— Мистер Делакруа сказал то же самое.
— Конечно, я рад помочь тебе со всем, что тебе необходимо, Анни.
По дороге в ночной клуб, ранее известный как «Львиное логово», место, где я должна была встретиться с Чарльзом Делакруа для подписания договора, я прошла мимо собора святого Патрика. Я решила зайти и быстренько помолиться.
Это не значит, что у меня возникли сомнения. Но я знала, что с момента подписания договора все начнет воплощаться в реальность. Я решила, что попросить благословения для моего предприятия — замечательная мысль.
Я преклонила колени пред алтарем и склонила голову. Поблагодарила Бога за возвращение Лео и за безопасность Нетти. Поблагодарила за то, что проблемы с законом остались позади. Я поблагодарила Господа за время, проведенное в Мексике. Поблагодарила за отца, научившего меня многим вещам за тот короткий промежуток времени, пока мы знали друг друга. А еще за маму и бабушку. Поблагодарила Господа за Вина, за его любовь, даже когда я была уверена в обратном. Я поблагодарила Господа за то, что я Аня Баланчина, а не какая-то другая девушка. Ведь я, Аня, довольно крепкая штучка, и Господь никогда не посылал мне больше, чем я могла вынести. За это я и поблагодарила Господа.
Я поднялась. Положив в корзинку небольшое пожертвование, я вышла из церкви, и отправилась подписывать договор аренды.
***
Во вторую пятницу июня я решила устроить небольшую вечеринку на новом месте, чтобы рассказать друзьям, чем буду заниматься в следующем году. Прежде чем кого-нибудь пригласить, мне нужно было рассказать Вину об участии его отца.
Этим летом мэр, пытаясь показать всем, что Нью-Йорк не столь отвратителен, устраивал сеансы древних фильмов в Брайант-парке. Вин хотел пойти, как богатый человек, у которого есть привилегии и право делать то, что может быть потенциально опасно. Я сказала ему, что пойду с ним, но как следовало ожидать, с собой у меня было мачете.
Во время показа к нам никто не подошел, присутствие полиции впечатляло на таком событии как городской отдых. Тем не менее я едва могла обратить внимание на фильм, потому что думала о том, что мне нужно рассказать Вину.
Когда мы шли домой, Вин все еще говорил о кино.
— Та часть, где девушка едет на лошади по воде? Это было удивительно. Я тоже хочу так же.
— Да, — сказала я.
Вин посмотрел на меня.
— Анни, ты смотрела кино?
— Мне… мне нужно кое-что рассказать тебе.
Я рассказала ему о бизнесе и о договоре, который я подписала, и наконец, назвала имя адвоката, которого наняла.
— На следующей неделе я устраиваю своего рода вечеринку, чтобы представить свою задумку. Я буду очень рада, если ты сможешь прийти.
Вин не разговаривал целый квартал.
— Ты не сделаешь этого, Аня. Просто потому, что тот факт с подписанием договора аренды не означает, что ты должна делать это.
— Я должна, Вин. Неужели ты не видишь? Это способ искупить имя моего отца. Это способ хоть что-то изменить в городе. Если я не сделаю этого, я всегда буду жить во тьме.
— Ты думаешь, что обязана это сделать, но ты не должна. — Он схватил меня за руку и повернул к себе.
— Ты знаешь, как трудно это будет сделать?
— Да, я знаю. Но у меня нет другого выбора, Вин.
— Почему? — сказал он резким голосом, который я от него практически никогда не слышала. — Твой кузен взял на себя управление «Шоколадом Баланчиных». Ты не участвуешь в этом!
— Я никогда не буду не участвовать. Я дочь своего отца. Если я не сделаю этого, я всегда буду сожалеть.
— Ты не дочь своего отца. Я не сын своего отца.
— Я его дочь, Вин. — Я сказала ему, что отрицание также означает отрицать то, кем я являюсь, что я не могу изменить свое имя или свою кровь. Хотя он не слушал.
— Почему ты наняла моего отца? — спросил он тихим голосом, который был намного страшнее громкого.
Я пыталась объяснить ему, но он просто покачал головой.
— Я знал, что ты упрямая, но я никогда бы не подумал, что ты глупа.
— У меня есть причины, Вин.
Вин прижал меня к углу возле стены.
— Я был предан тебе. Если ты так поступишь, я не буду на твоей стороне. Возможно, мы останемся друзьями, но ничего большего. Я уйду от тебя так далеко, насколько это возможно. Я не буду смотреть, как ты будешь уничтожать себя.
Я покачала головой. Мои щеки были мокрые, я плакала.
— Я должна, Вин.
— Я так мало значу для тебя?
— Нет… нет. Но я не могу быть никем иным, кроме самой себя.
Вин посмотрел на меня с отвращением.
— Ты хоть знаешь, что он отравил тебя в прошлом году, а?
Вин знал.
— Он сказал мне.
— Ты точно знаешь, какой он человек, и ты пойдешь и сделаешь это в любом случае! Если он помогает тебе, это лишь потому, что он видит выгоду для самого себя.
— Я знаю это, Вин. Он использует меня, я использую его.
— Тогда ты достойна его.
Вин покачал головой.
— Мы закончили, — сказал он.
— Не делай этого, Вин. Не здесь. Не сейчас. Подумай столько, сколько нужно. — Стыдясь всего этого, я упала на колени и сложила ладони вместе.
Он сказал, что ему не нужно думать.
— Я не буду своей мамой. Я не буду долго страдать.
И после сказанного он ушел. Я побежала за ним, но споткнулась и разодрала кожу на коленях о тротуар. Когда я встала, возле остановки появился автобус и Вин уже зашел в него.
***
Добравшись до дома, я попыталась дозвониться до Вина.
— Он уже лег спать, — сказал мистер Делакруа с прохладцей. — Поговоришь вместо него со стариной Чарли?
Я ответила, что необходимости в этом нет. Чарльза Делакруа я и так видела регулярно.
Так продолжалось несколько дней (без учета времени суток) до тех пор, пока миссис Делакруа не сказала, что Вин уехал в Олбани навестить друзей.
Может мне стоило сесть на первый попавшийся поезд до Олбани, я могла так просто взять и сделать это. Но я не знала, что ему скажу. По-правде говоря, он скорее всего был прав. Я проигнорировала его чувства в погоне за непонятно чем, а объяснить, почему — не сумела. Вернее, если объясню, то, подозреваю, он не захочет ответить на поставленные вопросы: Вин был непоколебимым, верным и хорошим во всех отношениях, но этого недостаточно. К худу или добру, желание преуспеть там, где провалился отец, было сильнее любви к Вину.
Нет, я не рванула за своим парнем в Олбани. Я занялась организацией бизнеса и завершением отделочных работ для пятничной тусовки в преддверии открытия.
Зазвонил телефон. Несмотря на свой настрой, я понадеялась, что это Вин, но ошиблась.
— Рада слышать своего старинного приятеля? — спросил Тео.
Несколькими днями ранее я спрашивала совета у бабули насчет заменителя какао в мороженом горячем шоколаде, этот напиток я планировала разливать на вечеринке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
