— Капитан, что вы сделали? — прошептала Арина.
— Это называется "отвёл взгляд", — гулкие шаги Монстра, сопровождаемые треском ломаемых веток, затихали вдали. Прад расслабился, заулыбался, — раньше этим Кикиморы и Лешие частенько баловались: найдут грибника и издеваются над ним, так что он и тропинку потеряет, и корзинку посеет, и сам в лесу заблудится. А если хочешь хрестоматийный ответ. Я же бог Правды — лгать не могу, но в силах скрыть правду, что-то в этом духе ты только что и наблюдала!
— Это было очень круто! — подоспел Вадим, которого визит Дэва застал на другом конце поляны, — научите как-нибудь… Ведь было бы так здорово обходить всех врагов таким простым способом!
— Это не простой способ — это божественная магия, — Капитан снова стал серьёзным, — очень скоро силы снова оставят меня. Ладно, идёмте.
Печальное напоминание о золотой эпохе страны, когда все были равны и счастливо верили в светлое будущее — летний корпус, осталось позади. Впереди за многочисленными соснами замаячил просвет. Друзья, не сговариваясь, ускорили шаг, тем более что в этой части леса всё говорило об активном передвижении Дэва или Дэвов? Многие деревья повалены, трава примята гигантскими ступнями, кое-где организованы целые гнёзда из мусора — там видимо чудовища ночевали.
Лес закончился неожиданно. Друзья, сделав один шаг, словно попали в другой мир. Почти чёрное небо всё так же низко висело над землёй, делая краски летнего дня слишком сочными. Много зелёного. Целое поле, заросшее высокой травой. Ветер усилился, а его порывы стали видимыми: они как фантастическая пятерня расчёсывали длинные травинки, которые неравномерно — то там, то тут, полосами склонялись к земле. Арина взяла Вадима за руку. Ощущение нереальности пейзажа усилилось. Зелень простиралась во всех направлениях, насколько хватало глаз. Яркими пятнами по полю, отливая оранжевым, были разбросаны жирафы. Животные брели неспешно, каждое по своим делам. "Виии!" — вдруг крикнул коршун, камнем упал к земле и снова взвился ввысь, унося в клюве зазевавшуюся мышь. И снова тишина, от которой гудело в ушах. Шелест травы, запахи травы и больше ничего, кроме безмятежности.
Арина дёрнула Вадима: "обернись" — лес ещё минуту назад, стоявший стеной за их спинами, исчез. Друзья стояли в центре бескрайнего поля, где нет направлений, нет границ.
— Капитан, где мы? — спросила она.
Прад задумчиво озирался:
— Не могу сказать с уверенностью, я не бывал в этом месте несколько веков, да и был всего однажды… Это… Это рай…
— ЧТО? — хором воскликнули коллеги.
— Ну, один из них… Как бы параллельная реальность! Трудно объяснить. Понимаете, боги из разных пантеонов способны создавать такие миры. Сейчас мы в славянском раю. Бесконечное поле, населённое мифическими созданиями, в центре которого возвышается великий дуб — центр вселенной.
— Что-то мне не хорошо… — провела рукой по лицу Гита.
— Но как мы здесь очутились? — не понимала Арина, — насколько я знаю, после смерти души возносятся в небо, а не попадают в рай. Что это вообще такое?
— Обычные души — да, — Прад наклонился, зачем-то потрогал сухую, рассыпчатую землю, — но души настоящих верующих могут попасть в рай, если конечно при жизни преданно служили своему богу. Таким образом, они продолжают служить и после смерти.
— Какой-то бред! Мы же не умерли и никому при жизни не поклонялись, почему мы здесь?
— Ара, я знаю не больше твоего! — злился Капитан, — чтобы создать рай сил одного бога, вообще не достаточно! Нужен пантеон и огромная армия верующих, жрецов, служек и так далее. В наше время рай создать невозможно!
Гита ахнула, упала в траву. Эрнст успел её подхватить, осторожно уложил. Подруга страшно побледнела, на любу выступил пот, а зрачки закатились. Её руки и ноги судорожно дёргались — начинался припадок.
— Держи голову, — крикнула Арина, помогая Эрнсту, — главное держи голову!
— Но, что с ней?
— Откуда я знаю? Раньше ничего подобного не было.
Изо рта Гиты лезла белая пена. Она стонала, жутко дёргалась, будто пыталась прогнать невидимых демонов.
— Капитан, ну, сделайте что-нибудь!
— Отстаньте, я думаю! — Прад отвернулся, продолжая бормотать. — Гита, почему она? Что именно с ней не так? Гита, Гита, Гита… Девственница? Нет, точно нет… Избранная? Не то… Магия? Магия!
— Капитан? — у Арины не хватало сил удержать подругу. Спина Гиты выгнулась мостиком, дыхание стало свистящим, в любой момент она могла захлебнуться собственной слюной.
Капитан резко развернулся:
— Я понял — это не рай! Это искусная иллюзия, настолько хорошая, что даже я не сразу заметил. Значит так: держите её крепче и сами держитесь, но отвернитесь — смертный не должен видеть гнев бога. Вы можете превратиться в соляные столбы! Всем ясно? Не смотреть!!!
— Да, поняли мы, поняли! — крикнул Эрнст, но сильный порыв ветра унёс его слова куда-то далеко, — давайте быстрее!!!
Прад отошёл на несколько шагов, развёл руки, взывая к небесам, и они отозвались. Арина, Вадим и Эрнст сгруппировались над телом Гиты. Приступ пошёл на спад: она уже меньше дёргалась, успокаивалась, тихо стонала. Друзья прижались к земле, так как ветер превращался в бурю. Шквалистые порывы грозили любого сбить с ног. Арина успела заметить, как вдали побежали взволнованные жирафы. Животные окликали друг друга длинным протяжным "Муууу", сильно смахивающим на коровье мычание. Рельефное небо, на котором чёрным тучам было тесно, громыхнуло. Изо рта пошёл пар. Волна ледяного холода пронеслась в нескольких сантиметрах над ними, так что колоски растений покрылись инеем.
— Я Проно, зову из глубины времён древнюю мощь, спящую мощь! — голос Капитана многократно усилился. Он резал уши силой. Не затихал, а делался громче, уносясь раскатистыми волнами по бескрайнему полю. — Услышь, меня! Ответь мне! Приди! Копьё-истины, что отыщет нечестивца, покарает лиходея, но покориться праведнику. Вернись святое оружие чести. Я твой истинный хозяин, зову тебя! Приди!!!
Оглушительный, титанический совершенно дикий взрыв оглушил и разбросал дрожащих друзей. Контуженая Арина, отлетевшая на метр, не хотела этого, но случайно глянула в сторону Капитана. Рядом с ним с абсолютно чёрного неба била молния, но в отличие от обычных молний — била не переставая. Столб белого пламени, тонкий, но восхитительно чистый. Физическая оболочка бога поблёкла, а его настоящий образ стал напротив чрезвычайно ярким, чётким. Прекрасный юноша с горящим взглядом. В развивающихся волосах золотой обруч с ярким камнем. От него веет энергией, решительностью, честью. Бог взялся за молнию. Белое пламя охватило его целиком, пронеслось волной от одной руки к другой ещё раз, и грохот затих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
