому же должны были помочь Цыси успокоить остальных маньчжуров, опасавшихся за свое будущее.
Состав комиссии поделили на две группы, которые должны были посетить Британию, Францию, Германию, Данию, Швецию, Норвегию, Австралию, Россию, Голландию, Бельгию, Швейцарию и Италию, а также Японию с США. Гунц-зюэ Цзайцзэ со своим многочисленным антуражем, состоящим из тщательно отобранных помощников, 24 сентября погрузился на поезд Пекинской железной дороги, чтобы начать путешествие по миру. В этот момент республиканец У Юэ, преданный идее свержения правящей Маньчжурской династии, привел в действие фугас, заложенный в вагоне гунцзюэ. В результате ранения получил глава делегации и больше десятка посторонних пассажиров. Три человека погибли, в их числе сам подрывник. У Юэ вошел в историю Китая как первый подрывник-самоубийца. Цыси, вся в слезах, когда успокаивала членов комиссии, подтвердила свою решимость довести до конца задуманное предприятие. Эти мужчины отправились в путь в конце того же года, увозя с собой ее заверения в том, что «она возлагает на них большие надежды». Во время их отсутствия образовали конституционную канцелярию, сотрудникам которой поручили исследование различных вариантов парламентской монархии и поставили целью составление конституции, наилучшим образом подходящей Китаю.
Члены конституционной комиссии вернулись из своей поездки летом 1906 года. Знавший, с каким нетерпением их ждет вдовствующая императрица, гунцзюэ Цзайцзэ прямо с вокзала отправился в Летний дворец и подал прошение на предоставление ему аудиенции. Цыси приняла его с восходом солнца на следующее же утро, аудиенция продолжалась два часа. Она встретилась с ним еще раз и предоставила аудиенцию остальным членам его комиссии. Они написали отчеты о своей поездке, которые составили многие десятки томов, и представили их в конституционную канцелярию. В декларации эпохального значения, опубликованной 1 сентября 1906 года, от своего собственного имени вдовствующая императрица Цыси объявила о своей цели, состоявшей в установлении конституционной монархии с выборным парламентом, которая должна была прийти на смену существующей абсолютной монархии. Западные страны, сказала она, богаты и могучи в силу своей политической системы, при которой «общественность вовлечена в государственные дела», а «создание и расходование богатства страны вместе с планированием и исполнением политических мер открыто для участия каждого гражданина». Вдовствующая императрица дала ясно понять, что в китайском варианте народовластия «исполнительная власть принадлежит двору, причем общественности принадлежит право участия в государственных делах». Она попросила население своей империи «проникнуться духом патриотизма, встать на путь развития» и заняться переходом к новому государственному устройству «упорядоченным, спокойным и мирным способом». Цыси призвала своих подданных почувствовать себя «ответственными гражданами»: народ теперь рассматривался в качестве «граждан своей страны» – гоминь.
