Декан тяжело упал на своё кресло, и развалился на нём.
- Кто ваша дочь!? Ну зачем так резко!? Давайте разберёмся, мало ли вы неправильно поняли происходящее!? – Сыпал вопросами и предположениями декан.
- Я видел испуганные глаза девочки! Я не дурак, и требую высшей меры наказания! И если вы это не собираетесь сделать, то благодаря этому недомужчине ваш статус руководителя и репутация университета также испортится! Я не допущу, чтобы это недоразумение оставалось осквернять невинных девушек в стенах учебного заведения! – Прошипел я, вглядываясь в серые и усталые от прошедшего рабочего дня глаза.
- Ч-что!? Что вы такое страшное говорите, детектив Питерсон!? – Ошарашено вылупил глаза мужчина.
- Она ведьма! Какая ж она невинная!? – Воспротивился в моих руках щенок в виде взрослого мужчины.
Это недоразумение не понимает с кем имеет дело! Я усилил хватку, снова потрепал его в своей руке, словно тряпичную куклу, потому что хотелось вразумить его.
Как может преподаватель вести себя так!? Он же должен быть наставником, учителем.Ему доверяют, а он оскверняет девочек. Жаль, что у меня нет доказательств, в другом случае я бы смог засадить его на всю оставшуюся жизнь! И мне так сильно хотелось, чтобы он дожил свою гнилую и незначительную жизнь в четырёх стенах, с решетками на окнах.
Роза могла бы заявить на него в полицию, но тогда её репутация больше пострадает, нежели его. Что для меня важнее всего.
- Заткнись! Или станешь кормом для собак! – Прошипел я так тихо ему на ухо, как только мог, чтобы лишь он услышал угрозу.
- Да как вы можете!? Э-это… Это превышение полномочий! – Завопил он.
- Сейчас я отец, а не детектив! Если я узнаю, что он продолжает работать, пеняйте на себя! А ты… - Я перевёл взгляд на объект своей ярости. – Забудь о юбках, понял!? Вижу, у тебя кольцо на пальце. Если не хочешь остаться с голым задом на крыльце собственного дома, делай что велят! И знай, я буду следить за каждым твоим шагом! Как только ты чихнёшь в неправильную сторону… Тебе лучше не знать, что за этим последует!
- Так кто же это студентка? – Поинтересовался мужчина, ещё продолжая утопать в своём глубоком стуле, за столом которого стояла белая табличка с чёрными расписными буквами, которую я только заметил. Она гласила: «Профессор, доктор исторических наук Дэрил Глокнэр».
- Роза Гвинелли.
- Что за вздор!?
- Мне что тест ДНК предъявить!?
- Уж будьте любезны! В документах числится лишь её тётя опекун.
Тяжело вздохнув, и небрежно бросил на стол профессору один единственный лист А4, который был сложен в четыре раза. Тот уже за неделю изрядно помялся и потерял свой презентабельный вид. Однако в данный момент важен не вид, а его содержимое.
- Так что отец и дочь воссоединились!? – Снова поинтересовался тот, приподнимая брови.
- Не ваше дело, я ожидаю выполнения моих требований. И думаю вы понимаете, что Розе понадобится некоторое время, чтобы прийти в себя после действия вашего подчинённого!
- На что вы намекаете!? – Расхохлился Дэрил Глокнэр, выравнивая осанку и приподнимая подбородок.
Реакция декана дала всю информацию, о которой я только мог догадываться до этого мгновения.
- А то, что вряд ли у этого не особо сообразительного сотрудника получалось скрывать своё омерзительное хобби так долго! – Обвинил мужчину в ответ, не ощущая угрызения совести от силы совсем.
- Ч-что!? Д-да как вы смеете обвинять меня в таком!? – Тот снова вскочил на ноги, задыхаясь от возмущения и шока.
Я уже уходил, и когда дверь с шумом захлопнулась, сорвался на бег, в поисках дочки. Не стоило её отпускать… Но иначе поступить не мог, ведь должен был всё сразу сделать, чтобы потом не гоняться за этим недоразумением в дальнейшем.
Глава 14. Дочка
Джеймс
Роза стояла под дождём, обхватив себя за плечи. Зубы стучали, кожа болезненно посерела, а глаза покраснели.Сколько времени она так провела!?Девушка только выздоровела, и теперь есть шанс снова заболеть, подхватив простуду или ещё хуже - воспаление лёгких.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Схватив в охапку дочку, направился к машине, где сразу включил на полную мощность обогреватель. Мой дом находился ближе, но всё равно пришлось ехать к ней, ведь после всего случившегося ей ещё не хватало оказаться в чужом доме другого взрослого мужчины.
Я ей скажу… Но не сейчас. Она снова расстроена, и неясно как она может отреагировать в этот раз.
Я не желал, чтобы Роза оказалась в больнице. Снова. Хотелось обнять девочку, поддержать, но я боялся, что она отреагирует так же, как в больнице или как при первой нашей встрече. Испугается. Усомнится во мне. Конечно, это больно. Роза должна поскорее узнать новость, которую скрываю от неё уже неделю, но перед правдой возникла преграда. Я ожидал двадцать лет, значит могу ещё немного подождать, поскольку пару дней не сделает особой погоды в сложившейся ситуации…
- Как ты?
- В-в-в п-п-порядке. – Простучала дробь зубами Роза.
От холода, её губы посинели, и казалось, стали ещё тоньше, чем обычно. Хотя так оно и было. С мокрых кудрей капала вода, а вещи, естественно, были насквозь мокрые. Дочка продолжала сжимать себя в собственных объятиях и трястись от дрожи в теле, пытаясь таким образов согреться. Однако до сих пор ей это не помогало, впрочем, как и усиленно работающий обогреватель.
В машине не было никакой запасной одежды или пледа, поэтому я спешил как мог, пока Роза не прервала молчание:
- С-с-спасибо, Дж-Джеймс! – С трудом проговорила дочка.
Бедная девочка так и не может согреться несмотря на то, что внутри автомобиля было тепло. Она долго пробыла под дождём, может даже переохладилась, хотя скорее всего так оно и есть.
- Брось… Ты не должна благодарить.
- К-к-конечно д-д-должна…
Дочка выросла, и я так и не увидел этого, поэтому совершенно не понимаю, что мне с этим делать? Как вести себя, как смириться с этим? Какие слова должен подобрать, чтобы объясниться? Как сделать так, чтобы дочка принимала мою отцовскую помощь, как само собой полагается? В будущем потребуется не навязываться чересчур со своим родительским вниманием и заботой, чтобы она ненароком не оттолкнула. Но как я могу оставаться в стороне? Я в ней нуждаюсь даже больше, чем она во мне…
Дочка схватилась за живот и малость скривилась.
- Проголодалась!?
- М-м-может с-совсем немного…
- Посмотри в бардачке батончик есть, перекуси, пока домой едем.
- Н-не хочу в-вас объедать… - Неловко произнесла Роза.
Вот и приплыли… Этого я и боюсь больше всего в наших с ней будущих взаимоотношениях… Как мне помогать или даже заботиться в каких-то мелочах о ней, если для неё это не норма!?
- Роза! – Я строго взглянул, из-за чего она сразу изменила своё решение, схватив батончик из бардачка, раскрыв который смачно откусила кусок.
- Спасибо.
- Не за что.
Камилла и Малия хорошо воспитали дочку. Правда она немного одинока, то ли из-за славы тёти, то ли эту черту характера она унаследовала от меня. Кстати говоря, не лучшая из имеющихся… Несмотря на то, что родителем я стал недавно, мне больно осознавать, что у девочки нет дружеской опоры, которой можно поведать о своих радостях и переживаниях…
- Прошло четыре дня, теперь вы можете мне рассказать.
- Нет, ты ещё не готова.
- Это мне решать! – Возмущённо воскликнула Роза.
Я недовольно кинул взгляд в её сторону, но быстро вернулся к дороге, которую заливал ливень, из-за чего мало что видно. Только ближайшие несколько метров автострады, всё остальное стена из дождя и тумана. Не помогали даже активно работающие дворники, скрипящие по стеклу всю дорогу. Они монотонно двигались, набивая такт, и казалось, успокаивали разум, помогая прийти в сознание. Приходилось ехать медленно, осторожно и внимательно. Как-никак теперь не могу рисковать жизнью рядом сидящей дочери. Я не могу позволить себе безрассудство. Только не с ней.
