— Коннорс! — крикнул Зан, переходя на бег. — Оседлайте мне свежего коня!
Шаннон переступила порог разрушенного замка и с подозрением оглядела развалины некогда гордого царства Фалунов. Стоило ли сюда приходить? Щелчок зажигалки Керри заставил ее оглянуться.
— Вы меня испугали, — сказала Шаннон. Внезапно ей стало трудно дышать. — Кто вы? Это вы послали мне записку?
Еще не договорив, Шаннон уже догадывалась, что знает эту женщину.
— Ты не узнаешь меня, Шаннон? — с вызывающей улыбкой сказала Керри.
— Керри! — Шаннон была в шоке. — Ты?! Но я не понимаю. Что ты здесь делаешь?
— Можно сказать, что я пришла за тем, что мне принадлежит.
— Ради Бога, о чем ты говоришь?
— О Зане, Шаннон. Он принадлежит мне. Разве он тебе не говорил? — решительно сказала Керри. Наступила тяжелая пауза, во время которой обе рассматривали друг друга, пытаясь найти перемены, которые принесло с собой время.
Шаннон никак не могла поверить, что эта хладнокровная, привлекательная молодая женщина — ее сестра. Единственное, что осталось от прежней Керри, — это выражение вызова в глазах. Но этот взгляд выражал не мятежную драчливость подростка, а твердую волю женщины с характером. Шаннон с ужасом осознала, что сейчас Керри расскажет нечто такое, чего она предпочла бы не слышать. Наверняка откровение приведет их к конфликту, но Шаннон ничем не могла погасить шторм, который уже бушевал в зеленых глазах Керри.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь и зачем меня сюда пригласила, — защищаясь, сказала Шаннон. От холода и от потрясения она начала дрожать.
— Теперь ты точно знаешь, что испытала я, когда узнала, что ты вернулась в жизнь Зана.
— Что ты имеешь в виду?
— У нас был роман с Заном, Шаннон. Собственно, я проснулась в среду, считая, что мы все еще любовники. Это был тот день, когда ты решила, что после смерти Розмари прошло достаточно времени и что ты можешь развлечься, подобрать Зана там, где его бросила.
— Керри, ты сама не знаешь, о чем говоришь, — произнесла Шаннон. При мысли о том, что ее собственная сестра является той женщиной, о которой говорил Зан, голова пошла кругом. — Наши отношения с Заном длились много лет.
— О да, я знаю. С тех пор как ты покинула Австралию, я все о тебе знаю. Знаю, почему ты уехала из дома и оставила меня гнить в Кунварре. Я знаю все, что произошло с тех пор.
— Ты все перепутала. Все было не так. После того, как я покинула Кунварру, мы с Заном очень долго не поддерживали никаких отношений, даже когда я стала моделью. Но есть кое-что, чего ты не знаешь, Керри. Четыре с половиной года назад я родила от Зана ребенка.
Керри посмотрела на нее уничтожающим взглядом.
— Вся Англия об этом знает. Я тоже видела снимки в газетах. Да, да, не удивляйся. Я прожила в Англии год, и этого оказалось достаточно, чтобы все узнать о вас обоих. Я ни на секунду не верю в эту историю.
— Твое дело, — холодно сказала Шаннон. — Чтобы защитить Патрика, я все эти годы держала его рождение в тайне. Не хотела, чтобы Зан пришел ко мне по обязанности. Но этого тебе не понять.
— Как это благородно! — фыркнула Керри. — Скажи мне, где же было твое благородство, когда я буквально умоляла дать мне деньги на учебу? Ты представляешь, через что мне пришлось пройти? Но я обошлась без тебя!
При этих словах в глазах Шаннон вспыхнула ярость.
— А кто же, ты думаешь, платил за твое обучение в Бремаре? Мой сутенер, как ты его назвала в том милом письмеце. Ты прислала его как раз тогда, когда мне и самой было очень нелегко. Да, именно так. Амадео Бенгела, и я потом вернула ему деньги. Если не веришь, в доказательство пришлю тебе банковские счета. Я не говорила тебе об этом, Керри, потому что считала, что твоя гордость не позволит тебе принять эти деньги.
— Что ты хочешь сказать? — крикнула Керри. Она поняла, что Шаннон говорит правду. Если так, она ничего не должна Линди — и никогда не была должна. Весь ход жизни Керри был определен нелепой иллюзией, что она им манипулирует. Она сама себя дурачила, считая, что управляет им, а на самом деле Линди все время ее использовал. Разгневавшись на собственную слепоту, Керри тут же почувствовала стыд за то зло, которое она причинила Шаннон. Даже после оскорбительного письма Шаннон продолжала оплачивать ее пребывание в Бремаре. Это доказательство глубокой преданности пробило брешь в созданной Керри стене тщеславия и самообмана. Пусть она никогда не признается в своем коварстве, которое разбило сердце Шаннон и привело к смерти Розмари, но всегда будет чувствовать свою вину. В то же время, глядя в лицо Шаннон, Керри знала, что никакое чувство вины не заставит ее уступить Зана.
— Знаешь, Керри, — продолжала Шаннон, — когда я поняла, кто ты, я на миг онемела, увидев, какой красивой и искушенной женщиной ты стала. Но теперь я вижу, что под этой оболочкой скрывается жадная сука, умирающая от зависти. Я к этому не имею отношения. Ты сама себя такой сделала.
Услышав такое резкое суждение, Керри вздрогнула, но, собрав все свое мужество, сказала:
— Я люблю Зана, Шаннон. И чего ты не понимаешь — это то, что он тоже любит меня…
— Он говорил, что у него кто-то был. Но когда он сказал, что все кончено, я ему поверила. Я не знаю, почему ты здесь, но…
Керри ее прервала:
— Ты упустила свой шанс, Шаннон, но даже если это не так, то знай — он будет с тобой несчастен. Мы с Заном хорошо дополняем друг друга. Ему нужна такая сильная женщина, как я. Пусть он никогда не любил Розмари, но видит Бог — она была сильной женщиной! Вот почему он так и не бросил ее, чтобы уйти к тебе. Ты была просто фантазией, отдушиной. А сегодня ты заняла мое место. Этим утром рядом с ним должна была быть я. Мы уже давно это запланировали.
— Это правда, что сегодня ты должна была быть с ним? — прошептала Шаннон, цепляясь за хрупкую веру в Зана.
— Шаннон, Зан не для тебя. Тебе нужен такой человек, как Амадео Бенгела.
Шаннон спокойно посмотрела на сестру.
— Что ты о нем знаешь? Сейчас ты скажешь все что угодно, лишь бы оправдать свои поступки.
— Я была весной на матче по конному поло на Кузнечной поляне и наблюдала со стороны. Неужели ты думаешь, что такой человек, как Бенгела, будет из-за прихоти рисковать своей репутацией, даже своей жизнью? Ты дура. Он влюблен в тебя и всегда был влюблен. Ты говоришь, он заплатил за мое обучение в колледже. То есть за обучение твоей младшей сестры. А зачем? К тому же все знают об истории с «Галантом». Бенгела положил весь мир к твоим ногам, потому что любит тебя. Он так хорошо защищал тебя, что ты жила иллюзиями. Ты имела возможность любить одну неделю в году, потому что не смела любить по-настоящему. В отличие от меня ты ничем не рисковала. А я рисковала всем, потому что люблю Зана, потому что не хочу жить без него. Я никогда не буду довольствоваться одной неделей в году — никогда! Он мне нужен навсегда! — Гордое заявление Керри эхом прозвучало в некогда великолепном зале.
