Неужели нигде нельзя чувствовать себя в безопасности!? Неужто всегда требуются относиться ко всем с опасением и подозрением? Почему девушки и женщины не защищены в этом мире? Раньше я об этом не задумывалась. Теперь же мне страшно от будущего. Однако жалела сейчас об одном, что раньше была такой наивной и невнимательной к окружающим людям.
Внезапно дверь загремела, будто её кто-то дёргал с другой стороны, из-за чего облегченный шумный выдох тут же покинул уста.
«Кто-то пришёл, и спасёт меня!» – Радостно завопил внутренний голос в моей голове.
- Роза! – Послышался обеспокоенный голос мужчины за дверью, и я на мгновение подумала, что это может быть мистер Питерсон. Точнее Джеймс. Потому что мы договорились называть друг друга по имени.
- Да, я здесь! – Выкрикнула в ответ, потому что рядом стоящий мужчина не успел помешать это сделать, так как находился в полном оцепенении.
Дверь с громким скрежетом распахнулась, и так же оглушительно хлопнула по соседней стене от силы удара.
Джеймс быстрым шагом преодолел пространство и оттолкнул преподавателя, подальше от меня. Он был зол, тяжело и громко дышал, весь раскраснелся от необузданной ярости. Мистер Грейнольдс ошалело отстранился, и при этом чуть не упал. Он лишь с диким взглядом воззрился на неизвестного мужчину, который выбил дверь и тем самым помешал свершению его нечестивого плана. Однако ничего не сказал, потому что был не в силах вымолвить и слово от неожиданного вторжения. И что немало важно - его застали врасплох.
И что-то мне подсказывало, что это было впервые…
- Роза, уходи! – Рявкнул спаситель.
Я застыла, словно испуганный зверёк, и могла только наблюдать за происходящим. Джеймс это заметил, он взглянул в мои глаза, сжал плечи по обе стороны, и снова громко приказал:
- Роза! Уходи! Я сам здесь совсем разберусь!
Сама не поняла, как преодолела несколько коридоров, этажей и холлов факультетского здания. Перед моими глазами извергались небеса, словно чувствуя мой гнев и сокрушение. Горькие слёзы больно смывались проливным дождём. Громкие рыдания заглушали свирепым громом, стуком дождя о крышу и частыми сигналами машин на близлежащей дороге. Я не могла остановиться, поэтому выплёскивала все накопившиеся внутри эмоции. Обычно же я плакала тихо, пока по щекам текли слёзы печали. Одна за другой. Следующей стадией печали являлась - сильная головная боль, но возможно благодаря ливню, охлаждающего мою плоть, этого не случится…
Небесная влага словно очищала меня. Из-за чего я понемногу переставала чувствовать себя грязной и запятнанной. Тем не менее сознание отказывалось избавиться от мрачных мыслей:
Как мне теперь продолжать учиться в университете с человеком, от которого мороз по коже!? Я не смогу…
Глава 13. Ярость
Джеймс
Злость окутала моё сознание, когда я так и не смог открыть дверь аудитории, где осталась Роза, которую вызвал преподаватель. Об этом мне поведала одна из студенток, которых я спросил о ней. На секунду я попытался понадеяться, что она уже вышла из помещения и направилась по другому направлению, в другое крыло, однако решил проверить на всякий случай, прокричав её имя. И на зов она сразу откликнулась.
Кровь вскипела в жилах, от необузданной ярости. Нутро заполонили первобытные чувства. Охватившие моё сознание желания защитить дочку и прибить подонка, быстро растекались по телу. Каждая клеточка противилась. Меня связывал закон, но я не собирался отступать. Теперь у меня есть дочка, и я её защищу, даже если придётся поставить на кон свою карьеру! Но и последнюю потерять нельзя, потому что именно она поможет в будущем защитить Розу, и добиться правосудия.
Рука сжала белую выглаженную рубашку в охапку.
Взрослый мужчина стал мальчишкой, который не в силах ничего сделать или сказать. Судя по всему, его первый раз застали за таким делом…
Сколько невинных душ он погубил!? А скольким из них пришлось молчать!?Что-то в глубине души подсказывало, что многие или даже все девчонки молчали, в страхе, что им не поверят.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Жертвы насилия мало когда заявляют о преступлениях, зачастую они выбирают тихий путь. Неприметный. Закрывают глаза на случившееся. Чтобы их не смешали с дерьмом, как это обычно бывает.
Представители полиции борются с этой проблемой, но казалось, это и в будущем останется неизменным. Нам лишь остаётся делать нашу работу, быть внимательными к окружающему миру и свидетелям, уметь читать язык тела, потому что только тогда можно повлиять и изменить что-то.
Пылающие первобытной яростью и властью глаза столкнулись с жалостливыми и ошалелыми.
Что за жертвенность он здесь устроил!?Если бы не я, боюсь представить, чтобы он мог совершить. Из-за этой мысли волна дрожи пробежала по коже, от чего моя хватка усилилась.
- Тебе повезло, что мне дорога моя карьера! – Рыкнул я, прижав мужчину к стене.
- Т-тебе то какое дело до Гвинелли!? – Чуть ли не пропищал в ответ неизвестный.
- Она моя дочь! И если хоть услышу или увижу, что ты в чью-то из девочек сторону дышишь, я тебя уничтожу! – Прошипел едва слышно, давая обещание, которое точно намеревался исполнить.
- Что за чушь!? У неё никого нет! – Воспротивился тот, и попытался уйти от крепкой хватки, но, естественно, у него это не получилось.
- Поэтому ты её выбрал!? Потому что ей некому об этому рассказать!? – Прорычал мужчине, обезумев от ярости.
Я сменил хватку, и теперь держал «преподавателя» за загривок, словно щенка. И отправился в поисках декана. Ученики уже разбрелись по домам, потому коридор был лишён весёлых студенческих бесед и смеха. Слышалось лишь покрапывание капель дождя и редкие отзвуки грома. На половине нашего пути нам встретилась одна из преподавателей, которая вскрикнула, прикрыв ладонями широко распахнутый от изумления и шока рот.
- Боже, что вы делаете!? – Воскликнула она.
- Где кабинет декана? – Прорычал в ответ, словно дикий зверь, тот, что боялся потерять из виду свою добычу.
У женщины от испуга хватило сил лишь указать рукой в сторону правильной дороги. И я не был удивлён, это нормальная реакция. И скорее всего для неё я показался неандертальцем, который собирался избить её коллегу.
Пусть так. Я не собирался каждому встречному объяснять почему так поступил. Всё происходило не ради моей чести и репутации…
Наше появление в кабинете декана состоялось более чем бесцеремонно и эпично. Седовласый мужчина метал молнии и задыхался от возмущения, впрочем, так же как и я. Его зрачки бегали от меня, к своему подчинённому, который в данный момент сжался, словно нашкодивший ученик младшей школы. Он делал вид, что он жертва, сложившейся ситуации, а не Роза.
Что он за мужчина-то такой? Пусть отвечает за свои поступки по-мужски! Хотя такие, как он и не люди вообще. Безответственные негодяи, у которых не совести, ни порядочности.
Именно слабые мужчины способны на такие ужасающие поступки, как нападение и насилие над женщинами или вовсе над детьми. Потому что вероятно на большее они не способны. Они трусы. И будь моя воля, они не оскверняли своим присутствием нашу Землю. Но опять же я не Бог, не мне решать и вершить судьбы людей. В данном случае я могу лишь защитить свою дочь и других учащихся в данном университете девушек, всеми доступными мне способами.
- Ч-что здесь происходит!? – Взревел декан, в мгновении вскочив на ноги, облокотившись на стол с бумагами обеими руками, поддаваясь вперёд. – Я немедленно требую ответа, детектив! Это превышение полномочий! – И попутно решил отчитать меня.
Ну ничего, мне не впервой приходиться выслушивать мнение напыщенных петухов.
- Хорошо, что вы обо мне слышали, так даже лучше!
- А кто о вас сейчас не знает, вы ведёте дело Гвинелли!?
- Ваш подчинённый, ненадлежаще вёл себя со студенткой! Он заперся в аудитории с моей дочерью, против её воли, и не давал выйти. Боюсь даже представить, что он планировал сделать! Такое поведение непозволительно! Тем более в стенах учебного заведения! Требую созвать дисциплинарный комитет!
