Да ладно, чего вдруг ломаться стала. Мы на полкарасика...
Задрипанная дверь открывается, вваливаются два бухарика и девушка, больше похожая на «ночную бабочку». Толстовата, грима в три сантиметра, волосы розового цвета.
Меня замечают.
— О, парниша... э-э... здорово.
Киваю. Девушка смотрит на меня, как на «спасителя принцесс», но сразу же грустнеет, понимая, что мне не более двадцати. Что тут поделать против двух серьезных дядек.
— Малой, тут взрослые пришли побаловаться, — улыбается тот, что выглядит потрезвее. Почти дедок. Волос мало. Усики мерзкие, мокрые.
Второй — лысый толстяк с красным лицом и прыщами. Лет под сорок. Может чуть меньше.
Не отвечаю.
Дедок нервничает:
— Малой, ты непонятливый? Культурно же прошу. Сдрисни. Не дорос еще.
— Где мы? — спокойно спрашиваю я.
— Чег-о-о-о? — подает голос толстяк, показывая, что у него тоже есть хер. — Ик... Слышь, ты чего такой тугой?
— Это ночной клуб? Как называется? — киваю на дверь. — Есть телефон позвонить?
Толстяк со стариком переглядываются. Чуть расслабляются.
— Ты заблудился что ли, малой? Или инсульт?— подходит ближе толстяк, лыбясь своими еле заметными губами сквозь жировые прослойки губами..
ДЗЫНЬК!
Звук разбивающегося стекла о что-то твердое.
Толстяк оборачивается, я наклоняя голову вбок, чтобы посмотреть, что же произошло.
Старик лежит на спине прямо в помойной луже. Кровь течет по виску. Девушка держит в руке горлышко от бутылки, тяжело дышит. Нормально она его приложила. Поднимает глаза на нас, охеревает и... задрав юбку, чтобы не мешала, срывается с места так, что даст фору любому скоростнику. Только шатается на бегу во все стороны. Пропадает в темноте, а через секунду в проулке визжат коты, потом звук падения, мат.. и... храп.
Хмыкаю.
— Ну, сучка, — с грустью смотрит на старика толстяк. — Мы же ей двадцатку запла...
ДЗЫНЬК!
На это раз падает толстяк. А я отбрасываю бутылку в сторону.
Вот как хорошо получилось...Я просто настоящий спаситель принцесс в темных проулках. Сказка, а не жизнь. Хоть повести пиши.
Наклоняюсь, достаю из кармана толстяка бумажник и мобильник. Так, а где рубли? С каких пор в Москве все в долларах? Я что-то упустил? Ладно, пять долларов есть пять долларов. О, ключи от машины. Уже лучше. Осталось только найти машину и оседлать этого железного монстра. Может на этот раз получится проехать дальше первого столба.
Телефон заблокирован. Смотрю на просвет дисплея. Вижу ключ-фигуру от сального отпечатка пальца. Повторяю. Не подошло. Пробую с другого конца. О, разблокировался.
Просто на всякий случай набираю номер Элеоноры. Ожидаемо «недоступен». Но это хоть какое-то подтверждение, что Тернов мне не соврал. Сажусь на спину поверженного злодея-толстяка, открываю браузер. Пролистываю сводки новостей.
Та-ак, что тут у нас... Школа повреждена, бойня, Исталы возмущены, Вальты сочувствуют, Джуны пропали, Нота протеста, угроза войны. Исталы мобилизуются. Военные сборы лишенных, Жанна Д`Арк выпустила пропагандистский ролик выходить людям на протесты, пропал директор школы «Новая Эра». Последнее напрягает. Пропал — это не значит погиб смертью храбрых. Это может быть что угодно. Сбежал под шумок или похищен. Он знает слишком много про мои дела. Хотя я уже давно был готов, что кто-нибудь проболтается. Это вполне ожидаемо.
Толстяк бубнит во сне про какие-то звезды и несправедливость, но я не обращаю на это внимания, закидываю ногу на ногу, любуюсь на банановую кожуру на асфальте. Эх, старые добрые времена. Когда-то я так же сидел на учениках, предлагая лакомство одной из исталок.
Элеонора... Элеонора...
Куда Джуны ее утащили? Кто об этом может знать?
Есть один человек. Ли. Но он пропал. Для наемников его калибра это нормально. Может убили, может залег на дно.
Кто еще?..
Когда начался весь этот кавардак, Сэм Блэк находился в доме Хидана Мацуо... Что с ним произошло?
Так, какой у него там номер... Вспоминай...
Набираю номер. Гудок, второй, третий...
— Кто это? — голос Сэма я узнаю с трудом. Слишком серьезен.
— Киба.
— А, ты...
— Я. Как дела?
— Серьезно? Ты спрашиваешь меня, как дела, дружище?— натянуто бубнит Сэм.
— Да.
— Просто зашибись. Случилось очередное дерьмо, меня выперли Джуны на улицу посреди ночи. А потом ты, наверное, в курсе... О чем хочешь потолковать, дружище? Жив ли твой источник бабла? Или не сболтнул ли я чего... лишнего?
— Видимо, не сболтнул.
— А нафига мне это? От тебя одни проблемы, я это уже усвоил. Живи своей жизой, дружище. Кстати, надо бы встретиться, обмозговать кое-че по сайту. Ну, когда ты выйдешь из своей психушки. Как там, кстати? Матрасы мягкие?
Смотри-ка, новости быстро расходятся по миру. Уже в курсе.
— Я сбежал.
— Оу...
— Что с Акане?
Недолгая пауза. Только пыхтение в трубку.
— А я знаю, мазафака? Говорю же, меня Джуны выперли перед тем как эта жопа началась. Кстати, ты в курсе, что она в бреду только о тебе и говорила? Киба... Киба... Константин... — вот теперь я слышу эмоции. — Ладно, пофиг.
Хм... Может мне и кажется, но... что-то не так...
— Ты немного не в себе?
— Э-э-э, ну, типа, да...Как бы мне теперь ничего не светит. Отношения между кланами трещат по щщам. Ты то как? Наслышан о твоих э-э-э подвигах. Аннетку значит прибил, да? Уверен, что надо было сбегать? Подлечили бы... — голос Сэма сухой, безэмоциональный. Говорит он как обычно, с «прикольчиками», но дёргано.
— Это проблема?
— Да нет, конечно, мазафака. Продолжай дальше убивать, херачить, мазафачить. Рано или поздно ты доиграешься, запомни мои слова, дружище. Аннетка была хорошая... Мне нра...
— Ты хотел встретиться? — ухожу от темы. — Зачем?
— Ага. Обмозговать тему с бабками и разойтись. Не хочу по телефону. Не сейчас, а когда ты убьешь всех своих врагов, конечно, — опять пауза. — Вот хочешь честно? Нам с тобой просто надо всё расставить по полочкам, разобраться, а потом я не очень хочу с тобой связываться, дружище. Мне от тебя не по себе и...
— Давай прямо сейчас.
— Не понял? Щас? Встретимся? — удивляется Сэм. — Ты серьезно? Подставить меня хочешь?
— Нет.
— А ты где сейчас? В каком-нибудь подвале прячешься? Вообще, я имел в виду когда-нибудь... Если произойдет чудо. Просто скажу, что я не могу тебе бабки слать с монетизации, пока ты вне закона. Без обид. Понимаю, что они тебе нужны, но... Хотя... мазафака... ладно, хрен с тобой, рискну. Все равно скучно и
