как у них все устроено. Как на легковушке, или нажимать еще что надо. Вспомнился трактор отца. Он заводил его веревкой. Наматывал ее на какой-то «пускач», дергал, трактор страшно ревел, а потом пускал облако черного дыма и заводился. Надо же какой пробел у меня в жизни. Твари уже подбирались к кабине грузовика. Я держал дверь за ручку, боясь хлопнуть, чтобы закрыть ее. Друзья Айболита могли кинуться на звук. С чего начать не мог сообразить, то ли дверью хлопнуть, то ли попытаться повернуть ключ в замке зажигания. Чем эти твари осязают непонятно, то ли тепло чувствуют, то ли звук, то ли и то и другое. Глаз у них не видать вроде. В любом случае времени у меня мало. Секунду поколебавшись, принял решение, вначале захлопну дверь, а потом заведу.
Эти змеи движутся со скоростью света, что ли? Я только приоткрыл дверь, чтобы захлопнуть ее с размаху, как в щель между дверью и порогом метнулось одно из существ. Я громко вскрикнул от неожиданности и коротко матюкнулся. Дверь не захлопнулась. Верхняя часть Тяни-Толкая успела попасть в открытую щель. Буквально, десять сантиметров этой бронезмеи торчали внутри кабины. Не отпуская двери, я принялся выбивать ее пяткой наружу. Тварь сопротивлялась и не поддавалась моим усилиям. За окном было видно, как оставшееся снаружи тело извивается, ища точку опоры. Я решился на отчаянный шаг, немного ослабил дверь и что было мочи, пнул пяткой. Тварь сорвалась, оставив на железе оторванные корчащиеся лапки, похожие на ростки картофеля. Моя нога, по инерции последовала за тварью, и я ужасно ударился щиколоткой. Но боль позволила мне прийти в себя. Я, наконец, захлопнул дверь. Повернул ключ в замке зажигания. Стартер нехотя сделал пару оборотов. Проклятье, я бы уволил такого шофера, почему он не следит за своей машиной? Глубоко вздохнул, представил, как машина уже завелась, и повернул ключ. Еще пару оборотов, и грузовик, пустив из под себя черный дым, затрясся всем своим могучим телом. Разбираться в коробке передач было некогда, и я просто воткнул так же как на своей Ниве. Грузовик дернулся и поехал. Ох, уже эти дизели, тянут с любой передачи. Мельком глянул в зеркало заднего вида. Погоня пустилась за мной. Будет хорошо, если никто из них не сидит сейчас где-нибудь на крыше моего грузовика.
Через километр пути, немного разобрался в алгоритме коробки передач. Успокоился. Твари отстали. Встал вопрос, куда ехать? Потянулись знакомые места, скоро должно начаться сопротивление барьера. Внутри мелькнула надежда, что его может уже не быть. Напрасно. Снова впереди показалась, моя Нива, еще целая. Поднимая пыль, она приблизилась к барьеру и исчезла. Я остановился, мотор вот-вот должен был заглохнуть от сопротивления неведомой силы. Как хотите, но именно с этого момента у меня стало появляться чувство, что я должен здесь остаться. Во всем надо было разобраться. Не зря я журналист. Надо все зафиксировать, задокументировать. Может быть, вся моя жизнь была прелюдией ко всему этому. Почему я до сих пор не завел семью. А кому надо, чтобы их папка и муж сгинул в каком-то непонятном месте. Почему я выбрал профессию журналиста, непонятно. Как-то спонтанно решил идти в журналисты и все. Однако жизнь просто вела меня под ручку и привела, меня в это место, где мой опыт и способности могут как-то помочь разобраться в ситуации.
В кабине нагрелось, как в духовке. Развернул машину, задом к солнцу. Хоть какая-то тень. Еще бы ветерка немного. Но природа была безмолвна. Достал свой сотовый из кармана, посмотрел на часы. Оказывается сейчас ночь, наступили новые сутки. Но солнце неподвижно висело все в том, же месте небосвода, игнорируя привычный ход вещей. Похоже, здесь зациклено время. Вернее внешнее время, относительно внутреннего, зациклено. Получается как в фильме «День сурка», только здесь, пять минут сурка получаются. Неужели, наши ученые доигрались до таких экспериментов со временем. Был конечно проект «Филадельфия». Хотя там все в догадках и предположениях. И вообще больше вымысла, придуманного околонаучными и желтыми СМИ. Но барьер был, на расстоянии броска камня. За ним был привычный мир, а здесь чертовщина с монстрами и временными аномалиями. А может быть это наступление чужого мира на наш. Вот таким пузырем будет расползаться по всему миру, пока не поглотит все. Опять вспомнились Стругацкие с их «Пикником на обочине» и отпочковавшийся и разжиревший на этой теме «Сталкер». Что такое Зона? Место, оставшееся после тайного визита инопланетян? Устроили себе пикник, оставили за собой мусор, который того и гляди приведет к исчезновению всей цивилизации. А может, просто последствия взрыва атомной электростанции. Наука еще сама не может разобраться во всем, что сама же и изобрела. Что если энергия взрыва позволила соприкоснуться двум мирам, которые в точке соприкосновения образовали Зону со своими жуткими тварями и аномалиями. Все ждут конца света, кто от метеорита, кто от смены полюсов, кто от Господа бога. А он уже пришел, в отдельно взятый Прокопьевск. Сейчас наберется опыта и сил и двинет по всему земному шару в поисках новых жертв. Какое удивление сначала испытают люди, когда вдруг увидят необычную лиану, возникшую за одну ночь, рядом с их подъездом. И непременно захотят потрогать. И бац, он уже весь в иголках, и через сутки сам становится полноценной лианой. И только ботинки будут выдавать, что основание растения когда-то было человеком. А теперь субстрат. Большинство, конечно смекнут, что с лианами, что-то нечисто, и сами не будут подходить и детям запретят. Но тут появятся помощники доктора Айболита, Тяни-Толкаи. Вот от них спасения нет. Твердые, как черепахи, стремительные как барракуды, безжалостные как надзиратели коцлагеря. Они быстро найдут и ликвидируют остатки человечества. Возможно я сам, коснулся только края этого мира, и не представляю, какие еще могут ждать сюрпризы.
Я снова сидел на промытом песке, у самой реки. Вокруг меня росли редкие кусты лопухов мать-и-мачехи. Воздух приятно пах речкой. Сама речка медленно несла свои серовато-коричневые воды у самых моих ног. Стрекозы разыгрывали танцы в воздухе. Пух медленно опускался на поверхность воды и не проткнув пленку поверхностного натяжения, оставался лежать на ней сухим. Идиллия. Солнце, приятно припекало затылок. Знакомый женский голос бессовестно прервал мое блаженство.
— Как я вижу, вы все еще живы? Возможно, моя просьба о последней попытке приведет к нужному результату. Как вы Аркадий? — девушка обошла меня и плюхнулась в песок справа от меня. Она уставилась, ожидая ответа.
— Собственно жив. Но минуту назад сидел в кабине бензовоза и
