соглядатаи и информаторы Капитулата, которые могут передавать им разведданные из осаждённого города даже через океан. Ну не верю я, что чёрная шкатулка, отнятая мной у Вох-Ууле, существует у альвэ в единственном экземпляре. Во-вторых, это спящие диверсионные ячейки, среди которых могут оказаться и опытные милитарии. В-третьих…
— Великий Наставник, к вам проситель! — беспардонно вторгся в мои размышления знакомый голос.
Я поднял взгляд на дверь и увидел Ислу, дисциплинированно замершую на пороге подобно изваянию.
— Какой ещё проситель? — сошлись на переносице мои брови.
— Он отказался представиться, но уверял, будто вы лично приглашали его на разговор, — доложила милария гран Мерадон. — Похоже, что этот человек чего-то страшится, потому скрывает лицо в тени одежд.
— Неужели Старец Корвус соображает быстрее, чем я думал? Не ждал его так рано. Ну да что уж, не держать же гостя на пороге? Будь добра, проводи его ко мне.
— Как пожелаете! — браво отсалютовала Безликая и исчезла за дверью.
Ну а я достал из ящика стола железную маску и отточенным движением водрузил её на лицо. Ну что ж, пора безжалостному Маэстро снова выходить на помост, ведь прибыл очень важный зритель.
Глава 12
— Позвольте выразить вам моё почтение, веил’ди, — обозначил полупоклон визитёр, когда вошел в мой кабинет.
— Советую вам постепенно отвыкать от алавийского этикета и переходить на традиционный, — хмыкнул я, опуская приветствие. — Понимаете, к чему я клоню, Корвус?
— Вполне, экселенс, — схватил он намёк на лету.
Надо же, какой покладистый. Даже немного подозрительно. Но ничего, я сначала испытаю Золотого глаза, а уже потом решу, можно ли доверять ему.
— Так что привело вас ко мне? — сделал я вид, будто не понимаю, зачем он пришёл.
— У нас ведь оставалась незавершённая беседа, экселенс, — тактично напомнил Старец. — И вы говорили, что я могу в любой миг к ней вернуться. Мне кажется, время пришло.
— А знаете, что кажется мне, Корвус? — заставил я собеседника изрядно напрячься. — С недавних пор обстоятельства изменились. Ваши, с позволения сказать, партнёры заявились ко мне, чтобы выставить ультиматум. А потом, когда я не уступил, попробовали разжечь массовые беспорядки среди черни. И я не могу быть уверен, что вы не поддерживаете ночные кланы. Откуда мне знать, что это не хитрая уловка, чтобы подобраться к врагу ближе?
— Я же… но я ведь не принимал никакого участия в том, о чём вы говорите!
— Это всего лишь слова, — равнодушно пожал я плечами.
Золотой глаз изо всех сил тушил разгорающееся возмущение, но оно всё равно прорывалось наружу — стиснутые челюсти, быстрое дыхание, сжатые до едва видимой дрожи губы. Ну да, дружочек, а ты как думал? Что я тебя расцелую с порога и золотую диадему префекта на макушку водружу? Наивный! Сначала ты сожжёшь все мосты с прошлым. Я должен стать единственной пристанью, где ты сможешь укрыться от шторма. Единственной дорогой, которая приведёт не к могиле, а к сытой жизни и благоденствию. И вот тогда-то мы начнём сотрудничать по-настоящему…
Лидер «Жерновов» был проницательным человеком. Я уверен, что весь мой внутренний монолог он прочёл по глазам, пристально разглядывающим его из прорезей железной маски. И потому Корвус сразу повернул диалог в деловое русло:
— И как же, веил… кха! Простите, экселенс. Как же мне заслужить доверие?
— Я не стану требовать невозможного, Золотой глаз, ибо понимаю, что вам тоже нужно присмотреться ко мне. Оценить, насколько я верен сказанному слову, и измерить глубину моей щедрости. Поэтому мы начнём с малого. Сперва я хочу, чтобы вы запустили кое-какой слух. Вовсе не обязательно от своего имени. Собственно, мне глубоко безразлично, кто станет его источником. Но каждый алавиец в Элдриме должен узнать, что у него появился шанс сбежать за пределы городских стен. И цена такого шанса… ну-у-у, пускай будет полкилограмма золота за каждую душу.
— Кажется, я понял ход ваших мыслей, экселенс. — блеснул прозорливостью Старец. — Вы собираетесь сделать так, чтобы темноликие сами пришли к вам? Но зачем выставлять дополнительные препятствия? Ведь не у каждого гражданина Капитулата сыщется такая крупная сумма…
— Тем лучше, ибо мелкие пешки меня не интересуют. В первую очередь, я хочу избавиться от самых влиятельных персон. А мы живём в таком мире, где самые влиятельные, как правило, являются заодно и самыми обеспеченными.
— Я понял, экселенс. Запустить слух не проблема, — серьёзно кивнул Корвус. — Но неужели это всё?
— В принципе, да. Остальное будет уже моей заботой. Всё собранное добро можешь оставить себе. Считай его наградой за проделанную работу.
От моего заявления разноцветные глаза Старца медленно полезли из орбит.
— Хотите сказать, что за каждого, кто откликнется и принесёт оплату, я получу полкилограмма золота? — с оттенком недоверия уточнил он.
— Конечно, Корвус. Ведь мало просто запустить слух. Необходимо сделать ещё и так, чтобы он дошёл до нужных ушей. Я пока не располагаю требуемыми для этого ресурсами. Поэтому готов щедро вознаградить того, кто выполнит это задание для меня. А вы заодно попытаетесь прикинуть, какой может быть моя благодарность за настоящее дело.
* * *
Я стоял на крепостной стене Элдрима и взирал на копошение во вражеском лагере. Создатель Многоокий, сколько же народу Капитулат сюда согнал? Сейчас передо мной простиралось беспокойное людское море, теряющееся где-то за горизонтом. Бесчисленные шатры возвышались, как шляпки диковинных грибов. Наконечники тысяч копий, воткнутых в землю, кровожадно блестели в закатных лучах небесного светила. Клубы дыма от мириад костров делали грязным сам воздух. Голоса, команды, перекрикивания лязг оружия, ржание коней, стук топоров — всё сливалось в сплошной гул, доносящийся до города, словно морской прибой.
Основную долю этой кишащей массы составляли, конечно же, молдегары. Издалека они напоминали разросшуюся до гигантских размеров колонию чёрной плесени. Но среди их воронённых доспехов, словно звёзды на ночном небе, часто мелькали серебристые точки до блеска полированных нагрудников Дев войны.
Мы ждали наступления дня, когда алавийцы, наконец, достигнут Элдрима. Но та скорость, с которой противник заполонил всё побережье, была сравнима, пожалуй, только с потопом. От появления вдалеке авангарда вражеской армии до момента, когда их солдаты приступили к рытью траншей, прошла едва ли пара часов.
Капитулат демонстрировал железную решимость. Каждый его шаг и каждое действие красноречиво свидетельствовали — компромиссов не будет. Маховик войны запущен. И он не
