строили стены городов, иногда дома в городах. Но дороги пока никто не строил. Кирпич был намного удобней в строительстве. А поскольку дорогу строила хемальская торговая компания, то кирпич был выбран желтого цвета.
Добравшись до реки Манч, Тонконюх повернул на север. Это был прямой путь в Кольвен. К тому сейчас мало кто ходил в Манчкинию напрямик. Встреча с безумным Крей Шемарусом и его шемритами Саблезубыми тиграми была бы не слишком приятной.
В южной Манчкинии, южнее Тигрового леса, там, где начинает свой неспешный бег, русло реки Шемуин, проходит северная граница Когидских кланов. Северный клан когидцев населяет область между рек Лелоруин, Шемуин и Когидуин. Южнее в Вендовой пустоши живут сами когидцы. Южные кланы населяют леса возле Тулора. А восточные кланы занимают большую территорию за Шемуином до самого Карстена.
В Когиде в Зале Совета сидели все четверо старейшин, уважаемые граждане и приехавшие с севера послы Гингемы. Мало кто знал, что за последний год в число совета пришел новый человек. До недавнего времени Ирт Карш был мелкий торговцем. Но получив от Рики Корус огромную сумму денег он стал первым богачом Когиды.
Сама Рика, ушла из Когиды. А вот Карш собрал крупных торговцев Когиды, создал Торговый дом Когида. И теперь он с полным правом сидел среди советников Когиды. Послом Гингемы был советник Прем Кокус.
– Итак. Я повторяю, – говорил Кокус, – Ваш князь Урфин Джюс лишен этого положения по приказу Гингемы. Вы вольны выбрать нового князя, после чего он должен предстать перед Гингемой. Наша госпожа очень хочет видеть Манчкинию единой страной.
– А почему госпожа лишила нашего князя своего звания, – спросил староста Когиды Фалк Торус, – Это входит у нее в привычку. Сначала по ее приказу Урфин Джюс устроил резню. Под меч положили всю княжескую семью Когидус. Мы приняли Урфина как князя. Он наш местный, не связанный ни с какими кланами.
– Так мы и предлагаем выбрать другого местного, – заметил Кокус, – Зачем вам испытывать ужасы вторжения армии Гингемы. Вы же знаете что у нашей владычицы армия в четыре раза больше вашего жалкого ополчения. Решайте быстрее. Моя госпожа очень торопится увидеть нового князя.
Староста переглянулся с другими старостами.
– Видите ли, в чем дело, – начал он, – Урфин Джюс стал князем по праву. Семья Когидус была мертва. А поскольку Урфин контролировал все южную Манчкинию народ признал его князем. Сейчас Урфин Джюс жив и мы не можем назначить новые выборы. Приходите тогда, когда наш князь покинет этот мир.
– Тогда вы все погибнете. Гингема уничтожит вас.
– Этого не будет, – вмешался в разговор Ирт Карш, – Мы подданные Урфин Джюса. Наш князь присягнул великому озу Гудвину. Получается мы теперь подданные Гудвина. Тронете нас, объявите войну Гудвину.
Прем Кокус поморщился. Вмешиваться в разговор, нарушая все правила тактичности можно лишь в этой глухомани. Он произнес:
– Гингема обо всем узнает. Но я бы на вашем месте хорошо подумал.
18
Послы уезжали на север. Тонконюх присутствовал во время разговора Прем Кокуса и старост. Плохо дело. Когидцы отделились от Гингемы. А у нее сейчас точно нет времени воевать. В этих лесах легко положить всю армию.
Он вздохнул. Наступила осень. Он выяснил все что необходимо. В тот день, когда принц Реньо узнал о помиловании Урфин Джюса и Лан Пирота был долгий разговор. Уорра позаботился пригласить и этих двоих для беседы.
Беседа явно не привела Реньо в хорошее настроение. Он три дня не выходил из комнаты. А затем отправил его Тонконюха в Манчкинию. Очень беспокоился принц о том, кто же возглавит манчкинов в случае вторжения в Данолию.
Ситуация все больше осложнялась. Когидцы отделились. Лелорцы уже тоже не смогут присоединиться, опасаясь атаки с юга. Похоже, принцу придется смириться и отказаться от глупых идей потеснить Гудвина на троне.
С тяжелым ощущением Тонконюх направлялся в Кольвен, чтобы затем отправиться в Кунджулур, город изумрудов. Плохие вести не обрадуют Реньо.
Придворный зал в этот день особенно сверкал от блеска изумрудов. Все придворные и дворяне надели свои самые лучшие зеленые костюмы богато украшенные изумрудами. Под рев фанфар в зал вошел принц Реньо.
Он был спокоен, но внутренне сильно волновался. Слишком долго он ждал этого момента. Под взглядом сотни человек из высшего общества он направился к дальнему концу зала. Там был помост обычно укрытый полупрозрачной ширмой.
Сегодня ширмы не было. На троне сидел великий оз Гудвин. Он был одет в накидку из перьев кецаля, из этих же перьев состоял его роскошный головной убор. Возле Гудвина стояли его приближенные сановники.
Тонконюх стоял среди придворных. Заметив возле Гудвина Дуарте Билана, главу всех армейских частей Данолии, он усмехнулся. Он вспомнил как, осенью приехав из Манчкинии, стал свидетелем скандала.
Дуарте ворвался к Реньо и обвинил его в том, что тот послал людей, которые сожгли его поместье. Реньо признал, что возможно по ошибке его люди случайно забрели в его поместье. А затем выговорил Дуарте за то, что его держат как зверька в клетке. С таким же успехом он мог бы жить и в Манчкинии.
Результат оказался вполне положительным. Весной 1895 года великий оз Гудвин устроил торжественный прием и пригласил своего сына Реньо. Весть об этом облетела все дворянские семьи и, поэтому дворец был полон гостей.
Реньо приблизился к помосту. Гудвин встал и подошел к мраморным ступеням ведущим на помост. Реньо склонив голову, поднялся на верхнюю ступеньку и опустился на колени. Оз Гудвин взял своего сына за плечи и мягко сказал:
– Встань мой сын. Много было клеветы на твое имя, позор покрыл всех нас после смерти Куото. Но сегодня я снимаю все обвинения с тебя Реньо. Встань возле меня принц Реньо, займи по праву то положение, которое принадлежит тебе по праву.
Реньо поднялся и ответил смиренно, не поднимая глаз:
– Мой отец и великий Оз! Для меня великая честь вновь лицезреть моего господина. Позволь всегда быть рядом с тобой.
– Слышал я, что у тебя сын есть, – произнес Гудвин, – Когда же мы увидим его?
– О! Мой отец, – тут Реньо задумался, – Я, конечно, привезу своего сына, но пока он с матерью в Манчкинии.
– Мы будем ждать.
Гудвин сел на трон и Реньо не дожидаясь приглашения, встал позади возле Дуарте Билана.
Город изумрудов, Кунджулур, по форме был сам похож на изумруд. Здесь был когда-то город Камелур. Он был столицей Камелито-Данолского королевства. За многочисленные мятежи против великого оза Камелур был уничтожен.
Позднее Камелур был восстановлен. Но город был уже не тот что раньше. Правитель нового Камелура вновь поднял восстание. Поражение обернулось для горожан настоящим побоищем. Улицы были залиты кровью побежденных.
С приходом Гудвина Камелур был переименован в Кунджулур, Город Изумрудов. В городе развернулось строительство новых кварталов, храмов, святилищ и
