закреплением в наследовании лучших мозгов, а не продолжительности жизни. — Лазарус обвел толпу взглядом. — Каждый получит слово, но только в порядке очереди, установленной председателем. Если этот тип еще раз вякнет, я скормлю ему его же собственные зубы. Устраивает вас такой председатель, а?
По залу прошелестел шепот как одобрения, так и осуждения, но вслух никто не возразил. Заккур Барстоу продолжал:
— По совету Ральфа Шульца, Поверенные в течение последних трех месяцев постарались, чтобы все заявившие о своем существовании члены Семей получили гипноблокаду. И мы почти преуспели в этом.
— Давай без обиняков, Зак, — снова перебил его Лазарус, — в безопасности мы или нет?
— Нет! По меньшей мере двое из наших кузенов, которые наверняка будут арестованы, не получили блокады.
Лазарус пожал плечами.
— Тогда, пожалуй, все. Братцы, игра проиграна. Всего один укол сыворотки правды в руку — и нашему «маскараду» конец. Это в корне меняет ситуацию, во всяком случае изменит ее через несколько часов. Какие есть мнения насчет того, что нам предпринять?
В рубке управления трансконтинентальной ракеты «Уоллаби», направлявшейся в южное полушарие, вдруг загудел телеком, и — щелк! — из него, словно язык, высунулся край листка бумаги с сообщением. Второй пилот протянул руку и вытащил послание.
Он прочитал его, затем перечитал еще раз.
— Шкипер, настройтесь на худшее!
— Что, неприятности?
— Вот, ознакомьтесь!
Прочитав сообщение, капитан удрученно присвистнул:
— Дьявольщина! Я в жизни никогда никого не арестовывал. Да, пожалуй, и не видел своими глазами, как это делается. С чего же мы начнем?
— Преклоняюсь перед вашим авторитетом командира.
— Да что ты говоришь! — с издевкой отозвался капитан. — В таком случае, в порядке преклонения, можешь отправляться и выполнять приказ об аресте.
— Что? Я вовсе не это имел в виду. Ведь именно вы наделены здесь полномочиями представлять власть. А я уж лучше подменю вас у коммуникатора.
— Ты, видно, не так меня понял. В качестве представителя власти я приказываю тебе произвести арест. Иди и выполняй.
— Минуточку! Эл, но в моем контракте ничего не сказано…
— Выполняй приказание!
— Есть, сэр!
Второй пилот отправился в хвостовой отсек. Корабль уже вошел в атмосферу и теперь снижался по пологой траектории. Второй пилот мог свободно идти. Про себя он подумал о том, как, интересно, выглядел бы арест в невесомости. Ловить задерживаемого сачком для бабочек? Он определил пассажира по номеру кресла и коснулся его руки.
— Простите, сэр. Произошла досадная ошибка. Позвольте взглянуть на ваш билет?
— Конечно, пожалуйста.
— Вы не будете против, если мы с вами пройдем в служебное помещение? Там гораздо спокойнее, к тому же мы оба сможем сесть и во всем разобраться.
— Пожалуйста, пожалуйста.
Когда они вошли в служебную каюту, старший офицер попросил пассажира присесть, затем как бы спохватился:
— Какая глупость! Я забыл в рубке пассажирский список. — Он повернулся и вышел.
Как только дверь скользнула на место, пассажир услышал неожиданный щелчок. Под влиянием внезапно пробудившихся подозрений он попробовал открыть дверь. Она была заперта.
В Мельбурне за ним явились два проктора. Пока они вели его через космопорт, он слышал насмешливые и весьма недоброжелательные замечания зевак: «Наконец-то сцапали одного из "юнцов"!» — «Неужто и впрямь? Честно говоря, он совсем не выглядит старым». — «Эй, почем нынче обезьяньи семенники?» — «Не пялься, Герберт». — «А почему бы и нет? Они еще и не такого заслуживают!»
Арестованного доставили в офис Старшего Провоста, который с деланной любезностью предложил ему сесть.
— Ну что ж, сэр, — сообщил с едва уловимым местным акцентом Провост, — если вы не окажете сопротивления, позволив сделать всего один укол в руку…
— С какой целью?
— Я убежден, что вы лояльный гражданин и изо всех сил стремитесь оказывать содействие властям. Никакого вреда вам не причинят.
— Это к делу не относится. Я настаиваю на том, чтобы мне объяснили причину задержания. Я гражданин Соединенных Штатов.
— Не спорю, но Федерация имеет свою юрисдикцию в каждом из входящих в нее государств, а я в данный момент как раз действую от имени Федерации. Так что, будьте добры, закатайте рукав.
— Я отказываюсь подчиняться. Я настаиваю на уважении к моим гражданским правам.
— Подержите-ка его, ребята.
Чтобы выполнить распоряжение, понадобились четверо. Но еще до того, как игла коснулась руки задержанного, тот вдруг стиснул зубы, и его лицо исказилось гримасой внезапной боли. После этого пленник перестал вырываться и сидел неподвижно, а блюстители порядка ждали, пока подействует наркотик. Наконец Провост мягко приподнял веко пленника и заключил:
— Думаю, он готов. Весит он не более шестидесяти килограммов, так что пробрать его должно довольно быстро. Где у нас перечень вопросов?
Помощник протянул ему вопросник, и Провост начал:
— Гораций Фут, вы меня слышите?
Губы человека шевельнулись. Казалось, он собирается заговорить. Рот его открылся, и вдруг на грудь ему хлынула струя крови.
Провост взревел и, запрокинув голову задержанного, быстро осмотрел его лицо.
— Хирурга! Он откусил себе язык!
Капитан приписанного к Луна-Сити челнока «Лунная Дорожка» хмыкнул, прочтя депешу, только что врученную ему.
— Что еще за детские игры! — Он взглянул на своего второго заместителя. — Ну-ка, ну-ка, сударь, объясните мне!
Второй заместитель сосредоточенно разглядывал пятно на потолке. Кипя негодованием, капитан вытянул руку с депешей и стал читать вслух:
— «…меры предосторожности, гарантирующие, что задержанный не сможет причинить себе никакого вреда. Вам предлагается привести его в бессознательное состояние, не производя при этом действий, способных заронить у него подозрение о характере ваших намерений». — Капитан опустил листок. — Что они там все, с ума посходили? Я что, губернатор Окраины, что ли? Да что они там о себе возомнили? Указывать мне, что мне на моем корабле делать с моими пассажирами! Да я никогда… хоть режь меня! Никогда! Нет такого закона, чтобы заставить меня… Верно ведь? Эй, сударь!
Второй заместитель продолжал молча изучать потолок.
Капитан перестал расхаживать взад-вперед.
— Стюард! Стюард! Черт возьми, почему этого человека никогда не бывает на месте, когда он нужен?!
— Я здесь, капитан!
— Очень вовремя!
— Я все время находился рядом, сэр.
— Не спорьте со мной! Вот здесь… Словом, действуйте! — Он вручил стюарду депешу и вышел.
Корабельный механик под наблюдением стюарда и врача произвел незначительные изменения в системе кондиционирования воздуха одной из кают. Два беспокойных пассажира тут же избавились от всех своих тревог под действием небольшой дозы усыпляющего газа.
— Еще одно сообщение, сэр.
— Положите его на стол, — устало бросил Администратор Форд.
— Да, еще советник Борк Вэннинг шлет свои поздравления и просит об интервью.
— Передайте ему, что я очень сожалею, но сейчас слишком занят.
— Он настоятельно просит о встрече с
