благодарна вам за спасение, но… – Запнулась, сделала большой глоток воздуха и все же закончила свою мысль: – Может, вы разорвете помолвку? Видите, я плохая кандидатура в жены, даже не знаю про модные методы отравления неугодных леди.
– А так все хорошо начиналось, – усмехнулся Одар Ибисидский. – Могла бы остановиться на благодарности.
– Еще раз спасибо! – повторила я, вспомнив, что говорила про ритуал, найденный на страничке Фоли, леди Мириам.
Видимо, наш случай пятый успешный исход.
– К вашим услугам, леди Харвис, – насмешливо улыбнулся мэр. Затем мужчина поднялся, намереваясь уйти.
– А как вы узнали, что… что мне плохо? – спохватилась я.
Мэра снова посмотрел на меня. И мне вдруг пришла мысль, что такой необычный цвет я видела лишь однажды, когда мы с тетей, дядей и их детьми ездили на зимний курорт. Там, недалеко от домика, который мы взяли в аренду, находилось большое озеро. В зимнее время он покрывался толстым слоем льда. И на этой поверхности, как в зеркале, отражались небо и верхушки великих ели. Учитывая, что подо льдом была еще вода, когда светило солнце, все цвета смешивались, и получался очень необыкновенный оттенок. Холодный серо-голубой – вот так я бы описала цвет его глаз.
– Кольцо на твоем пальце – артефакт, – лаконично ответил мужчина.
Меня тут же захлестнуло возмущение.
– Ах вы!.. – Я чуть было не поднялась, но вовремя вспомнила, что до сих пор в одной лишь тонкой ночнушке. Прижала к груди одеяло и недовольно констатировала: – Вы за мной следите!
– Такой я вот нехороший, милая моя, не даю безвременно покинуть этот мир своей невесте. В суд подавать будешь?
Лорд Ибисидский откровенно издевался надо мной.
Я сникла. Ведь действительно, если бы не кольцо, получается, сейчас все уже готовились к поминальному обеду и готовили мне местечко в родовом склепе Харвисов. Может, и не теплое, но наверняка очень помпезное.
– Не буду, – тихо сказала, опустив взгляд.
– Вот и молодец. А то обвинение звучало бы странно. «Мой жених подарил мне старинный родовой перстень, который является артефактом, и я очень недовольна этим фактом».
– А вы прям рифмоплет!
– Чего нет, того нет, – расхохотался в ответ лорд Ибисидский. – Боюсь, милая Адель, вершиной моего стихотворного антиталанта являются стишата про кровь и любовь. Хотя нет, в пору наивной юности и первой любви я еще пытался выдать что-то про любовь и морковь.
Я мрачно посмотрела на мэра. Его было сложно представить что юным, что наивным, что влюбленным. Но стишата про «морковь» все равно интриговали, если честно.
– Я поняла. Осознала. Хватит издеваться.
Действительно осознала, между прочим. Если перстень из старых родовых артефактов, то в нем наверняка изначально заложена функция извещения о том, что с невестушкой не все в порядке. Времена были темные, страшные. За невестами надо было следить-с.
– Ладно, я тебя понял, сменим тему.
Вдруг я ощутила прикосновение к щеке. Лорд склонился надо мной. Горячие пальцы мужчины погладили нежную кожу. И пока я с огромными глазами наблюдала за происходящим, мэр сказал:
– Сменим ее… на ремонтную. Милая, я заметил, ты снова не стала принимать мою помощь.
– Вы про что? – переспросила я, облизнув пересохшие губы.
Надо заметить, что скорость, с которой лорд перескочил с одного на другое, меня слегка деморализовала.
Льдистые глаза потемнели.
– Про работников. Ты наняла не профессиональных мастеров по моему списку, а сомнительных личностей. Уверена в своем выборе?
Вот и на что он рассчитывает? Что я вздохну, а после заявлю, что он совершенно прав и работники не то чтобы отличные. А потому спасите меня, дорогой жених, и решите это маленькое затруднение!
Вот так, да? К сожалению, есть вещи, которые, если ты сама в них ввязываешься, нужно самостоятельно же разруливать. А потому…
– Конечно. Я провела собеседование и осталась довольна их умениями. – Я вскинула подбородок, стараясь выглядеть уверенно. – На днях мне обещали закончить ремонт в разрушенной столовой.
– Хм, – задумчиво изрек мужчина. – На днях, значит, закончат? Тогда предлагаю нам с тобой поужинать в этой столовой через… неделю, допустим.
Я не знаю, кто меня тянул за язык, но я согласилась! Согласие вылетело из моего рта, и тут же на меня накатило понимание.
Во-первых, я согласилась на ужин с вообще-то с мэром. От которого хотела отвязаться, между прочим!
Во-вторых, для того, чтобы поужинать, нужны будут хотя бы стол и стулья, которые я велела убрать в подвал. Я хотела обставить столовую мебелью позже, когда отремонтируем весь первый этаж. Возможно, даже заказать что-то новое. А теперь, видимо, придется поторопиться.
– Прекрасно, – протянул довольно мэр. – Тогда договорились. Я внесу этот вечер в свое расписание.
А вот мне прекрасно не было. А вдруг мастера не успеют? Тогда что? Этот вопрос я и задала мужчине.
– Тогда моя очаровательная невеста, несмотря на свою гордость, принимает помощь, и наемная бригада ремонтирует все поместье за несколько дней, – отозвался он.
Я нахмурилась. Конечно, щедрое предложение, только меня это не устраивает. Я хочу сделать все сама!
Значит, я обязательно справлюсь, и через неделю мы будем ужинать в отремонтированной и красиво обставленной столовой.
* * *
Как всегда – сказать оказалось проще, чем сделать.
Я стояла в дверях той самой столовой, за моей спиной парили гримуары. И мы наблюдали поистине пасторальную картину.
На диване с гнутыми золочеными ножками, обтянутом синим бархатом в серебристую полосочку, лежал… бригадир, наверное? Он лениво разглядывал потолок и что-то жевал. Кажется, яйцо. Во второй его руке торчали перышки зеленого лука. Он смачно откусил от них. Потом забросил в рот остатки яйца. Вытер губы обратной стороной ладони. И в заключение издал звук, который уж точно не стоило издавать в присутствии благородных дам.
Его помощники проводили время не менее приятно, чем их предводитель. Положили на два бочонка краски доску, оседлали ее и резались в картишки. Притом доска была из янтарного ясеня, которым ранее была отделана эта комната. И кажется, мы договаривались, что дорогие панели ошкурят, покроют лаком и вновь вернут на южную стену.
Мне нравились современные тенденции на сочетание разных материалов. И в мыслях я уже представляла, как хорошо дерево будет смотреться с покрашенными в спокойный цвет стенами. Стол тоже хотела сделать деревянным, из тех самых панелей. И во время приемов пищи думала использовать не большие скатерти, а индивидуальные круглые или прямоугольные салфетки, на которых бы как раз помещались тарелка, приборы и бокал.
Именно так все было в моем воображении. Элегантно, красиво, сдержанно, но несколько экстравагантно.
А в реальности… в реальности мужики сидели и ничего не делали! И, прости Единый, рыгали в моей столовой!
Один из работяг, не оборачиваясь, бросил:
– Бетси, детка, сбегай нам еще за винишком!
Его компаньон по игре поднял глаза, и те настолько расширились, что я даже стала опасаться, что они выпадут. Он ткнул первого ногой.
– Свен…
– А че? Сама же она говорила, что винища тут много, а хозяйка ничего не считает.
Чувствую, начнет. И вино, и колбасу. И серебряные ложечки!
– Свен!
Парень, заметивший меня раньше, подскочил, но споткнулся и растянулся на полу. Прямо на моем старом, но некогда прекрасном, а ныне поцарапанном паркете!
Таким выступлением заинтересовались все остальные. Сначала они посмотрели на парня, а после уже на стоящую в дверях меня.
– Добрый день, – очень мрачно поздоровалась я, размышляя о том, что в предложениях Фолианта все же было немало дельного.
Иногда жертвоприношение – это благо и очищение мира от жуликов!
Я разозлилась настолько, что на моих ладонях появлялись язычки пламени. Мелькнула и пропала мысль о том, что надо озадачиться огнеупорными платьями. А то уже почти весь гардероб в дырочках и подпалинах. Леди Харвис, называется… графиня.
В зале остался только бригадир, остальные решили тотчас убраться через противоположные двери. Их начальник, разумеется, тоже желал удрать, но я надежно спеленала его сетью. Даже удивительно, что она с первого раза получилась! От злости, наверное.
– Г-г-госпожа? – заикаясь спросил мужик, грустно шевеля конечностями. В таком виде он напоминал не особо симпатичную гусеницу.
– Госпожа, – согласилась я и с неподдельным
