Он сказал правду. Он понимал ее, как никто другой. И лишь он один мог дать возможность насытиться наконец идолу алчности, пожирающему ее сердце. Мог… Но не хотел.
Флора отошла к окну, обхватила себя за плечи обеими руками, глядя на белый мраморный подоконник. Непонятное волнение одолевало ее все сильнее. «У меня все получится, — думала она, стараясь вернуть неожиданно утраченную уверенность. — Я все продумала. Ошибки быть не может. В крайнем случае придется отложить…»
— Что отложить? — прозвучал за спиной знакомый голос, и она, вздрогнув от неожиданности, обернулась.
Кристоф стоял, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на нее, чуть прищурившись. Флора даже приблизительно не представляла, сколько времени он уже находится здесь, наблюдая.
— Я начала разговаривать вслух сама с собой? — Ни единым жестом она не выдала своего волнения. Улыбнулась. Но кадаверциан продолжал пристально рассматривать ее. И Леди вновь с досадой почувствовала, что иногда магия ее очарования на него не действует.
— Ты начала думать очень громко. — Кристоф по-прежнему стоял у двери, не делая попыток подойти. — А на моей памяти это случалось дважды. Первый раз, когда ты натравила на меня Акселя Тхорнисха, чтобы проверить мой магический потенциал…
Флора нахмурилась, нетерпеливо постукивая носком туфельки по полу. Встреча началась не совсем так, как она рассчитывала.
— Ты, кажется, была с ним очень… дружна до тех пор, пока не поняла, что некоторые боевые заклинания кадаверциан мощнее, чем магия клана Нахтцеррет. А второй раз…
— Может быть, достаточно?! — воскликнула она резче, чем хотела. — Я пришла сюда не для того, чтобы вспоминать недоразумения прошлого.
— Недоразумения? — Он насмешливо поднял черные брови. — Вот как это называется.
И она снова с досадой подумала, что кадаверциан — не Эд, которого можно заставить делать все, что угодно, одним щелчком пальцев, не Дарэл и даже не Аксель Тхорнисх, ставший в конце концов вполне управляемым. Колдун был упрям не меньше, чем она, и не менее горд.
— Именно так! Это было давно. Тогда я еще не… — она запнулась.
— …не сделала свой выбор, — закончил Кристоф, лукаво сверкая глазами. Он отошел наконец от двери, приблизился, взял ее руку, развернул и коснулся губами ладони. — И теперь я смело могу признать, что, кроме скучной практической выгоды от своей силы, я получил неожиданный великолепный подарок в виде твоего интереса к моей персоне.
Флора невольно усмехнулась, выслушав это высокопарное заявление.
— Ты невозможен. Ты же знаешь, мой интерес к тебе вызван не кадаверцианским могуществом.
— Быть не может… — Он завладел второй ее рукой, продолжая иронически улыбаться. — Неужели сейчас я буду осчастливлен признанием?
Леди Даханавар поняла, что если бы она была человеком, то побелела бы от злости. Он играл с ней. Потешался. Как будто чувствовал, что сейчас она вынуждена мириться с его насмешками и заставлять себя сдерживаться, чтобы не ответить нахалу достойной едкой фразой. Сделав над собой усилие, Флора обворожительно улыбнулась и сказала тихо:
— Почему бы и нет? У тебя была возможность убедиться…
— О да. — Кристоф поцеловал по очереди ее руки и со смехом выпустил их. — Я убедился. Твое сердце действительно занято страстным влечением… к власти. И я преклоняюсь перед этим постоянством.
Теперь она рассердилась по-настоящему: «Каков мерзавец! Я открываю ему душу, признаюсь в своих чувствах, а этот хам имеет наглость смеяться! Да любой… валялся бы сейчас у меня в ногах и целовал руки, не веря своему счастью!» Естественно, вслух Флора этого не сказала, но искренне веселящийся кадаверциан прочитал все гневные упреки в ее бешено сверкающих глазах.
Продолжая улыбаться, он подошел к столу, провел ладонью над бокалами, снимая с них заклинание, не позволяющее крови остыть, и сердце Флоры замерло на мгновение. Она уже совсем было простилась с возможностью осуществить сегодня вторую часть сложного плана, но, похоже, снова появился шанс…
С равнодушно-высокомерным видом она подошла к столу, взяла бокал с «чистой» кровью и сказала безразлично:
— Не понимаю, что вообще заставляет меня находиться рядом с таким невежей, как ты!
— Да, сударыня, мое воспитание слегка хромает.
Он коснулся ее бокала своим и выпил кровь двумя долгими глотками.
На секунду Флора почувствовала острое сожаление оттого, что сейчас это красивое гордое лицо превратится в тупую бессмысленную маску, а вяло перекошенный рот будет послушно произносить ответы на вопросы. Но тут же усмирила глупое чувство, с жадным вниманием глядя в лицо кадаверциана.
Сначала ничего не происходило. Он спокойно поставил пустой фужер на стол. Потом вдруг медленно повернул к ней голову, ярко-зеленые глаза сузились.
— Флора, что было в бокале?
Она ощутила укол страха, но ответила спокойно:
— Кровь, первая группа. Как ты любишь.
Кристоф поднял руку, схватился за кружевной воротник рубахи.
— Я спрашиваю, что там было?! — Его голос вдруг стал сдавленным и угрожающим. Ладонь сжалась в кулак, засветившись зеленым.
Флора неожиданно почувствовала легкое замешательство, вдруг осознав до конца, что рядом не глупый влюбленный человеческий мальчишка и не одураченный ею недоросль-асиман, а кадаверциан, некромант, Мастер Смерти. Нет, в здравом уме он никогда бы не навредил ей, но сейчас ее невинная проделка могла закончиться совсем не так, как она рассчитывала.
— Я… не понимаю…
Кристоф с размаху сел на диван, его дыхание стало частым и затрудненным, а магический огонь в руках загорелся ярче.
— Флора… скажи сейчас, что ты… сделала?
— Ничего! — воскликнула Даханавар, невольно отступая назад. — Я ничего не делала!
Она была в панике: «Почему эликсир действует на него так медленно?! Почему он сопротивляется до сих пор?!»
Зеленое пламя внезапно исчезло из ладони кадаверциана. Колдун прислонился затылком к спинке дивана и закрыл глаза. Выждав несколько минут, Леди медленно приблизилась к нему, осторожно присела рядом и тихо спросила:
— Крис, ты меня слышишь?
— Слышу. — В его голосе не было ни дрожи, ни безволия. На мгновение Флора снова усомнилась в правильном действии зелья, но продолжила:
— Ты скажешь мне… то, что я хочу?
— Что ты хочешь? — Он посмотрел на нее. Глаза колдуна не были мутными и покорными, лишь глубоко в зрачках клубился туман. Похоже, эликсир не подавил полностью его волю, лишь оглушил слегка. Значит, надо торопиться.
— «Темный Охотник», — сказала она тихо, но твердо. — Ты дашь мне его?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
