Читаем без скачивания Купол над бедой (СИ) - Аусиньш Эгерт

   А потом Шай неудачно вышел на холодный утренний ветер, простудился и умер от лихорадки. Свою долю он оставил дочери, Алайне. Посмотрев на ее родню, Димитри понял, что жена Шая будет метаться между дочерью и вторым мужем - и не выберет сторону. И что к тому времени, когда девушка сможет распоряжаться имуществом, от ее наследства уже не останется ничего, кроме, возможно, долгов. И предложил ей брак. Алайна согласилась, и он продолжил заниматься тем, чем занимался со времени болезни ее отца, то есть всем. Ее мать и отчим, к удивлению Димитри, не возражали.

Через пять лет брака Алайна, взяв в свои руки дела отца, сказала, что хочет не развода, а ребенка. Димитри подумал и согласился, хотя она и была смертной, как ее отец и мать. К тому времени он уже настолько освоился и обжился на Дальних островах что вошел в совет капитанов. Не то чтобы он хотел и планировал быть одним из тех, кто решает, как будет жить братство вольных охотников моря очередной сезон. Просто так вышло. Невозможно собрать на Островах одновременно всех вольных морских охотников, потому что даже зиму все проводят в разных местах. Но через Кэл-Алар проходят морские пути между материками, и, значит, каждый моряк рано или поздно придет в порт и будет должен заплатить обязательную долю городу и острову и написать на листе бумаги семь имен людей, которых он хотел бы видеть говорящими и от его имени. Димитри приходил в гавани Дальних островов с грузами и контрактами, говорил с другими капитанами и торговцами, заключал сделки и партнерства, и когда в очередном плавании с Ддайг на Хаат зашел в порт, то узнал, что его имя называют среди тех семи, кто должен войти в совет. Он, конечно, удивился, но принял эту честь так же, как взял на себя дела Шая, когда тот заболел. Если для решения задач, которые он видел и о которых говорил с другими капитанами, надо войти в совет, значит, так тому и быть.

Между походами на Хаат, зимовками на Кэл-Алар и Ддайг Димитри нашел время, чтобы присоединиться к большой экспедиции по исследованию Заморских земель и вложить средства в несколько менее крупных и значительных. Обычно саалан исследовали неизвестные для них земли в несколько приемов. Сперва посылалась небольшая экспедиция, задачей которой было составить карты пройденного пути и найти Источники, достаточно мощные для установки портала и находящиеся не слишком далеко от уже известных и встроенных в существующую сеть, построить там небольшую базу, вернуться домой - насовсем или за пополнением запасов, - и продолжить исследования уже через новые порталы. Этот способ оправдал себя и на Ддайг, хотя Источников на том континенте было меньше, чем на родном для саалан Герхайме, да и по мощности они уступали привычным.

   Поселения, возникающие естественным путем вокруг Источников, приходилось защищать от набегов ддайг, считавших себя хозяевами этой земли. Никакой формальной власти у Димитри не было, но как-то так само случилось, что именно к нему обращались озабоченные набегами поселенцы. Не потому что он как-то хитро оттер от принятия решений городской совет и королевскую администрацию, вовсе нет. Исследования Ддайг были частной инициативой, и значит, королевских войск там почти не было. Просто, как и на Кэл-Алар, так получилось само. Но было и отличие. На Островах, даже возглавив совет капитанов, он всегда помнил, что вольные охотники живут сами по себе. Признавая право Димитри говорить от его имени, любой капитан все равно решает сам, куда ему держать путь и корабли под какими флагами считать дружественными, а какие брать на абордаж. А на Ддайг пришлось действовать иначе. Люди нуждались в защите и готовы были за нее платить, потому что обычай "каждый взрослый из саалан - воин" плохо помогал, когда приходила орда. Так что по эту сторону моря Димитри вновь вспоминал, что это значит - отдавать приказы не только команде своего корабля, зная, что они будут выполнены. И когда герцог да Игран, возглавлявший тогда королевскую администрацию и собиравший городской совет именем короля, понял, что представители кланов и торговых домов слишком уж часто предлагают ему что-то решать лично с Димитри, ему только оставалось признать этот факт и сообщить в столицу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Первый сын Димитри родился, когда его отец был в море. Они так и не успели познакомиться: малыш, наделенный Даром, умер, не дожив до года. Сайни дома очень по нему плакали. Со вторым мальчиком Димитри и его жене повезло чуть больше, но он не пережил инициации. Алайна, дважды родив будущих магов, была настроена попробовать еще, но Димитри колебался. Он был сильным магом и знал риски. И ему казалось, что не будет хорошо, если они потеряют еще одного ребенка, ни для жены, ни для него. Поэтому он предложил ей подумать о втором муже или найти кого-то, кто согласится стать отцом ее ребенка, раз с ним не выходит хорошо.

С женщиной, ставшей его второй женой, Димитри познакомил их общий торговый партнер в Хаате. Гарра да Гейн была настоящим морским магом, в отличие от Димитри, который ничего не смыслил в этом деле, когда первый раз пошел на корабле на Ддайг, да и потом был не так хорош, как хотел бы. Брак с Гаррой позволил Димитри оставить за спиной надежную базу в Хаате. Кроме того, люди в Заморских землях хотели видеть ему преемника - на всякий случай. Маги, конечно, живут дольше людей, особенно если много колдуют, но море забирает жизни, не спрашивая имен и титулов. И всем будет лучше, если наследник будет достаточно зрелым, чтобы принять дела и в полной мере ими заниматься. Они с Гаррой провели несколько суток, сверяя родословные, и убедившись, что общих предков у них не было в последние триста лет, заключили брак. Алайна, родившая к тому времени своего второго выжившего ребенка, передала им обоим поздравления через одного из медиумов Академии и лично ему - пожелание испытать ту радость, что есть сейчас у нее и которую им не случилось разделить.

Димитри привез обеих своих жен в столицу и представил к королевскому двору, когда получил свой первый титул, разом став из безымянного капитана, потерявшего право на принадлежность к своему роду, князем Кэл-Аларским. Он долго говорил тогда с королем наедине и после аудиенции принял и предложение войти в госсовет, и рекомендацию проявлять большее внимание к делам Ддайг, а не Хаата.

Гарра пыталась стать матерью дважды, пока была жива Алайна. Обоих своих мальчиков Димитри успел подержать на руках, выслушать от досточтимых, что по всем приметам они выживут и станут сильными магами, а потом проводить их лодочки в последний путь. В третий раз она решилась, когда Алайны, к тому времени трижды прабабки, не стало. Это было дурное время. Святая стража вновь вспомнила о забытых было поклонниках старых богов и начала свое расследование, проходившее в опасной близости от судьбы Димитри и на его удачу прервавшееся по независящим от дознавателей причинам. Молодой король, сменивший на престоле старого, неожиданно умер, не прожив и месяца после коронации. Погиб и старший принц. А второй наследник, слишком юный, чтобы его принимали всерьез, объявил себя воплощением Потока, к неудовольствию старой знати и удивлению Академии. Димитри, прибывший в столицу, чтобы разобраться, где на самом деле место случая в хитросплетениях столичных интриг, говорил с ним перед государственным советом, но так и не смог решить, кто перед ним - святой или безумец.

   После всех изменений, потрясших Аль Ас Саалан, решение Гарры не особенно обрадовало Димитри, но она имела право пробовать. Это у него были выросшие дети и внуки Алайны, это он уже заподозрил, что проживет не одну человеческую жизнь. А Гарра так и не смогла достичь внелетия, ее сил не хватало, чтобы продлить свою жизнь в бесконечность. Он согласился стать ее мужем, и значит, они оба должны выполнять договоренности. Димитри лишь попросил ее, чтобы эта их общая попытка стала последней. Гарра согласилась, хоть и не была рада.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И то ли им обоим повезло, то ли помогли сайни дома Гарры, отправившие одного из своих к священному месту просить для нее живого ребенка, но зимней ночью у них родилась девочка. Красивая, здоровая девочка, улыбнувшаяся в день своего рождения. Смертная. Они назвали ее Дэйрой. Все дни, остававшиеся до весны и отплытия на Кэл-Алар, Димитри заходил в гнездо посмотреть на свою девочку и проверить, достаточно ли о ней заботятся, сыта ли малышка и насколько чиста ее одежда. Гарра сразу после родов сказала, что будет искать второго мужа, он согласился, ожидая, что она возьмет кого-то из магов, но, к его удивлению, она выбрала одного из капитанов с Островов, смертного, и еще до своего отплытия Димитри успел их поздравить, а Гарру так и дважды. Его решение следовать совету короля вопреки очевидной выгоде принесло пользу: император объявил, что владеть человеком как имуществом невозможно для следующего Путем, и новый магистр поддержал его. На этом выгоды торговли с Хаатом стали ничтожными. Сам Димитри по примеру Шая не связывался с торговлей живым товаром, более того, доводы, приведенные императором против рабства, Димитри услышал как раз от конфидента своего друга и наставника незадолго до его смерти и счел достаточно убедительными, чтобы нанимать слуг и работников, а не покупать. Вместе с Гаррой и ее вторым мужем они приняли решение - о переезде всей семьи на Острова. Его дочь к тому времени достигла возраста, когда дети покидают гнездо и начинают учиться у людей. Часы, когда она была свободна, а он бывал на Кэл-Алар, девочка предпочитала проводить в его обществе, и он брал ее на свои встречи и советы.