Но пока проклятущий Фунна занят этими грёбанными плодами… Нет, пока меня чародейски манит папирус, насыщенный - я это чувствую, магией стихов - действительно, это прощание со всем и со всеми, дарование нового мира без солнца, освещаемого только ущербным серпиком Луны - великое искусство, строки так прекрасны и зовут читать дальше. Однако здесь слова расплываются из-за слезинки. Применю-ка я «шпионское» заклинание восстановления утраченного текста, там, где это возможно, конечно, а то пятно расплылось от середины к низу тонкой выделки папирусной бумаги, дорогостоящей, но не в цене дело. А дело в том, что обычно рачительный Квотриус взял ночью при свете жировой свечи лист именно такой бумаги, чтобы написать своё стихотворное «завещание», обращённое ко всему миру, даже не к Ойкумене одной, но и к ненавистным им прежде варварам.
Хорошо, что палочку я не забыл прихватить. Ну же!
- Recuperaro* * * * * * * * * * * * * * linguae!
- Вот, теперь, более-мeнее можно разобрать, что написано далее. Но торопись, Сев, не размусоливай сопли! На кону - жизнь моего возлюбленного, моего и только моего Квотриуса!
А что я могу сделать без Фунны? Искать самому - о, как же хочется сорваться с места! - но не пристало дементорову Господину дома бегать, словно раб, по двору. Проклятый мой титул!
«Пусть Селена потеряет светило своё ночное,
И мечется луна низко над морем меж брегами пролива, ударяясь о скалы,
Теряя былую полноту свою и превращаясь в серп колона узкий - прощайте!
Пусть звёзды, бывшие неподвижными, отрываются от иссиня-чёрного шёлка небес,
Оставляя прорехи в нём, и падают мимо сферы планиды Земля* * * в бездну Хаоса первозданного,
И меркнут там, словно мириады солнц, да поглотит их Кронос ненасытный - прощайте!»
- Дальше почти неразличимо.
____________________________________________
* Вал Адриана («Стена Адриана»; англ. Hadrian's Wall, лат. Vallum Hadriani) - укрепление из камня и торфа, построенное между 122 и 126 гг.н.э.(ЗАБРАНО)
* * Римляне, жившие в эпоху расцвета Республики и Императорства Божественных Кесарей в Италии и южнее (в Египте, Сирии и других юго-восточных провинциях государства) хорошо знали, что такое пшеничный дрожжевой хлеб. Это знание перешло к латинам от греков. Но такой хлеб считался лакомством и в обычные, непраздничные дни не подавался, зато предлагался, как бескровная жертва, на алтари множества богов, в той или иной степени ответственных за плодородие.
* * * Какое число, профессор Снейп, сэр (какой день)? (иск. англ.)
* * * * Как Вам (тебе) нравится эта песня, профессор Снейп, сэр? (иск. англ.)
* * * * * «Календы» в Древнем Риме - первые восемь дней каждого из двенадцати месяцев. Затем следуют «ноны» - дни с девятого, как следует из их названия до середины месяца. Дни посредине месяца назывались: «иды», а затем отсчёт времени в безымянные дни вёлся по принципу: «столько-то дней до календ», то есть в обратном порядке. О начале календ, то есть, о наступлении нового месяца, объявлялось публично. Все денежные долги и залоги старались отдать и выкупить в безымянные дни месяцев, до новых календ. В тринадцатом месяце счёт дней вёлся по современной манере - от первого до последнего числа.
* * * * * * Какое сегодня число, профессор Снейп, сэр (какой день)? (иск. англ.)
* * * * * * * Вам нравится эта песня, профессор Снейп, сэр? (иск. англ.)
* * * * * * * * Квотриус хочет быть похожим на меня? Он знает, что ты любишь меня? (иск. англ. разг.)
* * * * * * * * * Я очень хочу узнать о нём побольше. (иск. англ. разг.)
* * * * * * * * * * Квотриус хочет быть похожим на меня? Он знает, что ты любишь меня? (иск. англ. разг.)
* * * * * * * * * * * Я очень хочу узнать о нём побольше. (иск. англ. разг.)
* * * * * * * * * * * * De profundis (лат.) - Из глубины (взываю к Тебе, Господи) - один из псалмов, принятых и в Англиканской Церкви.
* * * * * * * * * * * * * Сол - бог солнца в Риме.
* * * * * * * * * * * * * * Восстанавливаю (лат.)
Глава 44.
О, боги, Мерлин! Как же прекрасно… неожиданными метафорами передаёт магический Апокалипсис конец света… передавал… Нет, всё же мы найдём его, и обязательно живым, живым! Только бы этот проклятущий управитель имения Фунна пришёл скорее, а он, идиот, скорее всего, занят глупыми, ненужными мне без Квотриуса, телегами с обильною жратвой для местных пожирателей жрачки, как сказал бы Гарри. Что с ним сейчас, захмелевшим, творится в его опочивальне? Но это вопрос второстепенной важности, Сев, вдолби ты себе это себе в непутёвую голову!
Лучше прочитай побыстрее строки, которые открылись и так манили тебя. Ах, больше не манят? Читай, отребье рода Снейпов! Раз уж ты расколдовал их, то читай скорее! Не то не нащупаешь ты пульса на запястьи Квотриуса родного!
И я читаю, как можно скорее, боясь потерять свою единственную настоящую, но не иллюзорную любовь. «Моо зен зе лайф ов майн», видите ли, но стоит чуточку пригубить, приходят к нему совы, медведи, даже волки, племени его хозяев позорные... Совсем пить не умеет, ну отказался бы, так нет, выпил, сам не зная… он пьёт, пьёт вино, как положено взрослому волшебнику, пусть ещё и юноше, но уже давно совершеннолетнему. Опять все мысли о Гарри, как только мозг немного разгрузится. Срочно, раз уж мы такие выскорожденные патриции, что по привычке можно только сидеть на любимом табурете Квотриуса, следует разобраться с остатками стихотворных строф. Итак, читаем, продираясь через потёкшую киноварь:
«О, Северус, север… ер мой, прекрасный более, чем жизнь радужная, великий дар,
Коим богами одарен был я, а теперь же прощаюсь и с… и с тобою,
О… вь величествен… , ибо не сыскать тако…
Во Вселе… всей, ты, тепло тела… рящий, язык… ...ведомыми могущий говор…
Возлюб… кровь серд… мое… живо… кою… ради люб…»
Пропущено почти четыре - целых четыре! - строфы…
" - … ощайте вы оба!»
Я отчасти понимаю, это означает:
«О, Северус, северный ветер мой, прекрасный более, чем жизнь радужная, великий дар,
Коим богами одарен был я, а теперь же прощаюсь и с нею, и с тобою,
О, любовь величественная, ибо не сыскать таковой…
Во Вселенной всей, ты, тепло тела дарящий, языками неведомыми могущий говорить,
Возлюбленный! Кровь сердца моего живого, кою ради люб…»
- Вот только, что там с кровью сердца живого «кою ради люб…»? Глагол исчез полностью и не подлежит реставрации… Пролил? Пролью? Проливаю? Или нечто совсем иное? И даже это окончание «люб…» непонятно. Что за строфы величественной, грандиозной, устрашающей, потрясающей по мощи воздействия поэзии исчезли? И навсегда ли?Неушто навсегда?! Боги милостивые, не дайте излишней крови пролиться из вен Снепиуса Квотриуса Малефиция! Не допустите смерти его!
