Зефир возник рядом из ниоткуда и увлек за собой к стене, закрывая и защищая от случайных ран.
— Как все прошло? — присев на одно колено рядом с ней у стены, поинтересовался он. — Сегодня без рыб?
— Здорово! — подняла большой палец вверх Сальвет, которую только по выходу из колодца стала нагонять усталость. Не такая критичная, как в тот раз, к счастью.
— Тогда отдыхай, скоро конец, — поднялся с колен Зефир.
Еще раз с улыбкой окинул чумазую подругу взглядом и вернулся к своей группе. Те теснили кошмаров, не позволяя приблизиться к стене, где сидел их беззащитный трюкач, у которого даже доспеха не нашлось.
Звуки борьбы стихли. Колодец вернул себе первоначальный вид. Черная жижа под ногами исчезла, явив взглядам всех собравшихся драгоценный ковер из ярких каменьев. Искры кошмаров мерцали на манер углей, оставшихся после костра.
— Как ты? — Зефир первым вернулся к девушке, продолжающей сидеть на корточках у стены.
— Тошнит, — поморщилась Сальвет. Поднялась на ноги. Сумка улетела в руки подобравшегося ближе Гайралуна. Мужчина тоже услышал, что она ответила другу. — Домой надо. Гайралун, можно?
— Выглядишь не очень, — на грязную девушку смотрели с подозрением все члены их группы.
— Идите, я отнесу сумку, — разрешил Гайралун. Добавил с сомнением. — Дойдете или вас проводить?
— Дойдем, — Сальвет махнула рукой и первой выскочила из колодца через щель. Другие группы оставались внутри. — Фух. В этот раз было без рыбы, но тоже тяжело. В обычных колодцах проще.
— Сходим как-нибудь. Только уломаем чистильщиков, — согласился Зефир, шагая рядом с подругой. — Ты где успела так перемазаться?
— О, ты не поверишь, какие мы там сегодня мерзкие материалы доставали!
— Мы?
— Все расскажу дома, — многообещающе пообещала Сальвет, снизив голос.
— Сальвет, есть планы на вечер?
— Нет. Идеи? — Сальвет вытирала полотенцем длинные волосы, сидя на краю кровати.
Единственная купальня на весь дом невольно разделила время водных процедур, поделив их на мужскую и женскую половину. Никакие возражения не принимались. Пришлось признавать поражение и следовать идиотским правилам.
— Завтра возвращаемся в Ар Олэ, а до сих пор не погуляли толком. Хоть напоследок посмотреть, что здесь с чем едят. К тому же, — Зефир остановился возле кровати, скинул с плеча полотенце и задумался. — Есть одна необходимость.
— Узнать больше о Рыжих Стаях? — предположила Сальвет и почти попала в точку.
— Хочу ошейник подобрать. Как думаешь, без нее можно выбирать?
— Да кому какая разница, — отмахнулась от сомнения в голосе друга Сальвет, натягивая одежду на высохшее тело. Застыла в какой-то момент, когда взгляд упал на собственное отражение в зеркале. — Мне тоже надо пройтись. Может, найдутся материалы для Харозо. Совсем забыла, что можно на Большой Охоте было присмотреть. Хотя там в этот раз такая мерзость была, которую и с доплатой на себя не натянешь. Даже, если из нее сделают наикрасивейшее платье, зная, из чего оно, будет исключительно мутить.
— Тебя и в простой одежде мутит, — поддразнил ее Зефир. Скинул полотенце на кровать и тоже начал одеваться. — Однако что-то мне подсказывает, что ночью мы с тобой мало чего найдем. А завтра в обратный путь уже.
— Ты меня успокаиваешь или себя?
— Обоих, — фыркнул Зефир, занятый своим делом.
В городе было светло и многолюдно. Прямо на удивление. И если с первым пунктом еще можно было смириться, то второй несколько выбивался из привычной картины мира.
— Интересно, чего они тут празднуют? — вслух размышляла Сальвет, вертя головой по сторонам.
— Удачную охоту? — предположил равнодушно Зефир, пожав плечами.
— А у нас такое было? — подняла к нему голову Сальвет.
— Нам с тобой было не до гуляний, — напомнили ей на это.
— Ах да, точно, — припомнила Сальвет состояние, в котором оказалась после ловли рыбки в колодце. Там ей было откровенно не до гуляний. — Любопытно.
Магазины были открыты по большей части. Зефир заглядывал в каждый, но никак не мог взять в толк, что же хочет купить. Вдобавок, с такими ценами толком не разгуляешься.
Зато разгулялся аппетит.
— Как насчет перекусить, кроха? — Зефир погладил урчащий живот, словно успокаивал голодного пса. — Лично я хочу жрать и планирую что-нибудь… О! Как тебе? «Дыра в кошельке». Оригинальное название. Зайдем? Смотрю, тут весело.
Вылетевшее из окна тело плюхнулось прямо посреди улицы. Прохожие словно не заметили происшествия. Обошли сторонкой на всякий случай и утопали дальше.
Сальвет одобрительно подняла палец.
— Хотя я не уверена, что нам там дадут пожрать, — все-таки усомнилась она справедливости ради.
— Пусть принесут, — многообещающе протянул Зефир, забираясь по ступенькам на широченное крыльцо. Обе створки огромной двери были приветливо распахнуты на его верхушке и зазывали всех желающих смехом и теплым светом, доносящимся изнутри. — А уж я как-нибудь успею сожрать, пока не дотянулись чужие руки.
В таверне оказалось многолюдно. И на удивление разнообразно. И солнцерожденные, и сури, и полукровки, и простые люди. Народ веселился, шумел и гудел, хаотично перемещаясь между множеством длинных столов, которые ломились от кружек и закусок.
Не собираясь вмешиваться в чужой праздник, Сальвет с Зефиром откочевали к дальней стене. Без окна, зато стоящие рядом столбы, что подпирали потолок, создавали некое подобие укрытия. Не то, чтобы окружающие бесновались, но веселье часто заканчивается чем-то далеким от веселья. Эту прописную истину оба знали.
— Хм. Смотри, лиса, — Зефир с набитым ртом пытался указать без помощи рук куда-то в сторону. В руках же он держал большую согнутую пополам лепешку. Содержимое из нее выпадало в специально подставленную большую плоскую тарелку, показывая окружающим язык листика салата.
— Где? — Сальвет обернулась, машинально дожевывая свою порцию. Слизнула крошки, шаря взглядом по залу. — Действительно. О, слушай, кажется, я ее помню.
— Да? — в голосе Зефира прозвучало сомнение и интерес сразу вместе.
— Видела перед Большой Охотой. У нее на плаще должны быть алые розы вышиты. Слушай, идем и спросим? Может, они больше знают по поводу ошейников? Их там как раз две штуки, — рядом с одними ушками на соседней голове торчали вторые. Точно такие же рыжие и мягкие.
Может быть, именно поэтому Сальвет не удержалась, когда они подошли ближе.
— Ты что себе позволяешь⁈ — переворачивая посуду, подскочил на ноги мужчина.
