студия 8 — в коридоре напротив, — проговорил человек, будто разговаривал с ребенком.
Бенито торопливо поблагодарил незнакомца и поспешил скрыться.
Голос Кейт преследовал его.
«После окончания Йельского университета Дэмьен Торн был зачислен в Оксфорд. Здесь же, в Англии, он стал победителем по водному поло на Кубок Уэстчестера…»
У двери Бенито оглянулся и заметил, что незнакомец пристально наблюдает за ним. В смущении монах двинулся от двери к юпитерам. Следивший за ним человек что-то прошептал оператору. Оба они уставились в темноту, затем направились к двери.
Бенито тихонько простонал и свернул направо. Он двигался вслепую, пытаясь сообразить, что же делать и говорить, если его обнаружат. Монах напоролся на что-то плечом и задрал голову. Он заметил края металлической лестницы, ведущей к осветительным приборам. Ни минуты не размышляя, монах ухватился за перекладину и, подтянувшись, повис на л. естнице пока те двое стояли от него в каких-нибудь десяти футах.
«В 1975 году, — все еще рассказывала Кейт, — Дэмьен взял в свои руки бразды правления «Торн Индастриз» и в течение семи лет превратил ее в крупнейшую на планете корпорацию, производящую буквально все, начиная от соевых бобов и кончая ядерным оружием…»
Двое мужчин еще какое-то время всматривались в темноту, затем вернулись на свои места. У Бенито от напряжения заныли руки. Он еще раз подтянулся и принялся взбираться по лестнице, пока не очутился на самом верху у осветительной установки. Здесь монах перевел дыхание и стал продвигаться вперед. Снизу до него долетал голос Кейт:
«А теперь, в возрасте тридцати двух лет Дэмьен Торн вступил на политическую арену не только как посол США в Великобритании, но и как Президент Совета молодежи при ООН…»
Из горла Бенито вырвался хрйЬ, он чуть было не послал Торну проклятья.
«Через два года Дэмьен Торн намерен баллотироваться в американский Сенат, он уже сегодня имеет серьезные шансы стать самым молодым президентом США за всю их историю».
Бенито наблюдал, как в двадцати футах под ним Кейт повернулась к Дэмьену. Монах остановился и стал осматриваться, намереваясь продвинуться хоть еще на несколько дюймов, чтобы оказаться прямо над Торном.
— Замечательная карьера для такого молодого мужчины, господин посол, — обратилась Кейт к Торну.
— Ну, не знаю, — возразил Дэмьен, — если учесть, что Александр Македонский командовал армией в шестнадцать лет.
Бенито с отвращением хмыкнул и, цепляясь за выступающие детали осветительных установок, продолжал продвигаться вперед. Внезапно он остановился как вкопан- 'ный, заметив, что переборки резко обрываются и с них свисают провода прямо к ногам осветителей там, внизу. Затаив дыхание, неподвижно стоял Бенито. Прищурившись, он уставился на суетящихся под ним людей. Двое мужчин, только что преследовавших монаха, посмотрели вверх, но ослепленные ярким светом юпитеров, не разглядели его. Бенито снова пробормотал молитву и продвинулся еще на несколько дюймов вперед.
— Многие люди и считают вас Александром двадцатого века, — нашлась Кейт. — Они убеждены, что под вашим руководством начнется золотая эра процветания.
Дэмьен улыбнулся.
— Вы, вероятно, просмотрели слишком много моих рекламных фильмов.
— Но ведь именно этот образ вы пытаетесь создать, — настаивала на своем Кейт.
— Образ корпорации — да, но не личный образ. Но вообще-то я оптимистичен по отношению к будущему и, естественно, хочу надеяться, что Торны будут играть в нем не последнюю роль.
Бенито замер на месте и взглянул вперед. Он продвинулся так близко к самому краю, что рисковал сорваться вниз. О прыжке и речи не могло быть. Он тут же сломал бы себе шею. Подавив отчаяние, монах принялся соображать, как выйти из этого положения. Через всю студию под ним протянулись сооружения наподобие лодочек с осветительными лампами. Бенито впился в них глазами. Мысль о спасительных лодках вспыхнула в его мозгу. Он вспомнил, как однажды давным-давно вместе с дядей оказался на море, и тот рассказывал ему о кораблекрушении. Тогда же он поведал племяннику, как моряки перебираются из одной тонущей лодки в другую.
Бенито сжал губы и кулаки, почти физически ощущая, как поднимается в крови адреналин. Только бы веревки выдержали. Он коснулся одной из них и потянул, пробуя на прочность. Канат казался достаточно крепким. Взглянув вверх, монах убедился, что веревка спускается с самого потолка. Бенито помолился, чтобы все это крепление выдержало его вес, обернул одну ногу веревкой и, ухватившись за канат обеими руками, шагнул с перекладины и бесшумно соскользнул в лодочку. Здесь он затаил дыхание, сжавшись в комок. Монах почувствовал, как кинжал уперся острием в его бедро, тогда он развернул ткань и крепко сжал рукоятку в ладони. Ближайшая лодочка находилась от него в каких-нибудь паре футов. Если его не заметят, он без труда переберется в нее.
— Вы всегда интересовались молодежью, господин посол, — вела беседу Кейт. — Каковы ваши планы теперь, когда вы стали президентом Совета молодежи?
— Масса планов, — заявил Дэмьен. — Я полагаю, что самые главные для меня — это помочь молодым людям играть в мировых проблемах более заметную роль, чем мы им сейчас позволяем или, точнее, не позволяем.
Кейт открыла было рот, чтобы задать следующий вопрос, но Дэмьена, похоже, разобрало красноречие!
— До какой же степени нас одолело тщеславие, заставляющее думать, будто м-ы справимся со всем лучше, чем они?
Кейт покачала головой, но Дэмьен и не рассчитывал на ответ.
— Мы называем их наивными и незрелыми, — входил в раж Торн, — «подождите, пока повзрослеете, — говорим им мы, — вот тогда мы вас выслушаем». На самом же деле мы имеем в виду другое: «подождите, вот состаритесь, а там посмотрим». И таким образом молодежь остается за бортом: у нее нет выбора. Вот поэтому с ней-то я и собираюсь сотрудничать.
Внимание всех присутствующих было сосредоточено на Дэмьене. Далеко не часто бывает, чтобы интервьюируемый так стремительно прибирал к своим рукам инициативу и говорил так страстно и убедительно. Все завороженно уставились на Торна.
Никто не заметил монаха, перебирающегося из одной лодочки в другую, пока он наконец не оказался прямо над Дэмьеном.
— Мы усиленно нашпиговываем их нашими ценностями, — ораторствовал Торн, — мы вколачиваем в них наши доктрины до тех пор, пока они не покидают стены институтов с промытыми мозгами. Вот тогда — с нашей точки зрения — это «полноценные граждане». А ведь они уже с выхолощенными собственными мыслями и абсолютно аморфной волей. Стремление к поступку нулевое. Зато абсолютно безопасные люди.
Впившись глазами в затылок Дэмьена, Бенито присел. Потом приподнялся на нетвердых ногах и наклонился, приготовившись к прыжку. И тут лодочка чуть сдвинулась под весом монаха и качнулась в сторону. От внезапного напряжения натянулась поддерживающая ее веревка. Лодочка
