Читаем без скачивания Купол над бедой (СИ) - Аусиньш Эгерт

- То есть как? - не поняла сааланка. - Какой-то другой человек должен будет убирать в моем доме, приносить мне еду, стирать мою одежду и мыть мою посуду?

- Если вы в состоянии это оплатить, почему бы и нет? - легко ответила психолог.

- Но это же... неудобно? - похоже, сааланка хотела сказать какое-то другое слово, но выбрала самый вежливый вариант из всех.

- Криэйда, у нас нет собак, которые умеют мыть посуду и стирать, - улыбнулась Полина, - поэтому мы платим деньги людям, согласным делать это для нас. Ну или делаем сами, но в вашем случае все же лучше попросить помощи.

- Ну хорошо, - сказала сааланка с сомнением, - я согласна попробовать. И тогда мне останется только моя работа и Ингвар, то есть наоборот, Ингвар и моя работа в оставшееся время. Но как раз о нем я ничего и не знаю.

- Считайте этот опыт, - медленно сказала Полина, - еще одним шансом прожить детство заново. И если вам удастся, вы сами станете более счастливы, а ваш сын будет даже счастливее и успешнее вас.

- Я хочу, чтобы удалось! Я очень хочу, чтобы удалось! - горячо произнесла сааланка. - Но... меня растила собака. Я знаю только собачьи игры. И не уверена, что они подойдут ребенку.

- А вот с этим я готова помогать, - улыбнулась Полина. - Давайте начнем, пока он не проснулся.

Только начав рассказывать молодой матери о том, каким примерно будет первый месяц жизни ее малыша и как с ним можно общаться в ближайшие недели, Полина почувствовала, что возвращается в привычный мир обыденных вещей и знакомых закономерностей. Выходя из квартиры через час и садясь в ждавшее ее такси, она была вполне уверена в себе и в окружающем мире. Добравшись домой и заварив себе какао на сгущенке, она усмехнулась, глядя в кружку, и, вспоминая день, покрутила головой. Ночью ей снились улыбчивые мультяшные хаски, читающие наизусть что-то из Агнии Барто.

В конце марта на стол да Онгая легла служебная записка от одного из его помощников. В ней значилось, что "Табачный капитан", товарищество речных перевозчиков, инициировавшее прошлым летом "дни свободной воды" в знак траура по другу и основателю, расширилось на дюжину катеров, купленных вместе с юрлицом у собственников, внезапно покинувших город осенью прошлого года. В эту навигацию компания входила с тридцатью семью катерами, расширив свой флот более чем на треть. Летом прошлого года товарищество поменяло владельца, и да Онгай, не забывший события, с этим связанные, внутренне скривился. Он не сомневался, что у местных нет проблем ни с памятью, ни с умением смотреть по сторонам. И уже успел узнать, что "Табачный капитан" был проектом людей, так или иначе имеющих свою часть во всех перевозках по водам Невы и Финского залива. Они ясно дали понять, что этим летом на воде кроме них, полиции и МЧС не будет вообще никого. За исключением какого-то числа частников, никому не делавших погоды.

Дядя Федор:

Доброго времени, Полинчик. У меня к тебе деловое предложение. У меня неожиданно свободные деньги будут месяца через три, а тебе всяко портал расширять надо. Мы с тобой друг друга сто лет уже знаем. Димку с Юркой жалко, конечно, но они сами подставились, и надо как-то жить дальше. Я знаю, что у тебя принципы, и готов за них дорого заплатить, в любом случае твое слово будет последним. Я твою идейность понимаю и согласен сам заниматься новой частью портала и списком новых позиций, с которыми ты не хочешь работать. И, короче. Я тебе предлагаю с тобой вместе оценить текущую стоимость портала, от трети до четверти оценочной стоимости у меня точно будет, я тебе перечисляю эту сумму после того, как ты мне даешь право второй подписи - и ты можешь дальше заниматься тем сегментом, который тебе нравится. Ни дряни, ни стрема на портале не будет, ну то есть больше, чем было, не будет, хочешь под честное слово, хочешь под подпись.

В общем, я сказал, а ты думай.

Greta_ota:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Федор, здравствуй.

Давай сначала. Прежде всего, портал - это социальный проект. Поэтому я не считаю, что на портале вообще нужен тот список позиций, который ты упоминаешь, если ты действительно имел в виду сааланские товары. Дрянь и стрем - это, конечно, очень неприятно, но не в нашей ситуации, когда даже анальгин и тот привозной или принадлежит гостям. Тем более что в рамках существующего законодательства, если его так можно назвать, портал с этой точки зрения чист аки церковная купель.

Что касается расширения в интересную тебе сторону: я не понимаю, что тебе мешает создать свой отдельный магазин и не морочить себе голову моими дурацкими ограничениями. Тебе же самому так будет проще.

И по существу: я пока не вижу оснований для такого альянса. Да, без замов тяжко, но - извини, мы не договорились.

   Из личной переписки Полины Бауэр, 20.04.2025.

Предыдущей осенью Димитри наконец вздохнул спокойно, и не он один. Графы Псковский и Новгородский, бывшие в некоторых трениях друг с другом еще до экспедиции, в Новом мире нашли еще больше причин друг друга недолюбливать, но сдаться по этой причине и сложить полномочия ни один не хотел. Так что обещание наместника найти им посредника, позволяющего избежать личных встреч и прямых переговоров, их очень воодушевило - и в надежде на слово князя оба просто забросили часть дел, нуждающуюся в объединении их усилий. В результате почему-то лучше не стало, а объясняться с Димитри, начиная со слов "ты обещал", не хотел ни один из двоих. Но наконец рассвет загорелся и для них. Тивер да Фаллэ, друг, ученик и один из младших партнеров Димитри, прибыл в край, оставив по просьбе князя свои дела на Ддайг. У него было достаточно времени, чтобы спокойно объехать вверенные ему земли и получить первые впечатления: листья на деревьях только начали желтеть, цвели последние летние и первые осенние цветы, досточтимые еще гоняли местных за шорты и майки, и даже первый осенний звездопад еще не кончился.

Граф Псковский договорился о донорстве для него, чтобы герцог не тратил время на изучение языка, но да Фаллэ, встретившись и побеседовав с кандидатом через переводчика, поблагодарил, извинился и отказался от общения. И начал искать сам. Потратив две недели, он выискал среди псковских граждан, отличающихся от примелькавшихся в администрации, кого-то из отставных военных, краеведа и историка-любителя, и договорился с ним. Донор оказался немолодым, старше Тивера - разумеется, не по реальному количеству прожитых лет, а по соотношению прожитых лет к оставшимся. Тивер, сперва надеявшийся на более тесное общение со своим наставником и покровителем, довольно быстро понял, что расстояние от Пскова, где герцог устроил себе резиденцию, до Санкт-Петербурга только кажется близким, и видеться с Димитри чаще, чем это было на Ддайг, вряд ли возможно. И заскучал. А заскучав, сблизился с донором, просто из потребности в старшем и более опытном мужчине рядом. Но отвлекать по уши занятого друга и партнера от его дел так и не решился. Не из страха, просто не хотел навязываться и делать общение обязанностью. Большинство саалан включали умение не требовать внимания у занятого человека в число дружеских обязательств, и Тивер да Фаллэ не был исключением.

Сама Асана да Сиалан считала себя вполне обычным представителем сааланской знати. С точки зрения других аристократов империи, она была магессой приличного уровня из хорошей семьи, в прошлом способной удержать земли в достаточном количестве, чтобы жить безбедно, и состоявшей из людей, способных нравиться и своим вассалам, и их крестьянам, и дружественным ремесленникам. Ее род был довольно старым, и фамильные владения естественным образом находились в двух днях езды от столицы, а она в этой семье оказалась единственным живым ребенком, одаренным Силой. Ее выросшие братья и сестры уже встретились и с первой сединой, и с возрастными хворями. Она помогала им, как могла, разумеется, но это не отнимало много времени и сил, потому что и они, и она знали, что от старости для смертных лекарства не существует. Когда они встречались, они радовались друг другу - в том числе и потому, что Асана понимала, что вскоре она останется совсем одна и ей придется выходить замуж или рожать детей, чтобы род Сиалан не пресекся. И то и другое ей казалось достаточно скучным делом: ей нравились балы и турниры. Турниры даже больше. А больше всего ей нравился Димитри да Гридах, но предложить ему брачный договор наследница графства Сиалан не решилась. Про то, что из зачатых от него детей выживают только смертные девочки, она уже была наслышана и не хотела новых огорчений ему и напрасных трудов себе. Ее роду нужен был следующий сильный маг, но всем ее братьям и сестрам не повезло, никто из их детей не был при рождении наделен Даром. Наследник, владеющий магией, мог появиться только у нее и не иначе как в законном браке. Поэтому она выбрала не брачный договор с Димитри, а принесла ему присягу вассала. Уже с десяток лет Асана охотно шла за своим князем в любые его авантюры - и возвращалась с неизменным выигрышем. В этой авантюре ей тоже везло. Она даже почти нашла себе мужа, но этот Новый мир опять преподнес сюрприз: супружеское право здесь было даже не приоритетным, как в Хаате, а эксклюзивным. И чудесный мужчина, отец прекрасных детей, оказался недоступен. Но Асана не унывала. Хороших мужчин тут было достаточно, а времени у сааланской магессы было даже в избытке: пока Димитри с вассалами не приведет край в порядок после стольких ошибок блистательных да Шайни, столица империи улыбалась князю и его людям очень издалека. Им предстояло вернуться победителями или не вернуться вовсе. И сроков им никто не ставил, понимая размер проблемы. Когда имперская знать вникла в суть всех перипетий мира за звездами, обеспечивающего саалан третью точку, основу быстрых перемещений по их землям, экспедицию Димитри начали вслух называть героической, а сочувствие к да Шайни, потерявшим родича в Новом мире, стало куда более прохладным, чем в первые месяцы после падения порталов. Но то, что казалось подвигом из Исаниса и Города-над-Морем, здесь, в Озерном крае, было нескончаемой чередой событий, требующих быстрых решений и не менее быстрых передвижений. Вот и сейчас Асане пришлось прыгать в Ораниенбаум, разбирать очередной скандал - на вид мелкий, но опыт, приобретенный под этим небом, научил виконтессу уважению к мелочам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})