— Киртан?
— Заходи, — лениво произнес друг, сидящий в одном из кресел в своем кабинете. Закрыв за собой дверь, я медленно вошел, окинув взглядом комнату. Вопреки всему, ятугар выбрал кабинет, который любил меньше всего, из-за его темной и мрачной обстановки. Не смотря на солнечный день за окном, правитель ятугаров наглухо задернул шторы, погружая без того темную комнату в зловещий полумрак.
Сам же князь сидел, спокойно откинувшись на спинку кресла, держа в одной руке хрустальный бокал, до краев наполненный вином, а в другой какое-то украшение, которое меня пока что ни капли не заинтересовало. Мои мысли были заняты другим.
— Что за срочность? — вопросительно изогнул я бровь, усаживаясь в глубокое кресло напротив того, в котором сидел приятель.
Вместо ответа Киртан швырнул украшение на стол и, даже не поморщившись, опрокинул в себя бокал с вином, сделанный на основе крови дракона. Это уже наводило на определенные мысли.
Решив задуматься об этом чуть позже, я взглянул на брошенный предмет… и несколько похолодел. На столе лежала черная атласная лента с каплей черного хрусталя. Застежка на украшении была выдрана с корнем, словно ленту сняли с шеи рывком.
— Это… — в моем голосе была слышна плохо сдерживаемая ярость. Я знал только одного человека с подобным украшением. Только вот мой демоненок скорее умрет, чем позволит снять с себя эту ленту силой. Но факты говорили об обратном.
— Лента Хелли, — кивнут Киртан, со стуком поставив бокал на стол, — Доставила саламандра несколько минут назад.
— Мальчишка? — сразу же спросил я, настраиваясь на браслеты и печать.
— На Острове, — мгновенно ответил Киртан, — Маркус в целости и сохранности, но…
— Она узнала, — я резко распахнул глаза, едва почувствовать отклик глухой ярости и злобы, что клокотала внутри эльфийки.
То, чего мы опасались больше все, действительно случилось. Хелли узнала правду, как бы мы не пытались ее скрыть. И хотя причин было для этого множество, она просто не поняла наших истинных намерений. В таком состоянии, как сейчас, боюсь, любые доводы для нее будут просто бесполезны.
Я не понаслышке знаю, что бывает, когда Хеллиана Валанди находится в ярости, и боюсь, что кто-то уже успел пострадать. Остается надеяться, что Таилшаэлтен не попался ей под горячую руку. Не хотелось бы, чтобы потом мой демоненок жалел о том, что натворила под властью эмоций.
— Танар, ты понимаешь, что мы наделали? — устало спросил Киртан, потерев виски.
— А ты помнишь, для чего мы это сделали? — вопросом на вопрос ответил я, хотя уже и сам до конца не был уверен в своей правоте.
Как и тогда, передо мной стоял выбор. Или же рассказать все Хелли и поставить ее под удар, или утаить правду и потерять ее доверие. Видят боги, я не хотел причинять ей эту боль, помня, что она пережила в свое время из-за предательства братьев де Рен. Я видел, я знал, я понимал это. Я с большим трудом вернул ей улыбку и желание жить, не огладываясь на прошлое, и не бояться удара в спину.
Но я сам все это и разрушил, не только обманув ее, но и заставив остальных утаить правду. И я не знаю, что будет теперь. Надеяться, что она поймет и простит? Вряд ли. Я бы не простил, как это уже сделал однажды.
Но поступить по-другому я все же не мог. Все должно идти так, как задумали Хранители. И хотя раньше я не хотел, чтобы Хелли жила по их правилам, все же решил оставить пока все, как есть. Узнай мой демоненок о том, что ее жизнью управляют, она бы взбунтовалась. А тщеславным богам этого мира не нужны непослушные пешки. Пока все должно идти так, как идет. Хранители должны быть уверены, что они смогли оборвать все ниточки связи с людьми, которые дороги Хелли, и я помог им в этом.
Она нужна Хранителям, и я даже догадываюсь, для какой цели. Но это должен быть ее выбор, а не мой. Мне не нужна слабая эльфийка, за которую выбирают другие. Мне нужна упрямая и своевольная магичка, которая сама распоряжается своей жизнью. И я уверен в ней, как ни в ком другом. Когда придет время, она сделает правильный выбор, и я не буду ей мешать.
Но так просто я ее не отдам.
Я не могу ей объяснить все сейчас, но уверен, чуть позже, она поймет.
— Мне от этого не легче, — вздохнул приятель, устало откинувшись обратно на спинку кресло, — Я не хотел причинять ей такую боль. Ты понимаешь, что…
Договорить ему не дал мощный порыв ветра, резко распахнувший тяжелые двустворчатые двери, ведущие в кабинет. Следом за этим в комнату, проехавшись спиной по полу, влетели два ранхара, явно находившиеся без сознания, а до этого мирно стоявшие на страже. Следом за этими двумя, в кабинет кубарем влетел Сайтос, который должен был прибыть следом за мной.
Демон был изрядно потрепан, а по его виску стекала тонкая струйка крови.
— Во имя святого ежика, — с болезненным стоном протянул эрхан, напрасно пытаясь приподняться хотя бы на локтях, — Как же больно-то…
— Да ладно? — раздался циничный смешок со стороны двери, знакомый, но в тоже время абсолютно чужой, — Что ты знаешь о боли, мой крылатый друг? Поверь, все только начинается.
— Ниэль, — голос Киртана прозвучал обреченно.
Резко развернувшись в сторону двери, я почувствовал холодную ярость, никак не связанную с тем, что чувствовала Хелли. Это была моя собственная злость, вызванная внешним обликом человечки… а точнее тем, что с ней стало.
Хрупкое, изящное и миниатюрное тело эльфийки было обтянуто костюмом наемницы, состоящее из тонких штанов с заниженной талии и кожаным лифом. На руках, животе, плечах и шее виднелись тонкие кожаные ремешки, а на ногах были высокие сапоги на тонком и высоченном каблуке. Густые волосы магички были заплетены во множество тонких косичек, которые спускались до самого пояса и были закреплены мелкими серебряными бусинами, которые позвякивали при малейшем движении.
Во внешнем виде Хелли читался вызов, от забавной и упрямой человечки не осталось и следа. Хищные зелено-желтые глаза смотрели на Киртана с холодной яростью. Меня она словно и вовсе не замечала.
И если раньше ее внешность и небольшой рост могли ввести в заблуждение многих, в том числе и меня, то сейчас мало кто рискнул бы к ней подойти, даже не смотря на отсутствие какого бы то не было оружия. Я знал моего демоненка, как никто другой. Она бы никогда не вышла из дома без оружия.
Но теперь, передо мной стояла не лунная эльфийка, моя Равная, которую я смог полюбить, вопреки всему. Передо мной стояла приемная дочь Гекаты, девушка, отмеченная даром смерти. Но Гекате не нужна была такая Хелли, как и не нужна была мне. Я любил и хотел видеть только моего демоненка, упрямую, гордую, забавную и независимую, с ее неповторимым ехидством и чувством юмора.
