Апрель был одним из напряженнейших месяцев в обеспечении войск Украинских фронтов. Кроме фронтовых частей ГВФ, которые перевезли для этих фронтов 25000 человек личного состава и 3500 тонн груза, самолетами боевых частей Авиации дальнего действия для 1-го и 2-го Украинских фронтов было доставлено более 2300 тонн груза, в том числе 1500 тонн боеприпасов и 600 тонн горючего. Перевезено и около 4500 людей, на что затрачено более 1500 самолето-вылетов.
В апреле завершались операции второго удара Украинских фронтов. АДД в интересах 1, 2 и 3-го Украинских фронтов было сделано 1830 самолето-вылетов на боевое применение. Главное внимание уделялось железным дорогам, которые подвергались массированным ударам. Перехватывались железнодорожные составы на перегонах. Наносился удар по скоплению войск и техники противника в районе Балабанешти, Чимишени (22 километра восточнее Кишинева). Самолеты-охотники атаковали баржи при перевозке войск через Днестровский лиман, подавляли средства противовоздушной обороны, успешно действовали по автотранспорту на шоссейных дорогах, подходящих к Львову, а также на шоссе Львов — Перемышль.
Серьезный урон понес противник на железнодорожном узле Львов, где во время бомбометания оказалось большое количество эшелонов. В четырех налетах участвовало 673 самолета. По узлам Абаклея и Бендеры удары наносились также массированно.
На территории Румынии ударам с воздуха подверглись морской порт Констанца и крупный речной порт Галац, эшелоны и склады на железнодорожных узлах указанных пунктов. Морской порт и железнодорожный узел Констанца дважды подвергались бомбардированию, в котором принимал участие 431 самолет. Значительная часть порта была охвачена пламенем, были видны сильные взрывы. Железнодорожный узел и порт Галац бомбились однажды 197 самолетами. По полученным через Генеральный штаб данным, только одних барж было затоплено там четырнадцать, подожжены два завода, уничтожены или сожжены морские мастерские и склады. [425]
В апреле начал проводиться третий сокрушительный удар. АДД, содействуя наступлению войск 4-го Украинского фронта, уничтожала плавучие средства в Южной бухте порта Севастополь, а также скопление там войск и техники противника. Наносился бомбовый удар по артиллерийским позициям и пехоте противника в районе Сапун-гора, высота 172,7, высота 179,0, колхоз «Большевик», высота 173,0, совхоз № 10 (весь район — 1—7 километров юго-восточнее Севастополя). Кроме большого количества пожаров в Южной и Корабельной бухтах отмечены два прямых попадания 250-килограммовых бомб в транспорты. На указанные цели произведено 804 самолето-вылета.
Продолжались боевые действия АДД и на Ленинградском фронте юго-западнее Нарвы, где наносил удар 581 самолет, а также юго-западнее Пскова, где наносились удары по узлам сопротивления, артиллерии и живой силе противника в районах населенных пунктов Бабаево, Воробьево, Кузнецово, Ерусалимка, Попов Крест, Выдра, Неклочь, Филатова Гора, Атаки и других.
В этих ударах принимали участие 759 самолетов. По узлам сопротивления противника в районах Панево, Авдятово, Асановщина, Скоморохово, Ласковицы, Таделкова, Вашкова, Дуловка, Сеткино и других (24—26 километров южнее Пскова) принимало участие 553 самолета. По скоплению войск и техники противника в районе города Остров наносили удар 327 самолетов.
Удары с воздуха наносились и по военно-промышленным объектам в Эстонии, куда сделано 689 самолето-вылетов.
Одновременно поддерживались боевые действия 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов. По железнодорожным узлам Идрица и Резекне, а также по скоплению войск противника юго-восточнее Полоцка, северо-восточнее Лепель и в районе Лепель сделано 970 самолето-вылетов.
Северный участок фронта тоже оставался в нашем поле зрения. Мы продолжали выполнять задачу по обеспечению проводки судов союзников, уничтожая авиацию противника на аэродромах ее базирования, а также наносить удары по крупным гарнизонам в интересах операций Карельского фронта. По сообщению Военного совета фронта, в результате боевых действий оперативной группы АДД, находящейся там, противнику нанесены значительные потери и крупный материальный ущерб, что подтверждалось фотоснимками и показаниями пленных.
Что касается работы фронтовых подразделений Аэрофлота, то следует отметить, что самолеты 1-й транспортной дивизии и 87-го гвардейского Отдельного авиаполка для войск 3-го Украинского фронта, наступавших на Одессу, перевезли в апреле 6720 человек и 1000 тонн военного груза. Для 1-го Украинского фронта перевезено более 2500 человек и более 1000 тонн груза.
Для 4-го Украинского фронта и Отдельной Приморской армии, начавших в апреле третий удар, подразделения ГВФ доставили более 12000 человек личного состава и более 760 тонн боеприпасов, горючего и другого военного груза. [426] Следует отметить 9-й Отдельный авиаполк, который за время высадки нашего десанта на Керченский полуостров совершил туда 7000 самолето-вылетов и перевез более 3000 человек командного состава, доставил 330 тонн боеприпасов, продовольствия и медикаментов и вывез оттуда более 3000 раненых. Личный состав полка установил дежурство в воздухе со средствами спасения и спас несколько человек летного состава с самолетов, сбитых противником над проливом во время воздушных боев. Дежурившие в воздухе экипажи сбрасывали нашим товарищам резиновые и спасательные лодки в снаряженном состоянии.
Общие же перевозки фронтовых частей ГВФ за апрель — более 42000 человек и около 5000 тонн груза. Я не располагаю данными о количестве сделанных этими частями самолето-вылетов, но количество часов, налетанных за этот месяц, — без малого 44000.
Боевые части АДД за этот месяц сделали 9904 самолето-вылета, из которых 8368 ночью и 1536 днем.
А ведь все сделанное за этот месяц нужно было спланировать, организовать, проконтролировать, своевременно в ходе уже проводимой работы изменять, перенацеливать. В напряженные месяцы, особенно при проведении второго и пятого ударов, нагрузка на всех в штабе АДД была, если можно так выразиться, дьявольская. Спать там было некогда. И вот что интересно: за все время работы штаба мне не известно ни одного случая, когда бы кто-то что-то перепутал. Удивительно, но это было так, и не только у нас в АДД, а всюду, во всех частях фронта, во всех объединениях и соединениях. Подавляющее большинство распоряжений, как я уже говорил, передавалось устно, и лишь потом шло письменное подтверждение, и, казалось бы, могли быть ссылки на то, что при получении устного распоряжения что-то не так было понято! Но за всю войну нигде я не слышал о какой-либо путанице в отданных и принятых к исполнению словесных распоряжениях, хотя довелось мне побывать не на малом количестве фронтов. Останавливаюсь на этом вопросе потому, что четко отлаженный во время прошедшей войны порядок не потерял, а, думается мне, приобрел еще большее значение сейчас, в мирных условиях, когда четкость работы при все более и более усложняющемся руководстве требует особого внимания.
