— Думаю, существует, — сказал Та-Дюлатар. — Может быть, без Ноиро в ее и вашей жизни.
— Почему?
— Слишком мало вероятности случайной встречи. Даже когда судьба столкнула их, они не сразу опознали друг друга.
— Вы хотите сказать, что если бы не беда…
— Так всегда, госпожа Иссет.
— Ну, может, это было бы к лучшему. Они ведь и не знали бы о такой возможности и о существовании друг друга…
— Да, наверное. Но, боюсь, что искали бы, сами не понимая, чего ищут, — задумчиво согласился врач и посмотрел в окно, за которым совсем уже стемнело. — Поглядите!
Госпожа Иссет и Айят увидели среди звезд большое вытянутое и размытое пятно.
— Комета… — сказала профессор. — У нас их считают предвестницами всевозможных несчастий — войн, катастроф, эпидемий.
— У нас тоже так считали в древности. Правда, и без комет войны, катастрофы и эпидемии постоянно происходили в какой-нибудь части планеты…
— Интересно, что это за комета? Ноиро, ты случайно не знаешь?
Она похлопала по плечу увлеченного спором мэтра Гиадо и показала незваную гостью в небесах. Кузен пожал плечами:
— Я не астроном, Агатти. Ничего не могу сказать. И СМИ по этому поводу промолчали…
— СМИ не промолчали, — вмешался Дэсвери, — это нас отрубили от связи с внешним миром.
— Могу предположить, что комета — слишком ничтожное событие по сравнению с войной, — заметил профессор Лад, поглаживая черную щеточку усов. — И по этой самой причине о ней не говорят на каждом шагу…
Хаммон подступил к Та-Дюлатару и разгладил перед ним на столе изрисованную бумагу:
— Ну что, парень, теперь давай-ка изучать план местности…
* * *
— Скорее выходим отсюда! — приказал Форгос, обнимая Нэфри за талию и вынося за пределы кромлеха.
В сельве занималась заря.
— Святой Доэтерий! — девушка вертела головой, не в силах поверить. — Это же и правда Рельвадо! Мы только что были в Кийаре — а теперь в Рельвадо! Здесь пахнет сельвой! А знаете, я на пару секунд очутилась еще в одном месте, но не успела его разглядеть, и меня вышвырнуло сюда. Что это за место такое?
— Это, деточка, твой внутренний мир.
— А если бы я там осталась?
Бывший мэр перестал шагать, остановился и, оглянувшись, отрезал:
— Тогда с твоей смертью там погиб бы весь твой мир. И ты стала бы черной звездой. Хочешь стать черной звездой, деточка?
— Нет.
— Ну вот тогда иди и не задавай глупых вопросов.
— Мэтр Форгос!
— Да?
— Можно я попрошу вас об одном одолжении?
— Да.
Нэфри остановилась, набрала побольше воздуха в легкие и что было мочи заорала:
— Хватит! Называть! Меня! Деточкой! — а затем с милой улыбкой, чуть присев в полупоклоне, добавила: — Заранее благодарю, господин мэр.
Он с восхищением оглядел ее:
— Протоний покарай, была бы ты постарше… Хватит орать, пойдем, нам до Айдо еще ковылять и ковылять.
— А меня, между прочим, заели комары.
— И что? Мне почесать тебе спинку?
— Зачем такие нежности? Достаточно погулять по зарослям айгуны…
— Что это за заросли?
— А пойдемте, покажу!
Он покачал головой, но пошел следом за нею. Нэфри вошла в кусты и начала кружиться вокруг своей оси, задевая соцветия. Форгос кашлянул и отвернулся. Кажется, девчонке понравилось дразнить его своим полуобнаженным телом.
— Ну что же вы, мэтр? — она расхохоталась. — Не стесняйтесь, входите, тут пыльцы и на вас хватит!
— Ты бы, деточ… Ты бы вышла оттуда. Для начала.
— А что такое? — она сделала невинные глаза. — Вы же сказали, что я могу не стесняться и что у вас есть веские аргументы… Ладно, я так и поступлю. Идите, иначе вас съедят.
Но тут они услышали непонятный гул. Земля под ногами заколебалась, и Нэфри, выходя из айгуны, схватила за руку Форгоса. Тот крепко зажмурился:
— Ну вот и все. Прощай, дет… девочка.
— Что это? Комета? Да?
Не раскрывая глаз, он кивнул.
— Сейчас здесь будет пекло. У меня есть с собой пистолет и яд. Быстродействующий. Если будет очень уж мучительно, мы всегда сможем воспользоваться ими. Они в рюкзаке.
— Давайте попробуем выкарабкаться, мэтр? — предложила она. — Пока, вроде бы, ничего страшного не случилось. Слышите? Вот и грохот уже стихает…
— Да. Попробуем. Я говорил о крайнем случае, чтобы ты знала, что есть выход.
Нэфри заглянула ему в глаза:
— Вы отчаянный. Теперь я понимаю, почему вы были другом моего отца. Если я действительно так похожа на него, как говорит мама, то на его месте я тоже выбрала бы вас в друзья…
Он подбросил на плечах свою ношу и ускорил шаг. Девушке пришлось почти бежать за ним, что после многих дней, проведенных без всякого движения, было нелегко.
— У нас не было особого выбора, — сказал Форгос. — В нашем случае дружба была неизбежной. Когда правая рука не в ладах с левой — это, скорее всего, рассеянный склероз, а если организм здоров, то части тела обычно находятся в согласии. Но иногда мне жутко хотелось набить морду твоему папаше, особенно когда он упирался и мешал делу. А было это часто…
— Вы же понимаете, что мне надо к Ноиро? Да?
— Нэфри, давай договоримся не возвращаться к этому вопросу, пока мы не будем во Франтире и не узнаем, что приключилось у нас в стране? Кажется, там и в самом деле все не так, как предсказывали наши астрофизики, иначе мы с тобой давно уже корчились бы в агонии.
— Но мы можем это проверить сейчас же, стоит только…
— Угу, покинуть тело и попасть в руки «угольков»? Славно придумала. Ты даже не представляешь, что там сейчас делается после моего побега и как они нас ищут, когда поняли, что конец мира откладывается. Если, конечно, он и в самом деле откладывается… Когда мы остановимся на привал, ты даже не вздумай высовывать туда свой нос, если не хочешь разделить участь своего папаши. Впрочем, они могут, если отыщут, поступить с нами и как с отцом Ноиро, без всяких выходов…
Нэфри будто окатили водой:
— С отцом Ноиро? Он тоже?..
— Нет. Он не «тоже». Наши параноики исходили из сведений, изложенных в легенде о пророчестве одного из кийарских правителей, который жил еще при Гельтенстахе. Там говорится, что некий Сотис, последний в роду, должен уничтожить власть Тайного Кийара и в этом ему снова поможет его супруга. Искали они именно Ноиро, высчитав срок его появления на свет. Причем опять же по этим дурацким легендам. Но поскольку близкие родственники имеют одно излучение, одну вибрацию и один и тот же «привкус», то по ошибке был выпит его отец, уже отмеченный «пиявкой» — их соседкой, которая понемногу тащила жизнь из всех, кто ее окружал. Ему пресекли связующую нить, и врачи констатировали инфаркт. Так я и нашел Ноиро, стал за ним наблюдать, взвалил на себя эту протониеву издательскую деятельность, когда узнал, что он склонен к журналистике. Мне нужно было заполучить его. Пришлось поднажать, где положено, чтобы разорить «Зеркальный мир» мэтра Эре. Пришлось искать все изъятые свидетельства о туллийском ящере — и я нашел еще много явных доказательств иной истории, чем написано в книгах. Доказательства эти методично оседали в наших архивах. Потяни ниточку — размотаешь весь клубочек. Позволь узнать о динозаврах — завтра захотят узнать о телепорте. А уж тут Тайный Кийар претендовал на монополию. И в итоге я заполучил Сотиса в свое распоряжение.
