К его великому изумлению, вместо того, чтобы бежать за своими, они навели на него свои ружья. Сникгоб откатился в сторону, но бак с горючим за спиной не дал ему укатиться дальше нескольких футов. Вспышка лазера прожгла насквозь левый наплечник.
Сникгоб: Да, ток у вас в пыхалках есть!
Когда он вскочил на ноги, они уже прицелились снова, но Сникгоб был быстрее. Он врезался между ними и резко ударил локтями назад, сбив одного с ног. Нажал гашетку горелки, выпустив ярко-голубой язык жаркого пламени, и резанул им второго человечишку, попав прямо по ружью. То развалилось надвое, задняя часть повисла на силовом кабеле, уходящем в ранец за спиной. Сникгоб вскинул брови. Это было вообще не обычное человеческое оружие.
Человек заорал что-то и выхватил крошечный нож, который Сникгоб не взял бы даже ошкурить сквига. Яростно размахивая клинком и смешно сморщив плоское лицо, человек накинулся на него. Они попрыгали друг вокруг друга, но человек оказался быстрее и сумел вонзить нож по самую рукоять Сникгобу в мясистое предплечье. Оба уставились на нож, потом друг на друга.
Сникгоб: Это было довольно неплохо, человечишка… Ай, болит…
Человек ринулся выдернуть нож, но тот засел крепко. Всё, чего он добился: лишь оказался слишком близко.
Сникгоб: Помогаешь себя завалить… Ты мне нравишься.
Сникгоб нанёс удар головой человеку прямо в нос. Тот рухнул как подкошенный, с лицом, вмятым, точно раздавленная коробка.
Сникгоб: Челюстям орка… людишкино лицо… не соперник.
Он развернулся и увидел, как второй человечишка даёт дёру, пытаясь нагнать своих, уже пропавших в ночи.
Сникгоб: Ну уж нет!
(Стреляет огнемёт.)
Он повернул ручку обратно на широкую струю и выпустил поток жёлтого пламени, сжигая тьму. Правда, досталось человечишке или нет, он так и не узнал.
(Рядом тормозит багги.)
Багги Уггрима проскочил огненное облако и с хрустом затормозил, покрытый догорающими пятнами огнемётной смеси. Фрикк вцепился в шкуру хозяина так крепко, что, казалось, стал её частью.
Уггрим: Уходим! Погнали!
Сникгоб: А Даггога искать не будем? Он, скорей всево, тово — готов.
Уггрим: Я тоже так подумал. Поехали лучше убивать людишек.
Сникгоб: А… Я малость… (кричит) Тише, я не пристегнулся!
Уггрим: Хорош ныть!
Уггрим осмотрелся. Орки и гретчины метались беспорядочно повсюду. Багги помчался параллельно пути отхода людишек, пытаясь их отрезать, но тут меки обнаружили, что людишки бегут из хаоса прямо на них, направляясь к границе лагеря. Багги проскочил мимо, и люди снова пропали в сумятице дыма, огня и тьмы. Сникгоб выпустил длинную струю пламени вслед незваным гостям и поджёг три палатки. Одна взорвалась.
Сникгоб: Это им типа на прощание.
Фрикк: (скулит) Да… Да, босс…
(Сникгоб хохочет.)
Уггрим: Ну нет, людишки… Дайте-ка Уггриму пересесть!
Фрикк: (скулит) Не-е-ет!
Сникгоб: Осторожней! Смотри, баллон!
Багги проскочил прямо сквозь палатку, запутавшись в брезенте. Машина забрыкалась, точно дикое животное.
(Какой-то орк стонет.)
Они переехали чьё-то крупное тело, испустившее жалобный вопль. К тому времени, когда они сумели сбросить брезент, тот уже пылал и тащил за собой пару гротов посмелее, видно решивших, что ухватиться за верёвки может оказаться наиболее быстрым способом убраться из боя. Тут зоркий гретчинский глаз Фрикка уцепился за что-то. Фрикк заскрёбся в спину Сникгобу. Орк схватил его за горло.
Сникгоб: Эй! Не смей меня трогать, жалкая мелюзга!
Фрикк: Не надо за ними гнаться. Надо убираться отсюда!
Сникгоб: Што? Почему?
Фрикк: Послушайте, это как с тем большим летающим городом людишек, битва с Большим Ртом, когда его подожгли. Помните?
Сникгоб: Што? Ты имеешь в виду корабль?
Фрикк: Большой бум, босс. Они хотят взорвать лагерь — и меня!!!
Сникгоб:(кричит) Ну ты, балаболка!
(Фрикк хрипит.)
Сникгоб: Уггс, надо валить!
Уггрим: Што? Бежать?
Сникгоб: Не, давай лучше останемся и поджаримся… Смотри! Смотри! Вон туда — огонь в небе! Людишкина бомбила!
Уггрим: Понял!
Уггрим рванул рычаг ручника, отчего багги опасно закрутило. На секунду машина замерла.
Уггрим: Вааа!!!
Ватаги орков мчались вслед за людишками. Уггрим же погнал от них подальше. Из темноты нарисовалась кучка опешивших нобов. Мек крутанул руль. Багги понесло боком. Он с трудом справился с машиной и проскочил мимо матерящихся орков. Их было трое, и они торопились к своей стоянке, в то время как орда разъярённых орков неслась в другую сторону. Истребитель завис на месте, застрекотав тяжёлыми стрелялами. За спиной у меков умирали орки. Человеческий командир взобрался в самолёт и сбежал.
Сникгоб: Летит! Ещё один самолёт летит! Уходим, уходим! Он приближаеца! Вывози, пока нас не размазало!
Бомбардировщик превратился в ослепительный силуэт, который пронзил темноту ночи. Четыре тёмных цилиндра отделились от крыльев. Они полетели вниз, точно брошенные свечи, затем на конце у них что-то вспыхнуло — и ракеты понеслись прочь. Самолёт ушёл вверх, беспорядочный огонь орков пронзал тьму огненными стрелами вслед. Облетев кругом, летательный аппарат присоединился к другим машинам, разносящим в пух и прах лагерь с краю.
Сникгоб: Он нас видел! Он нас видел! Они летят к Клешне! Гони, гони, гони!!!
Фрикк: Она быстрее не может!
Уггрим: (хохочет) Может! Держись, сквигонтова хворь!
(Багги ускоряется, Фрикк визжит в ужасе.)
Уггрим сунул руку куда-то между колен и повернул вентиль на баллоне. Мощная смесь хлынула в двигатель, отчего выхлопные трубы взорвались струями огня. Багги прыгнул вперёд так резво, что от него отскочили какие-то детали. Сникгоба больно приложило об перильца вокруг сиденья стрелка. Он поднялся и тут увидел, как ракеты подлетают к поляне, на которой стояла Клешня Морка.
(Взрыв.)
Глава 6
(Взрыв.)
Один удар сердца спустя ночь растворилась в мощнейшем взрыве, вспучившем нос корабля. Последовавшие за ним взрывы порвали корпус, вышибая плиты обшивки и вознося огненные султаны до небес.
(Горят обломки.)
Если взрыв вышки можно было назвать неплохим зрелищем, то от этого натурально падала челюсть. Гигантские листы обшивки градом сыпались по всей равнине, поджигая траву. Некоторые куски улетели так далеко, что падали среди прилегающих к основному лагерю стоянок других меков. Клешня Морка тяжело покосилась в одну сторону. Ярко-зелёные лучи её полосовали ночь, испуская эффектные снопы искр. Гигантские дуги электроразрядов заземлялись на металлический мусор, усеивающий площадку, пока Клешня рушилась, точно подрубленное дерево, рассыпаясь на куски посреди моря огня.
(Клешня Морка рушится.)
Последовали новые взрывы, со множеством разных оттенков пламени, когда-то одно крайне опасное изобретение меков взлетало на воздух, то другое. Если бы хоть один кусок попал в реактор Красных Солнц, то можно было бы сказать «Спи спокойно» каждому орку в радиусе трёх километров. В другое время Уггрим со Сникгобом, может быть, об этом ещё и побеспокоились, но сейчас им было всё равно. Равнина полыхала оранжевым, как самое Злое Солнце, освещая обезумевшие от скорости лица Сникгоба и Уггрима. Они беспрепятственно неслись вперёд; зрачки их, и так едва заметные в красноте глаз, сейчас сузились просто в точки. Уггрим вцепился в руль так, что погнул. Сникгоб держался за перекладину над головой Фрикка и свободной рукой колотил себя в грудь.
Сникгоб: (вопит) Вааа! Я люблю эту планету!!!
Фрикк: Я хочу домой!
Инжектор иссяк, и баллон сверхчистого топлива сморщился. Двигатель кашлянул, плюнул густым дымом из труб и вернулся к своему нормальному рваному ритму. По небу продолжали нестись обломки, в большинстве своём объятые огнём.
(Уггрим переводит дух и пытается рассмеяться.)
Сникгоб: Вот о чём я говорю! Што за драка! Понял, почему я не такой как всегда? А, Уггс? Уггс?
Уггрим: (хохочет) Цирк!
Фрикк: Босс! Босс! Смотрите! Смотрите, стойте!
Не получив ответа, Фрикк нагнулся и ущипнул Сникгоба за руку. Увернувшись от ответного удара, он указал туда, где среди клочков мёртвых орков лежал один целый. Он лежал на спине, привстав на локтях и смотрел на пожарище.
