Читаем без скачивания Космическая Одиссея - Артур Кларк

ДВЕРЬ, ПОДТВЕРЖДАЮ! О, ПРИВЕТ, МЕЛИНДА, ИЗВИНИ, ПРИСАЖИВАЙСЯ, УЖЕ ЗАКАНЧИВАЮ…

Да, преступления. Всегда кто — то… Непреодолимый шумовой фон общества. Что делать?

Ваше решение — тюрьмы. Поддержанный государством извращенный вариант предприятия — стоимость содержания одного заключенного в десять раз больше среднего дохода семьи! Полное безумие… Очевидно, что — то очень неправильное было с людьми, которые громче всех голосовали за увеличение количества тюрем, — их нужно подвергнуть психоанализу! Но будем справедливыми, реально нет никакой альтернативы электронному мониторингу и полному контролю. Ты бы видел радостные толпы, разбивающие тюремные стены, — нечто вроде этого было в Берлине на пятьдесят лет раньше!

Итак, Данил. Я не знаю, какое преступление он совершил, да и не сказала бы тебе, даже если бы знала, но полагаю, что его психологические параметры подразумевали, что из него получится хороший — что за слово? — балет, нет, валет, камердинер. Очень трудно найти людей для определенного рода работы, не знаю, как бы мы справлялись, если бы исчезли все преступления! Так или иначе, надеюсь, он скоро освободится от контроля и вернется назад в нормальное общество.

ПРОСТИ, МЕЛИНДА, Я ПОЧТИ ЗАКОНЧИЛА.

Это все, Фрэнк, привет Дмитрию, вы уже должны быть на полпути к Ганимеду. Интересно, когда-нибудь отменят Эйнштейна, чтобы мы могли разговаривать в космосе в реальном времени!

Надеюсь, этот механизм скоро ко мне привыкнет. Иначе придется искать антикварный текстовый процессор двадцатого века… Ты не поверишь, но однажды я даже попробовала эту чепуху — QWERTYUIOP, не избавление от которой понадобилась пара сотен лет?

Люблю и до свидания.

Привет, Фрэнк — это снова я. Все еще ожидаю подтверждения моего последнего…

Странно, ты направился к Ганимеду в то же самое время, что и мой старый друг Тэд Кан. Но, возможно, это не такое уж совпадение: его притягивает та же самая загадка, что и тебя…

Но сначала я должна кое — что рассказать о нем. Его родители сыграли с ним злую шутку, дав имя Теодор. Оно сокращается до Тео, но никогда не называй его так! Понимаешь, что я имею в виду?

Не удивлюсь, если им что — то движет. Не знаю никого, кто проявлял бы такую одержимость религией, точнее, навязчивой идеей. Хочу предупредить: он может быть весьма надоедливым.

Между прочим, как у меня получается? Мне жалко моего старого мнеморекордера, но, кажется, я сумела взять эту машинку под контроль. Не допускай никаких — как ты это называешь? — глупых ошибок, просчетов и так далее. Не уверена, что я должна сообщать тебе это, но на тот случай, если ты случайно проболтаешься, — среди моих личных прозвищ для Тэда числится «Последний Иезуит». Ты должен о них кое — что знать, в твое время Орден все еще был очень активен.

Удивительно, что люди — часто большие ученые, даже превосходные ученые! — делали столько же хорошего, сколько и плохого. Величайшая ирония истории — искренние блестящие искатели знания и истины, и их философия, безнадежно искаженная суеверием…

Xuedn2k3jn олень 2leidj dwpp

Проклятье. Разволновалась и потеряла контроль. Один, два, три, четыре… сейчас пора объединиться всем хорошим людям… уже лучше.

Так или иначе, у Тэда те же самые благородные намерения; не вступай с ним ни в какие споры — он раздавит тебя как паровой каток.

Между прочим, что такое паровые катки? Использовались для глажки одежды? Представляю, насколько это могло быть неудобно…

Неприятности с мнеморекордером… слишком легко начинаешь думать о чем попало, независимо от того, насколько сильна самодисциплина… что — то я говорила до этого… уверена, я говорила об этом прежде…

Тэд Кан… Тэд Кан… Тэд Кан…

Он все еще известен на Земле, по крайней мере как автор двух высказываний: «Цивилизация и Религия несовместимы», и «Вера подразумевает знание о том, что именно не является истиной». На самом деле, я не думаю, что последнее высказывание оригинально; если это так, то в этом случае он впервые попробовал пошутить. Он никогда не улыбался, когда я пробовала на нем свою любимую шутку, надеюсь, ты не слышал ее прежде. Она, очевидно, датируется твоим временем.

Декан, выражающий недовольство своему факультету. «Почему вашим ученым нужно такое дорогое оборудование? Почему вы не такие, как факультет математики, единственные потребности которого — доска и корзина для мусора? Или еще лучше как философский факультет. Они не нуждаются даже в мусорной корзине…» Ну, возможно Тэд и слышал это прежде… я полагаю, что большинство философов тоже…

Так или иначе, передай ему мой привет, и никогда, повторяю, никогда не вступай в ним в спор!

С любовью и лучшими пожеланиями из Африканской Башни.

ПЕРЕПИСАТЬ ЗАПОМНИТЬ

ПЕРЕДАТЬ ПУЛУ

16 Круглый стол капитана

Появление такого знаменитого пассажира внесло некоторые нарушения в тесный маленький мир «Голиафа», но команда отнеслась к этому с юмором. Каждый день в 18 часов весь персонал собирался на обед в кают — компании, которая при нулевой гравитации могла достаточно комфортно вместить по крайней мере тридцать человек, если расположить их равномерно вдоль стен. Однако, большую часть времени в рабочих помещениях корабля поддерживалась лунная сила тяжести, таким образом в кают — компании существовал пол, и более восьми человек уже становились толпой.

Полукруглый стол, который в обеденное время поворачивался вокруг автоповара, мог вместить только полную команду из семи человек во главе с капитаном. Дополнительный член экипажа создавал такие непреодолимые проблемы, что теперь каждый раз кто — то вынужден был есть в одиночестве. После долгих, но доброжелательных споров решено было осуществлять выбор в алфавитном порядке — но не собственных имен, которыми редко пользовались, а прозвищ. Пулу потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к ним: «Болты» (ремонтники); «Чипы» (компьютеры и коммуникации); «Первый» (первый помощник); «Жизнь» (медицина и системы жизнеобеспечения); «Движки» (двигатели и силовые установки); и «Звезды» (пилотаж и навигация).

За время десятидневного рейса, слушая истории, шутки и жалобы своих временных попутчиков, Пул узнал о солнечной системе больше, чем за месяцы на Земле. Все на борту были явно рады заполучить нового и, возможно, наивного слушателя в качестве внимательной аудитории, но Пул с трудом воспринимал их по большей части воображаемые истории.

Все же иногда было трудно определить, где провести черту. Никто на самом деле не верил в Золотой Астероид, который обычно расценивали как мистификацию двадцать четвертого столетия. Но как быть с меркурианскими плазмоидами, о которых сообщала по крайней мере дюжина надежных свидетелей за последние пять сотен лет?

Самым простым объяснением было то, что они связаны с шаровой молнией, ответственной за огромное количество сообщений о неопознанных летающих объектах на Земле и Марсе. Но некоторые наблюдатели клялись, что они демонстрировали целеустремленность и даже любознательность, когда с ними сталкивались в закрытых помещениях. Ерунда, отвечали скептики, просто электростатическое притяжение!

Это неизбежно вело к дискуссиям о жизни во Вселенной, и Пул обнаружил, что уже не в первый раз защищает свою собственную эпоху от крайних проявлений их доверчивости и скептицизма. Хотя мания «Чужие — среди нас» уже спала, когда он был еще мальчишкой, но даже гораздо позднее, в 2020–х, Космическое Агентство все еще донимали лунатики, утверждавшие, что вошли в контакт или были похищены пришельцами с других миров. Их заблуждения подкреплялись сенсационной эксплуатацией в средствах массовой информации, и в медицинской литературе этот синдром позднее сохранился как «Болезнь Адамски».

Открытие ЛМА — ОДИН, как это ни парадоксально, положило конец этой жалкой чепухе, продемонстрировав, что хотя действительно где — то и существует разум, но он, очевидно, не интересовался Человечеством в течение нескольких миллионов лет. ЛМА — ОДИН также убедительно опроверг мнение горстки ученых, которые утверждали, что жизнь выше бактериального уровня — такое невероятное явление, что человеческая раса одинока в этой Галактике, если не во всем Космосе.

Команда «Голиафа» больше интересовалась технологией, чем политикой и экономикой эпохи Пула, и была особенно восхищена революцией, которая произошла уже при их жизни — окончание эпохи ископаемого топлива, вызванное использованием вакуумной энергии. Оказалось, что им трудно вообразить себе задушенные смогом города двадцатого столетия, а также расточительство, жадность и ужасные экологические катастрофы нефтяной эры.

— Не обвиняйте меня, — сказал Пул, храбро сопротивляясь после очередной порции критики. — В любом случае, посмотрите, какой беспорядок создало двадцать первое столетие.