понимал, что подготовка подобной военной кампании обойдётся баснословно дорого. А человечество зубами выгрызало себе доступ к западному побережью не для того, чтобы беднеть и нести колоссальные расходы. Нет, все теперь сосредоточились исключительно на преумножении богатств.
Однако я оставаться в стороне и молча наблюдать за всем этим не мог. Всякий раз, когда я подбрасывал монетку и обращался к Вэрису с вопросом, окончена ли моя миссия, выпадала та сторона, на которую я загадывал отрицательный ответ. И потому я раз за разом шел в наступление и штурмовал людские умы, пытаясь донести необходимость продолжать войну с Капитулатом.
И прямо сейчас уже больше полутора часов длился один из таких разговоров. Как всегда утомительный и бесплодный.
— Послушайте, экселенс, вы рассуждаете о военных действиях по ту сторону океана, — нудно увещевал меня Леирон нор Эстиллен, хранитель закона Южной Патриархии. — Но осознаёте ли вы, что нам придётся опустошить государственную казну, только чтобы переправить войска?
— Именно! А ещё их нужно как-то прокормить на чужой земле! — веско добавил Лиас.
— Кроме того, как нам штурмовать крепости, о которых мы знаем только из сказок? — внёс свой вклад в беседу командующий гарнизоном Арнфальда и занимавший по совместительству пост военного советника.
Собрание дворян согласно загудело, всецело поддерживая прозвучавшие тезисы, а заодно вывалив на меня ещё с полдюжины новых. Я лишь протяжно вздохнул и невысоко подкинул увесистый золотой солнечник. Вновь мне выпал аверс. Раз, кажется, в десятый за сегодня.
Вот и как убеждать правителей соседних стран, если я не способен склонить на свою сторону даже вельмож Патриархии? Да, противник всё ещё имеет достаточно сил. Да, предстоит пролить немало крови собственных людей, чтобы добить его. Но лучше это делать прямо сейчас, пока Капитулат не успел адаптироваться к изменившимся условиям на поле боя и выработать тактику противодействия моим инновациям.
— Послушайте, господа, никто не говорит о том, что мы завтра же кинемся собирать армию для наступления. Но давайте начинать с малого уже сейчас. Заложим основу под постройку флота, отправим на Весперу соглядатаев, изучим берега вражеского континента, составим карты, нанесём на них алавийские города и укрепления. Согласитесь, Ваше Благовестие, что это наиболее рациональный путь?
Я прибег к грязному приёмчику, вынуждая Лиаса мне подыгрывать. Под давлением клятвы крови, он с кислой миной кивнул, буркнув нечто вроде: «Возможно вы правы, экселенс Маэстро».
Однако эта хитрость не помогла. Я смотрел в лица высокородных советников, и видел на них печать постыдной близорукости. То, что они считали оглушительной победой и конечной точкой нашего пути, для меня было всего лишь первой выигранной битвой в грядущей великой войне. Чёртовы слепцы! Неужели они способны действовать только тогда, когда топор занесён над их шеей?
— Я тоже считаю, что это большой риск, начинать подобную…
Один из вельмож не успел договорить, потому что где-то в недрах дворца раздался грохот, от которого задрожали стены и пол.
— Что это было⁈ Землетрясение⁈ — всполошился контролёр податной службы, вскакивая с места.
— Больше похоже на взрыв боевого плетения, — со знанием дела высказался лжепатриарх.
— На дворец… напали⁈ — ляпнул кто-то из аристократов, явно опередив языком свой разум.
— Исключено, ведь его стережёт полсотни Безликих, которые…
Гулкий раскат вновь прокатился по резиденции государя, вызывая лёгкую рябь в кубках с вином. Неприятная тревога отчего-то царапнула сердце острым коготком, и ноги сами вытолкнули меня из мягкого кресла.
— Я всё же схожу проведать, — нервно заявил я.
— Да, мне, пожалуй, тоже стоит… — собрался было увязаться за мной Лиас, но наткнулся на мой предостерегающий взгляд, настойчиво сверлящий его переносицу.
— Э-э-э… стоит вызвать командующего гвардией для отчёта, — скомкано закончил лжепатриарх.
Вот то-то же! А то ишь, распоясался совсем! Пусть богов благодарит, что у меня ещё не было времени устроить ему полноценную выволочку за ту кровавую бойню с членами Пятого Ордена. И ведь хватило же ума самому на рожон лезть!
Покинув малую совещательную залу, я сразу перешёл на бег. Кажется, шум доносился откуда-то из центральной части дворцового комплекса. Где-то неподалёку от парадного крыльца. Под действием «Энергетика» я домчался туда в считанные минуты, по пути услышав ещё с полдюжины взрывов. И вскоре моему взору открылась картина тотального разрушения.
Величественный вестибюль любимой патриаршей резиденции теперь походил на поле боя. В воздухе висели клубы пыли, мешая обзору, пахло озоном и гарью. По стенам и колоннам, украшенным изысканной лепниной, змеились свежие трещины. А под ногами хрустели куски мраморной крошки. Где-то в стороне шипела и пузырилась мутная слизь, целеустремлённо проедая полированный камень пола. Явно следствие применения «Брызг».
— Она там! За статуей! — раздался вдруг чей-то рык.
А в следующее мгновение две «Зарницы» с оглушительным треском вылетели из разных концов зала. В непроглядной пылевой дымке мне с трудом удалось рассмотреть тёмные силуэты Безликих, которые с кем-то сражались. Я уже тоже хотел включиться в схватку вместе со своими людьми. Но тут вдруг из того угла, куда летели боевые заклинания, прозвенел истеричный женский крик:
— Gutten blitsen, прекратите! Срочно позовите Маэстро!!!
— Захлопни пасть, темнорожая сука! — зло рявкнул кто-то из моих братьев.
Он явно не испытывал сомнений. А вот я замер, как вкопанный, узнав этот голос. Но потом, когда плетение «Матрёшки» жахнуло на другой стороне помещения, высекая мелкую крошку и целые куски из стен, я встряхнулся и заорал:
— Прекратить немедленно! Какого дьявола здесь твориться⁈
— Наставник, осторожно, не приближайтесь! — отозвались Безликие откуда-то из облака пыли. — Не слушайте эту лживую тварь! Она убила охрану, чтобы проникнуть во дворец!
— Ри-и-из! Риз, скорее! Сюда! Прошу, доверься мне!!! — пуще прежнего заголосила из своего угла злоумышленница, тоже узнав меня.
— Твою мать… Долой перстни! — громогласно скомандовал я. — Кто выпустить ещё хоть одно плетение, тому я лично голову оторву!
Создав воздушную волну, я разогнал клубы перед собой и поспешил на зов. Довольно скоро мне удалось обнаружить истекающую кровью мать Ризанта. Она вся покрытая пылью забилась в небольшой альков, спрятавшись за постаментом для мраморного бюста какого-то дальнего представителя рода Блейсин. Правая рука её была неестественно вывернута, а левая сжимала обломок алавийского самзира. Лицо обожжено, а одежды в области груди пропитались кровью столь обильно, что было заметно даже под слоем белой каменной крошки.
— Пожри тебя Абиссалия, Лаайда, что ты здесь устроила⁈ — гневно зашипел я на алавийку и опустился рядом с ней
