лорд Ибисидский. – Почти муж.
– Почти не считается, – буркнула я.
Если бы я могла краснеть, то вспыхнула бы с головы до пяток, потому что леди Мириам знакомилась с моим «женихом» Лаором всего несколько дней назад. Призрачная дама кинула в меня многозначительный взгляд, но тему развивать не стала. К счастью.
Зато за фразу мэра схватилась Сарочка. У нее встрепенулись странички, и она вопросила:
– Жених? Так вы лорд Ибисидский, шо ли?
– Он самый, госпожа Книженция, – самым любезным тоном отозвался «почти» муж.
Ее нарисованные глазки округлились. Затем она посмотрела на мое безвольное тело в руках мэра и сказала:
– Адель, ты там тока не умирай! Я должна еще погулять на твоей свадьбе и понянчить твоих детей!
Она говорила что-то еще, почти без остановки, но отчего-то в ушах начал нарастать гул, и я практически ее не слышала. Звуки окружающего пространства тоже будто бы немного затихали, становились неважными. А мир стремительно терял краски.
– Что со мной? – испуганно спросила я у бабки Мириам. – Я перестала слышать гримуаров!
Почему-то ее я начала слышать гораздо четче. Ее видели отчего-то все, а меня замечала только она.
– Ты уходишь за грань, Адель, – ответила она. В ее голосе больше не было веселья. – Если лорд Ибисидский ничего не сможет сделать, то это будет конец. Мне искренне жаль.
Тем временем мэр уже спустился в подземелье и остановился у небольшой дверцы, максимально напоминающей по покрытию и виду стену – видимо, ее тщательно маскировали. Проход открылся, и мы вошли в небольшое помещение с внушительным плоским светлым камнем посередине. Он был размером с алтарь в натуральную величину, но магии в нем не чувствовалось. Комнатка была почти копией той, где мы проводили ритуал над Лаором.
На себя, кстати, со стороны было странно смотреть. На свои рыжие волосы, россыпь веснушек, молочную бледную кожу, которая почти сливалась с цветом ночной рубашки. Меня аккуратно держал в руках мэр. Он же заботливо переложил меня на тот самый серебристый камень.
Яркие локоны, похожие на языки пламени, рассыпались по каменному ложу. Розовая лента, которая ранее удерживала волосы, мягко упала на темный пол.
Мужчина неожиданно встал на колени у моего… тела. Ему на руку лег Фоля, открытый на нужной странице.
Оторвав взгляд от своего лица, ставшего алебастрового цвета, я перевела его на жениха-спасителя. Если отрешиться от ситуации, то следить за четкими действиями лорда Ибисидского было одним удовольствием. Он двигался уверенно и решительно, словно с дюжину подобных мне девиц спасал посредством этого ритуала.
Он начал что-то говорить, наклонившись к моему лицу. Если бы я могла чувствовать, то ощутила бы его дыхание.
Только слов я не слышала – видела, как двигались губы.
Наблюдала, как нервно нарезала круги обеспокоенная Сара.
Как искрились вокруг искры магии, так напоминающие маленькие звездочки.
– Завораживающе, правда? – Рядом со мной витала бабка Мириам. – Сам ритуал разделения жизненных сил очень красиво выглядит. Только…
Она замолчала, видимо, выдерживая патетическую паузу.
– Он очень сложный. На моей памяти им смогли воспользоваться правильно лишь четыре раза.
– А что будет, если мэр не справится? – спросила я.
Мужчина уже почему-то раскрывал шнуровку на моей ночной рубашке и водил руками по моей… допустим, грудной клетке, при этом не касаясь меня. Выглядело двусмысленно, но я отмела стыдливость подальше. Как-то сейчас главное выжить.
– Вариантов много. – Призрачная леди склонила голову к плечу. – Твой лорд может сойти с ума. Или отправиться за грань за тобой.
Лучше бы я не спрашивала про это! Теперь мне стало еще более не по себе.
– От жизни к жизни, от силы к силе, – вдруг сквозь вязкую пелену пробрался голос лорда Ибисидского. – Элиос виорт тарге, добровольно передаю свою жизнь, добровольно делю свою силу. Да будут луна и солнце мне свидетелями.
Каждое слово отзывалось во мне. Напоминало, что мне нужно дышать. Моргать. Что я состою из плоти и крови.
Меня медленно начало тянуть вниз, к безучастно лежащему на камне девичьему телу. А потом лорд Ибисидский вдруг склонился ко мне и… коснулся моего рта. Только это не было поцелуем. Скорее, так оказывают первую помощь и делают искусственное дыхание. Только он на грудь мне не давил. Просто выдыхал в меня жизнь, и с каждой секундой я начинала чувствовать.
Жесткий скользкий камень. Необработанный скол ложа, впившийся в спину. Запах очень приятного парфюма.
Вся жертвенная озарилась яркой вспышкой света. Я зажмурилась.
* * *
Первое, что увидела, открыв глаза, так это свою комнату. Точнее, потолок. Потом заметила, что там отсутствовал кусок штукатурки.
Кажется, ремонт у меня затянется надолго.
Повернулась к прикроватной тумбочке и увидела хрустальную вазу с букетом чайных роз белого цвета.
Воспоминания захлестнули меня тут же. Я припомнила все: как любовалась букетом пионов, как мне пришла гениальная идея сделать масляные духи и как я чуть не умерла. А лорд Ибисидский пришел и спас меня!
В последнее верилось с трудом. Вдруг у меня были галлюцинации?..
И я бы еще терзалась сомнениями, если бы не раздались шаги, а затем появился лорд Ибисидский собственной персоной. Свежий, в очередном красивом камзоле белого цвета, с узорами серебряной нитью по рукавам, с собранными в хвост платиновыми волосами.
И я – наверняка растрепанная, в одной ночной рубашке.
– Доброе утро, Адель, – раздался бодрый голос мужчины.
– И вам доброе. – Я присела на постели и до подбородка укрылась одеялом. Затем перевела взгляд на букет и настороженно спросила: – Что за цветы?
– Не волнуйся, они от меня. Не отравленные, – краем губ улыбнулся столичный градоначальник, сев на край моей кровати.
По-хозяйки так устроился на одну половину, а не деликатно на краешек.
– Зачем?
Кажется, я теперь буду избегать всячески букетов после этого случая.
– Подарок для невесты, чтобы она не принимала букеты от других. Кто, кстати, тебе подарил пионовые эльвии?
– Эльвии?
– Очень похожи на пионовые розы, но вызывают у жертвы привыкание, дурманные сны и, наконец, смерть. Так от кого они?
Я задумалась. Изначально я считала, что дарителем был Рей, но он бы точно не стал присылать мне отравленные цветы. Просто незачем, наверное. Кто тогда?
Леди Рейвенс? Решила, так радикально завершить «интрижку» сына, раз по-хорошему договориться не получилось?
Эванджелина, которая ревностно относилась и к магистру, и к своему приемному отцу?
Тетя с дядей ведь не могли?.. Или могли?
У меня начала болеть голова от подобных мыслей. Мне до сих пор не верилось, что на меня совершили покушение. Хотя после случая с Лилит возможно все.
– Не знаю, – честно призналась я, начав массировать виски мягкими круговыми движениями. – Букет принесла Бетси, а ей отдал посыльный, сказав, что от неизвестного заказчика.
– А Бетси – это та служанка, которая так рьяно выполняет свои обязанности, что караулит у дверей своей леди со стаканом? – иронично отозвался мэр. – Давно уже не сталкивался с этим методом прослушивания. Разбаловали меня технически подкованные шпионы!
И хотя он даже растянул губы в насмешке, льдистые глаза так и оставались холодными.
– Она самая. – Я несколько смутилась. – Я с ней проведу профилактическую беседу.
Я, наверное, слишком мягкая хозяйка, потому что у меня не получалось управлять прислугой. В доме тети мне было жаль просить о чем-то вечно усталых горничных, поэтому частенько все делала сама. Собственно, поэтому я полностью самостоятельная. Но в этом есть свои плюсы – если останусь без денег на помощницу, то не пропаду.
– Не надо. Я сам с ней пообщаюсь. – Аристократ несколько долгих секунд смотрел на меня очень внимательно. Будто сканировал взглядом…
У меня от напряжения ладошки вспотели, которыми я сжимала одеяло. Мне показалось, что все, разговор окончен, но мэр вновь начал говорить:
– Право слово, Адель, я удивлен, что ты повелась на отравленные цветы. Это же тренд прошлого сезона. Сейчас модно подсыпать яд в пудру.
Точно не леди Рейвенс цветочки прислала! Мне кажется, что эта дама следует последним трендам, а то и задает их лично. Прошлогодними методами она бы не воспользовалась.
Я удивленно похлопала глазами.
– Миленькие традиции, конечно, в высшем свете, – нервно прокомментировала я. – Лорд Ибисидский, я очень
