а после них… — вздох. — «Корея Айдол», «Бегущий человек», «Попался» и всё, что ещё взбредёт в голову PR отделу, — она явно сейчас перечисляет название телешоу с иронией в голосе, а после снова слышится тяжёлый вздох. — Нам нужно быть готовыми и собраться. Поэтому нужно снова привыкать к привычному и рабочему ритму.
Слыша их разговор, все трейни, стоящие рядом, тоже притихли и с завистью смотрели на девушек.
— Менеджер Мун разве уже говорил нам расписание? — интересуется Хё Джин.
— Пока нет, — отвечает Су Мин. — Но договор с медиакомпаниями наше агентство уже подписало, так что нам остаётся лишь надеяться, что в графике выделят время хотя бы на еду и сон.
— Очередные соревнования на камеру, — шикает недовольно Ю На. — Это выматывает сильнее, чем выступления.
— А-а, — протягивает Эн Би. — Ты поэтому, перед тем как загрузить себя, решила своеобразно разгрузиться? — в голосе девушке слышится язвительность.
— Ах ты, мел…
Последняя фраза вызывает недоумение в глазах окружающих стажёров, но, видя, как макне с агдан дурачится, они начинают улыбаться.
Ю На не успевает договорить, а остальные дослушать, как дверь в зал открывается.
Камеры операторов тут же направляются в сторону руководителя Бо Гиля и менеджера Муна. Толпа, что распределилась по залу, начинает стекаться ближе к сцене, на помост которой проходит Бо Гиль вместе с менеджером Муном. Трейни группируются и встают в широкую линейку. А перед ними выстраиваются их капитаны.
— Приветствую вас, наши молодые дарования, — с широкой улыбкой произносит руководитель.
— Добрый день, — разливается по залу синхронный ответ трейни, сопровождающийся поклоном.
— Итак, сегодня мы сообщим вам задание третьего и заключительного выпуска нашего шоу, — он обводит всех присутствующих взглядом, делая интригующую паузу в несколько секунд. — Изначально мы хотели посмотреть, к чему вы пришли за время совместной с айдолами обучения и чему смогли у них научиться. Мы не делали из этого тайну и вы уже давно знали, что темой будет ваше выступление. Но то, как это будет оформлено, даже для нас долгое время оставалось под вопросом. И только сегодня утром, — он оборачивается в сторону менеджера Муна, на что тот кивает ему в ответ. — Мы окончательно пришли к той форме, которое примет ваше последнее испытание.
В этот момент по залу пронеслись шепотки. Кто-то с удивлением оборачивался в сторону своего соседа. Кто-то с волнением в глазах, сглатывал слюну после такой новости. А кто-то оставался спокойным и просто продолжал слушать правила, даже не поведя бровью.
Я же чувствовал только удовлетворение оттого, что сейчас услышал.
— Ваша задача: совместно с вашими капитанами создать и подготовить полноценную кавер-версию. Песня может быть взята любая, но, думаю, наши дорогие айдолы из группы «Эклипс» будут рады, если исполненная вами композиция будет взята из их репертуара, — он многозначительно смотрит на айдолов, на что те с улыбкой согласно кивают. — После того как вы выберете произведение, которое будете исполнять, и измените его под себя, у вас появится следующая задача: самостоятельно выбрать место, где именно вы будете исполнять вашу песню.
Снова поднимается гул.
— Господин Бо Гиль, — поднимает руку девушка, которая чаще всего задаёт вопросы по заданию.
По взгляду руководителя он не был доволен тем, что его прервали, но, быстро сменив недовольство улыбкой, он позволил продолжить: — Да?
— Я правильно понимаю, что мы должны исполнить её вне пределов нашего агентства вместе с капитанами?
— Именно. Причём вы должны найти как можно больше зрителей. А само выступление должно быть записано на камеру, видеозапись которой вы сдадите нам в качестве доказательства о выполненном задании.
— Значит, нас не будут снимать, и мы должны это сделать сами? — снова задумчиво задаётся она вопросом.
— Именно так, — кивает с улыбкой руководитель Бо Гиль. — Это и есть третье условие, которое я должен был озвучить — обращается напрямую к ней, мягко указывая, что она его перебила.
Девушка после его вопроса слегка поджимает губы, вытягивая их в тонкую линию.
— Надеюсь, что каждая из команд покажет себя в лучшем свете, — снова обращается к аудитории. — На всё задание вам даётся два дня. Сегодня четверг, а в субботу мы ждём ваших записей. Всю подготовку по аранжировке вы можете провести здесь, как и репетицию, оборудование мы вам предоставим, но как только вы выйдете из этого здания, все организационные моменты лягут только на ваши плечи. Ну и, конечно, удачи всем вам.
После того как Бо Гиль заканчивает свою речь, камеры операторов снова направляются на трейни. Каждая из команд отходит в сторону, подальше от конкурентов, чтобы обсудить условия, и что им делать дальше.
Однако по лицам и испуганным глазам, я понимаю, что не все готовы к массовому выступлению, даже под руководством известных айдолов. Впрочем, некоторые из новичков наоборот — даже слишком вдохновились этой идеей.
— Два дня? — возмущённо произносит ирландец, как только мы со своей командой отходим в сторону. — Они, правда, думают, что за два дня можно поставить полноценный номер?
— Ну даже не знаю, — как-то растерянно произносит Ю На и её фраза, как мне показалось, совсем не была ответом для рыжего. — Это совсем не сходится с тем, что изначально говорил менеджер Мун.
Девушка выглядела как-то слишком задумчивой.
— Вам говорили заранее о предстоящем задании? — с интересом спросил парень.
— Нет, но когда Эн Би приставала к менеджеру с вопросами, он, чтобы она отстала, давал нам намёки, — скривилась она. — И он намекал совсем на другое.
— Может, слегка приврал, — пожал я плечами.
После моих слов она внезапно обернулась на меня и очень подозрительно посмотрела.
— Я не знаю почему, но у меня такое предчувствие… — многозначительно начала она.
— Ага, и у меня тоже, — кивает ирландец, совсем не понимая окружающего контекста. — Например, что у нас, в отличие от остальных, — он окидывает взглядом другие команды. — Намного меньше людей. К тому же, — с презрением смотрит на покемонов, скрещивая руки на груди, и останавливает взгляд на мне. — Ещё и таких себе людей.
— Так сильно не веришь в наш успех? — интересуюсь у него.
— А ты сам как думаешь? — недовольно кривится. — Мы по способностям явно проигрываем, вон, — он кивает в сторону противоположной команде.
— Кому же? — изгибает бровь Ю На.
— Да всем, — с возмущением отвечает он. — Один не участвует нигде, — кивает на меня. — Эти, — кивает на покемонов. — Вообще, по-корейски не говорят.
— Говорят, — кивает Цин. — Я говорю на корейском, — и в этот раз правильно, но со всё тем же ужасным акцентом сказала девочка и недовольно поджала губы.
— Ага, — недовольно фыркает ирландец.
— Ну, в их защиту могу сказать, что они неплохо выполнили прошлое задание, —
