совершенно разбитым, но хотя бы рана на лице подзатянулась и один глаз точно не был задет.
Под боком посапывала Мари, укрывшая их обоих своим плащом, немного смутив Хакара. Добряк лежал в стороне, обвиняюще глядя на хозяина.
— Ну прости, — буркнул Хак.
Поднявшись на ноги, он огляделся. В крепости почти все спали, лишь дозорные стояли на постах, да клирики и врачи сновали над ранеными. Из их отряда не спали Хвель и Ринала, сидевшие у костра.
— Хакар, как ты? — вымученно улыбнулась блондинка. — Давай поменяем повязки.
Стрелок не стал сопротивляться, с замиранием сердца усевшись перед блондинкой. Та аккуратно сняла повязку, которую вчера наложили в походном госпитале. Правый глаз видел, хотя какая-то муть еще не спала окончательно.
— Белок весь красный, но кажется обошлось, — выдохнула девушка. — Все лицо тебе когтями исполосовали, но зрение похоже не пострадало. Повезло тебе.
— Аркум как? — тут же поинтересовался парень.
Ринала посмурнела, но все же ответила:
— Ему меньше повезло. Ногу при помощи молитв и инструментов практически по кусочкам собирали, но как раньше ему уже точно не бегать. Скорее всего до конца жизни придется хромать, на палочку опираясь.
— Беда… остальные как?
— Лучше Арка. Хвель… молчит. Руке его снова досталось, когда обратно шли. Вроде как срастется, но тоже могут быть осложнения. Анс оправится, скорее всего без последствий. Грид много крови потерял, но выкарабкается. Девчонки почти без ранений, благодаря вам. Хэл и Хог добрались вместе со второй половиной отряда.
— Да уж… для большинства этот Поход вообще не стоил обещанных денег.
— Если бы дело было только в деньгах.
Хакар согласно кивнул.
Их никто не трогал. Ни их десяток, ни крепость в целом. Твари почти полностью покинули город. Около полудня крепкий отряд добрался до дворца, но не нашел там ни следов Прорыва, никого из Слуг. Можно ли это было считать победой? По словам Церковников порча покидала эти земли, Хак и сам ощущал, что дышать стало свободнее, но выиграли ли они? Куда делся враг? И что будет дальше?
В обратный путь было решено направляться через пару дней, когда все немного оправятся. Была надежда на идущий морем флот, но в то, что те прорвались мимо кишащих на юге морских тварей уже мало кому верилось.
Хакар думал, что больше ничего интересного этот день им не преподнесет, но ближе к вечеру явилась судья Хэилдьюр.
— Я слышала о поступке Криги. Смелый поступок для съюртраг, но не необычный. Многие не хотят даваться в наши руки.
— Чего вы хотите теперь? — разговор на себя взяла Ринала.
— В целом ничего. Лишь, если вам интересно, сказать, что у вашей подруги теперь есть шанс на искупление. Наши Боги жестоки, но справедливы.
— Вот уж спасибо, — рыкнул Хвель, неожиданно для всех.
Судья смерила северянина печальным взглядом, но смолчала. Затем, чуть помявшись, женщина добавила:
— Я передам ее родственникам, что Крига сражалась храбро. И искупила часть своих поступков еще при жизни. Ее фамильное оружие…
Хвель зло заворчал и крепче сжал копье Крины, лежавшее на коленях.
— … утеряно в бою. Сгорело вместе с девушкой, — вздохнула судья. — Не буду больше мешать. Надеюсь, все мы спокойно вернемся домой.
Когда судья ушла, друзья еще долго молча сидели у костра, слушая вой ветра. О чем теперь было говорить? Их путь был почти пройден. Хакар не особо верил, что после пережитого сможет так же, как раньше брать задания в Гильдии, искать тварей по лесам и весям, чтобы заработать немного деньжат. Он хотел домой. Все они этого хотели…
Эпилог
Легкие порывы чуть теплого ветерка, налетавшего с запада, со стороны далекого моря, трепали отросшие черные волосы. Аркум лениво шел за волами, припадая на искалеченную ногу, думая о том, что предстоит сделать. Солнце уже клонилось к закату, бросая ему в спину красноватые лучи, от чего перед мужчиной так же неловко ковыляла его длинная тень.
Прошло около полугода с того Похода, но Арк этого и не заметил. И дело совсем не в ране, пускай восстановление и заняло много времени. Почти весь остаток лета он провел в родной деревне, ожидая пока кости срастутся, а затем учась заново ходить. Из всех друзей, с ним отправились лишь Хакар, Ринала, Мари и Хвель. Брильемец и купеческая дочка отпочковались где-то по пути, дома у Арка пару дней погостил северянин, а потом отправился к себе. Как-то так оказалось, что рядом с раненым осталась лишь Ринала, приглядывавшая за ним.
Девушка больше не могла исцелять. Ее необдуманная мольба в день бегства от академии, сильно задела троицу Богов, которым поклонялись все клирики. Возможно, Гуривальд еще откликнулся бы на ее просьбы, но Ринала не пыталась это проверять. Она как будто прекрасно ощущала себя и без своих сил, помогая Арку при помощи обычной медицины. А вскоре девушке пришлось вспоминать и то, чем она жила до учебы в Церкви, обычную деревенскую жизнь.
На заработанные деньги они купили у барона большой участок недалеко от родной деревни Арка. Земля была неплохая, да к тому же дешевая, по причине тяжелого экономического положения, сложившегося в королевстве в последний год. При желании Аркум теперь мог бы отстроить целый хутор или даже небольшую деревеньку, но пока ограничился лишь одним домом, пускай и крупным, да хлевом для скота. Строить помогали родственники. Да что уж говорить, пока сам Арк валялся в постели, всей административной частью занималась Ринала, а стройкой отец, друзья и старые знакомые.
Семья, кстати, подумывала перебраться поближе к вернувшемуся сыну. Так что глядишь и правда получится небольшой хуторок, а может и что позначительнее, но это дело будущее. Пока нужно было засеять яровые, благо сегодня Арк допахал последний участок, откуда сейчас и возвращался. Работать за плугом нога не особо мешала, хотя на дальние расстояния мужчина и старался ходить с тростью или вовсе ездить в упряжке, если нужно было, к примеру навестить родню.
О былых сражениях и приключениях Арк, к собственному удивлению, даже не вспоминал. Его броня и оружие лежали в сундуке в их с Риналой комнате, вместе с ее робой и другим снаряжением. Там же хранились две пары жетонов. В Гильдии не стали их принимать, им нужны были лишь жетоны павших Охотников. Арк же и Ринала в какой-то мере вышли на заслуженную пенсию.
Из-за края холма показалась крыша дома, стоявшего
