– А это кто?
– Это люди. Но самые отмороженные из всех отмороженных. Их идеология основана на том, что все, что напоминает о минувшей эпохе, должно быть уничтожено. Остатки городов, памятников, предметы искусства, фасон одежды, имена, религии. Все. Должен возникнуть их новый мир. У них даже язык свой, таралбанский.
– Это как? – усмехнулся Варяг.
– Ну, в стародавние времена был такой язык – тарабарский. Это еще в петровские времена. Им иногда купцы коробейщики пользовались. Еще офеня какая-то была и тарабарский вот этот. Обычные слова задом на перед проговаривались, чтобы сразу не догадались о чем речь. И был язык… Как его… В Интернете еще… Падонкский что ли, – он потер лоб, – Его еще в шутку албанским называли. Исковерканный русский язык короче. Так вот у вандалов помесь этих двух языков. Вандалы мечтают обратить всех в свою идеологию. Кто не согласен, тот должен умереть. Оружием они, однако, той эпохи, пользуются с удовольствием. На сам Вавилон они не нападают, а вот на людей наших постоянно устраивают засады. Человечиной не брезгуют.
– Про вандерлогов этих вонючих рассказываешь? – весело воскликнул вошедший в бар довольно молодой человек. На вид ему было лет двадцать пять. За ним вошли еще четверо. У всех на рукавах были красные повязки с серпом и молотом.
– О, а вот и наши доморощенные красные, – улыбнулся Кабан, – Куда ходили на этот раз, что так скоро вернулись?
– Да искали этих рейдеров, про которых Шнифер наплел…
– Ничего я наплел! – воскликнул тот.
– Пасть закрой, – огрызнулся один из красных бойцов. – Разделились. Группа Санька пошла в сторону Иерихона. А мы хотели до адских ворот дойти, но тут вьюга. Плюнули. Следов все равно никаких уже не видно. А на обратном пути заплутали малость и к поселению вандалов вышли. И представляешь, удача, какая! Там в поселении только десять охранников было да старики ихние, бабы да весь их выводок! Короче основная масса ихняя куда-то в поход двинулась и поселок практически пустой. Да охрана еще у них только пьяная, толи под наркотой. Ну, мы, недолго думая устроили там резню и сожгли все их жилища к чертовой бабушке. Два мешка патронов и десяток стволов оттуда приволокли. Теперь вандалам оставшимся жить негде будет, – боец усмехнулся, – Передохнут все или уйдут подальше от нас.
– Или прямо к вам, – покачал головой Людоед.
– Чего? – красный вопросительно уставился на него.
– Ты не подумал, что они придут прямо сюда, в поисках нового жилища, взамен утерянного и в поисках мести?
– Эй, приятель, да брось ты. Они уже лет шесть не нападают на Вавилон. Это неприступная крепость! – боец засмеялся, и его товарищи стали ему поддакивать. – Это самоубийство для них будет! Ладно, Кабан, ты нам банкетик в честь победы над этими ублюдками сваргань пока, ладно? А мы сейчас пойдем, помоемся и к тебе. В деталях все расскажем.
– Договорились, – кивнул бармен.
Красные ушли.
– Салаги… Стратеги, мать их, – зло процедил Людоед.
– Ты чего? – Сквернослов вопросительно на него посмотрел.
– Ох, ребята, чую, накликали эти сопляки беду на этот Вавилон и на нас с вами. Придут эти вандалы сюда.
– Да брось, – махнул рукой Варяг, – Сколько народу надо, чтобы штурмовать такую цитадель?
– Если это фанатики, гонимые к тому же безвыходностью своего положения, то много меньше чем ты думаешь. Уж поверь тому, что я видел в Москве за все годы. Как морлоки оккупировали все метро, выдавливая вооруженных до зубов выживших, как ветер выдувает сажу… А сейчас наверное пол города будет сидеть на арене и смотреть этот бой грузина с китайцем. Самое время для нападения.
– Да откуда они узнают? – усмехнулся Вячеслав.
– Помнишь того лоха, которому они клеймо на лоб поставили и выгнали?
– Ну…
– Я бы на его месте пошел к злейшим врагам своих обидчиков. А это вандалы и есть. И все им слил, что внутри происходит.
– Крест, что-то ты так не напрягался, когда на дом советов напали. – Сказал Варяг.
– Там я знал потенциал войск конфедерации. Знал наши возможности. А тут? Бравада одна. Ты этих патрульных вспомни. Кичатся тельняшками, а как я боевую стойку принял даже не заметили…
34. У ТЕБЯ, ЕГО ГЛАЗА
Они продолжили трапезу молча. Варяг ясно дал понять, что обсуждать все услышанное от биолога по имени Ветер надо без свидетелей, ибо очень много странного они услышали и от него и от Шнифера и от компании в углу. Путники сразу вспомнили охотничью артель людоедов, которую взорвал Крест. Так называемая кантина Олигарха. И отчего описания рейдерской машины так четко совпадало с луноходом, было не понятно. Но ясно одно, малейшего намека на то, что и кантину взорвали и на холме стояли одни и те же люди, а именно они, во что бы то ни стало надо избежать. Иначе последствия могут быть весьма плачевными.
– Варяг, они про искателей говорили. Ты же сам рассказывал, что почти до Урала дошел. – Прошептал Сквернослов. – Ты разве раньше про Вавилон ничего не слыхал?
– Нет. Не слыхал. А почти, это трехсот или четырехсот километров не дошел. И то много южнее было. А искатели не только в Надеждинске есть. В Рязанской области среди выживших тоже есть искатели…
В бар вошла группа из четырех женщин. Одеты они были по-военному. На портупейных ремнях ножны с армейскими ножами. Видимо женщины были из местных, если им было разрешено ношение оружия. У каждой на рукаве белой краской была выведена лисица. На вид им было около сорока. Но явно они за собой ухаживали. Аккуратные прически, хорошо скроенная и ухоженная одежда. Им недоставало лишь макияжа для выразительности лиц. Но, последние двадцать лет как-то было видимо не до этой самой выразительности…
– Ух ты, – хмыкнул Сквернослов. Давно отвыкнув от женщин разрисованных дорогой косметикой, которые теперь лишь изредка позволяли себе проколоть иглой палец, чтобы навести кровью румянец на щеках, мужчины постепенно научились ценить естественною красоту женщин, если конечно они ею обладали. Ну, или, в крайнем случае, стараться эту красоту найти.
– Шнифер, Гнус, на выход. Вас комендант срочно вызывает, – строго сказала рыжеволосая, с треугольным лицом, которое делало ее действительно похожей на лисицу.
– Опять?! – возмутился Шнифер.
– Не опять, а снова. Топайте, давайте шибче.
– Нам что, делать больше нечего?! – воскликнул Гнус, обернувшись, – Мы же только от него!
– Значит надо, – нахмурилась рыжая, – И ребятки, давайте без вони. Вы тут на птичьих правах. Так что или топайте, или клеймо на лоб схлопочите за неподчинение.
– Чертовы рейдеры, нахрен мы вообще про это кому-то рассказали, – пробормотал Гнус вставая. Они ушли с недовольным видом. Их столик заняли воинственные женщины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
