можно было интерпретировать ее пожатие плеч.
Ладно, надо уже что-то решать, секунды как песок утекают. Нажал на кнопку брелока, криво припаркованная машина коротко и бесшумно мигнула поворотниками. Отлично, я не ошибся.
— Погнали, — произнес я.
Перепрыгнули через забор, быстрым шагом перешли дорогу. Едва сев на водительское место, я осмотрелся. Органы управления в принципе знакомые, коробка передач ручная. По ощущениям — машина совсем не новая, словно из конца девяностых. Как «бумер» в одноименном фильме, только не такой массивный. Компактней, больше похоже на пятую серию, не седьмую. Похоже, но при этом в машине все неуловимо чужое. Я такого — и некоторых таких решений, как встроенный в приборную панель массивный блок с широким экраном, в подобных моделях ни разу не видел.
Вставил ключ, повернул — двигатель утробно зарокотал. Дизель. Чуть больше половины бака, отлично.
— Куда бежать, как думаешь? — спросил я у Наоми.
— В Кобрин? — посмотрела она на меня с вопросом.
Если бы я еще знал, что это такое.
— Это куда?
— Это туда, — махнула она рукой, указывая направление на восток.
— Почему туда?
— Кобрин свободный город, — с удивлением посмотрела на меня Наоми, как будто сказала что-то, что я должен понять.
— Ясно. В Кобрин, так в Кобрин.
Включил первую передачу, звучно перегазовав — очень высоко сцепление схватывает. Съехал с тротуара, развернулся и поехал по узкой улочке. Коробка передач ручная, непривычно — давно не ездил, но это как велосипед, разучиться невозможно.
За нами никто не поехал, никто из больницы не выбежал. Повернул за угол больницы, проехал пустой нерегулируемый перекресток. И даже расслабился. Ненадолго и несильно — еще ведь куча вопросов где я вообще и что мне дальше делать.
— Если нам сейчас присядут на хвост и мы вдруг разойдемся, давай определимся где встречаемся и до какого момента друг друга ждем.
— Давай на нашем месте, — моментально ответила Наоми.
— А это где?
— Ты забыл? Или ты не знаешь?
— Да.
— Что «да»?
— Не знаю и забыл. Давай потом, говорю же, долгая история.
— Броварна, у Старой мельницы.
— Это куда ехать?
Наоми повернулась к современно (на фоне остального салона) выглядящему экрану, активировала карту. Не забивая точку маршрута (умная девочка), промотала и показала мне место. Да, действительно: «Stary Młyn Wodny», есть такое место на восточных окраинах города в районе Броварна.
— Если теряемся, ждем друг-друга у Старой мельницы до завтра до рассвета, потом пробуем добраться в Кобрин по отдельности, — подытожил я, проезжая следующий нерегулируемый перекресток.
— Хорошо, — покладисто ответила новоприобретенная сестра.
— В Кобрине где встречаемся, если что?
Снова почувствовал направленный на меня удивленный взгляд.
— В посольстве Конфедерации.
— Броварна, Старая мельница. Кобрин, посольство Конфедерации. Понял, принял.
Интересно, что здесь за Конфедерация такая, чье посольство расположено в свободном городе Кобрин? Неужто южные штаты в гражданской войне уже победили?
Впрочем, сильно задуматься на эту тему не успел. Едва проехал третий перекресток, как вдруг машина оказалась в кругу света — нас высветил прожектор с небес. И практически в этот же момент узкую улочку — две машины с трудом разъедутся, впереди перед нами перекрыла пара черных тонированных микроавтобусов, встав бампер к бамперу.
Позади, из соседнего переулка раздались звуки сирены и замелькали синие огни спецсигналов. Это уже полиция, похоже чуть запаздывающая — перекресток, который мы только что проехали, свободен. Пока свободен.
Так. Похоже, приехали.
Улочка узкая, с одной стороны высокая и глухая боковая стена дома без окон, с другой фасад трехэтажного дома без витрин. Мы тут как в коробочке оказались, просто некуда бежать. Вернее, совсем некуда бежать будет, когда запаздывающая полиция нам позади дорогу перекроет.
Действовать я начал еще до того, как мозг обработал все эти мысли. Вжал в пол педаль тормоза, и пока машина с визгом резины летела вперед, теряя скорость, уже включил заднюю передачу. На автоматической коробке так не сделаешь.
Едва качнуло в момент полной остановки, как я бросил сцепление вжимая в пол уже педаль газа. «R — значит ракета!» — вспомнил я старую шутку про обозначение скоростей.
Старенький БМВ, словно подтверждая, резво покатил задом и назад. Дизель не сильно приемистый, но дури в нем много, разгоняет уверенно. Коробка уже завывает так, что впечатление — еще немного и взлетим.
— Увага! Увага!
Механический женский голос, раздавшийся в салоне, заставил меня вздрогнуть и выругаться от неожиданности.
Одновременно приборная панель расцвела красными цветами. Все тот же женский голос по-польски начал сообщать о нарушениях правил дорожного движения, что ведет к понижению социального рейтинга.
Я уже не слушал — глядя на приближающийся перекресток. Решение оформилось: проскочить пару улочек, высадить Наоми, а потом уже сдаться полиции. В то, что получится уйти от преследования я не особо верил, но хотя бы сестре нужно попробовать дать шанс.
Успел проскочить перекресток я в последний момент. Причем, когда только поехал задом, видимо в рации начали об этом кричать, так что подъезжающие машины с проблесковыми маячками ускорились. И когда я проскочил перекресток, два разогнавшихся белых универсала с надписью «Policja» влетели друг в друга. Ровно и точно в цель — причем с такой силой, что у обеих машин одновременно задние колеса над асфальтом приподнялись.
В одной из машин все были пристегнуты, во второй один человек точно ремнем безопасности пренебрег — вылетел через лобовое и полетел далеко вперед вдоль по улице.
Вечер определенно перестает быть томным. Великолепный и надежный как швейцарские часы план — отъехать пару кварталов, высадить Наоми и сдаться полиции, показался уже не таким великолепным и надежным.
«Ну дебилы!», — мысленно высказался я, провожая взглядом летящего полицейского. Можно было и вслух сказать, но механический женский голос как раз сейчас говорил про сквернословие. На польском, но слушая краем уха, будучи сосредоточенным на другом, я неожиданно все понимал. И как раз сейчас узнал, что употребление обсценной лексики тоже ведет к понижению социального рейтинга.
Куда прилетел отправившийся в полет полицейский, я не видел — уже рванул руль в сторону, зажимая тормоз. Улочка узкая, но места для полицейского разворота хватило. Взвизгнула резина, взвизгнула Наоми, мелькнули витрины в поле зрения. Как бы не разуться сейчас, или колеса не потерять. Все же не в кино, в реальности такие трюки часто заканчиваются, едва начавшись. Как может закончиться и едва начавшееся бегство. Но БМВ, хоть и старенький, вполне себе бодрый, разваливаться не собирался.
Двигатель гудел, разгоняя машину, я же лихорадочно думал куда бежать.
— Увага! Увага! — снова завел предупреждающую шарманку механический женский голос.
Чтобы не ехать обратно к больнице, свернул на следующем
