разразившаяся на улице, я почти обрадовался. Устав гнуть шею над ворохом бумаг, я вскочил со своего рабочего места и хрустнул пальцами. Наконец-то! Надеюсь, это альвэ погнали солдат на штурм. Сколько ж у Насшафы свежего мяса появится…
— Эй, сюда! — махнул я первому встречному Безликому.
Тот, увидав меня, поспешил в мою сторону.
— Великий Наставник, я к вашим услугам!
— Что происходит? Что за шум? — сразу обозначил я предмет своего интереса.
— Простите, но я не знаю, — смущённо опустил голову магистр. — С самого рассвета я несу службу здесь и не выхожу на улицу.
— Понял, ступай, — серьёзно кивнул я и отправился дальше.
Вскоре мне посчастливилось заметить фигуристый силуэт Ислы, вихрем носившейся по коридорам временной резиденции братства. И вот она уже оказалась осведомлена обо всём творящемся в городе.
— Мой экселенс, вражеские корабли произвели залп по улицам! — доложила она.
— Пострадавшие? Разрушения? — нахмурились под маской мои брови.
— Ещё пока ничего не сообщали. Всё что я знаю, это лишь о самом факте атаки.
— Странно, а где дым? — задумчиво выглянул я в окно, из которого открывался вид на Элдрим и далёкую гавань.
— Действительно, Наставник, неспроста это… — пробормотала Исла.
Ещё примерно час потребовался новостям, чтобы добраться до меня. Оказалось, что капитолийские стормвелеры зашвырнули в нас полторы сотни бочек, но не с жидким огнём, а… с шерстью. Да-да, я не оговорился. Сам не понимаю, в чём тут дело, но факт остаётся фактом.
Естественно, я пожелал лично взглянуть на эти необычные снаряды. Поскольку если где-то происходит что-то странное, нечто такое, чему у тебя не находится объяснения, то самое время насторожиться.
— Это оно? — вопросительно указал я на груду деревянных обломков, привезённую к резиденции братства.
— Истинно так, Великий Наставник! — проревел Безликий, будто находился на параде. Вчерашний неофит, наверное…
— И кроме этого внутри ничего больше не было? — на всякий уточнил я, разглядывая спутанный ком то ли волос, то ли шерсти.
— Да, Наставник! Только эти чёрные клочки! — ничуть не сбавил громкости магистр.
Поморщившись от рвущих перепонки децибелов, я склонился ниже, чтобы повнимательней изучить собранные обломки. Ну да, простой бочонок. Вот остаток стального обода, а вот разбитый в щепки остов и целая гора чёрных волокон. Пока ещё не понимаю, зачем Капитулату обстреливать этим Элдрим? Разве что…
Пугающая догадка царапнула сознание. И я, желая опровергнуть её, брезгливо потянул двумя пальцами за прядь скатанных в комок лохм. Стоило только мне прикоснуться к шерсти, как я заметил, как мелкие тёмные точки перепрыгивают с неё на мою кисть. Это что ещё за насекомые?
Ловко поймав одну из букашек, я поднёс её поближе к глазам, чтобы рассмотреть. И в тот же миг, сердце пропустило удар. Твою ж мать! Этого я и боялся…
Небольшое усилие, и козявка с едва слышимым щелчком лопается между пальцев. Не тратя времени на объяснения, я формирую плетение «Горелки» и, невзирая на едкий чёрный дым, выжигаю каждый клок спутанной пакли.
— Запомнили, что нужно сделать с этими проклятыми бочками? — воззрился я на Безликих.
Братья молча кивнули.
— Тогда вперёд! К закату ни одной уже не должно валяться на улицах!
Магистры, отсалютовав, поспешили исполнять поручение. И только лишь Гимран с Ислой остались рядом.
— Мой экселенс, я могу у вас спросить, что происходит? — заговорила милария гран Мерадон. — Для чего Капитулат сменил свинцовые ядра и горючую смесь на… это?
— Всё просто, госпожа Полночь. Они хотят, чтобы мы здесь передохли. Все, включая население Элдрима.
— И как же нам навредит эта вонючая шерсть? — не понял нор Лангранс.
— Шерсть — никак. А вот те, кто в ней ползает и вьёт гнёзда, очень даже могут.
В качестве объяснения я продемонстрировал трупик насекомого, которого раздавил пальцами.
— Это же обычная блоха-власоед? — недоумённо вскинул бровь Гимран.
— Вот именно. И я не думаю, что альвэ рассчитывают, будто мы зачешемся до смерти. Поэтому, уверен, паразиты чем-то заражены. Может тифом, а может и чумой.
— Чу… мой? — вмиг охрипли мои помощники и посмотрели на пепел, оставшийся от бочки, совсем другими глазами.
— Именно. Поэтому нам всем предстоит изрядно потрудиться, чтобы Элдрим не превратился в огромный смердящий могильник.
— Но как же темноликие посмели заразить город⁈ — возмутилась Исла. — Они ведь сами его возвели, сами правили здесь!
— Для долгоживущих альвэ мы кто-то вроде скота, — озвучил я известный любому из нас факт. — Поэтому им проще уничтожить без разбора вообще всех, включая местных жителей, а потом заново заселить Элдрим.
— Вот же ублюдки… — стиснул челюсти Гимран.
— Что есть, то есть, — согласно кивнул я. — Однако гнев нам сейчас не помощник. Нас ждёт очень много работы, мои братья…
* * *
Мои самые худшие опасения подтвердились уже через двое суток. Появились первые заболевшие с симптомами Гнева Драгора. Так у нас на востоке простолюдины величали бубонную чуму. Я всячески старался остановить или хотя бы замедлить распространение заразы — расставлял по городу кордоны, дежурные отряды, создавал карантинные зоны. Причём, моим солдатам активно помогали люди Золотого глаза. Благодаря им мы практически сразу узнавали о новых вспышках болезни и изолировали очаги.
Ох, что я только не перепробовал. Объявлял награду за убитых крыс, распорядился массово ставить на них ловушки и рассыпать отраву. Приказывал вымывать каждую щель в Элдриме уксусом и зольным раствором. Своих людей заставлял ходить в длинной закрытой одежде, а рукава и штанины заправлять в перчатки и сапоги. Запретил собираться горожанам в храмах, тавернах, на рынках и вообще где бы то ни было.
Но ничего из этого не работало. Гнев Драгора никуда не исчезал, и каждый день фиксировались всё новые и новые случаи. Страдали все — и стар и млад. Пока заболевших было не так уж и много, но это лишь потому, что я сразу же учредил специальные чумные бараки. Туда свозили всех, у кого проявлялись симптомы. И, естественно, популярности в глазах жителей это мне не прибавило. Напротив, они воспринимали меня деспотом и тираном, который мучает простой народ. Дескать, мало им страданий и обрушившихся бедствий, так ещё и этот изверг в стальной маске не даёт ухаживать за больными родственниками и выдёргивает их из семей.
Тогда мне, скрепя сердце, пришлось отправить в чумные лазареты своих Безликих. Там
