Читаем без скачивания Орион среди звезд - Бен Бова

Она бросила на меня растерянный взгляд и тут же грустно улыбнулась.

– С каждым днем ты все больше становишься похож на кадрового офицера, Орион.

Не произнеся более ни слова, она сделала четкий поворот «кругом» и направилась к своему взводу.

Я мысленно послал проклятие лично Атену и всей его банде. Робкий бунт Фреды был, вероятно, лишь первым предвестником многих аналогичных проблем, с которыми мне предстояло столкнуться в самом ближайшем будущем.

По мере нашего подъема к отрогам горной цепи гнетущая жара уступила место приятной прохладе. По ночам все чаще случались легкие заморозки. То и дело моросил противный холодный дождь. Наконец и сама река разделилась на несколько рукавов, плавное течение которых перемежалось каскадами живописных водопадов.

Затем дождь перешел в снег. Потоки превратились в небольшие бурные ручейки, петлявшие между нагромождением скал. Мы поднимались к перевалу, прячась по ночам от холода в глубоких пещерах, которых в этих горах было великое множество. Здесь, в недрах земли, мы могли, по крайней мере, укрыться от снега и пронизывающего ветра и обсохнуть у походного костра. Покрытые вечным льдом пики возвышались теперь прямо над нашими головами. Зрелище было величественное и по-своему красивое, и мы, наверное, отдали бы ему должное, если бы не жестокий мороз, способный сковать всякую мысль.

Еле живые от холода, мы наконец достигли перевала и начали медленно спускаться по противоположному склону хребта. Спустя ещё несколько дней мы миновали нижнюю границу ледника и вступили в зону альпийских лугов. Отсюда мы впервые увидели лежащий у наших ног океан и базу скорписов.

Вопреки моим опасениям, она оказалась вовсе не той неприступной цитаделью, какой рисовало её мое воображение, но была достаточно большой, чтобы я всерьез задумался о перспективах намеченного штурма. Судя по количеству и размерам жилых и складских помещений, на базе могло находиться не меньше тысячи солдат.

Фортификационные сооружения были построены у самой кромки воды, вдоль широкой полоски белого песка. На крышах казарм бы пи установлены солнечные батареи и антенны спутниковой связи. Каменные сооружения чередовались с летними палатками для солдат, возведенными с чисто военной аккуратностью. Далеко в море уходило несколько металлических пирсов или крытых галерей, точное назначение которых оставалось для меня не вполне ясным. Вокруг базы не было заметно тяжелых оборонительных укреплений, но все подходы к ней надежно простреливались из расположенных на возвышенных местах долговременных огневых точек.

Смутное воспоминание заставило меня более внимательно приглядеться к окружающей местности.

Предчувствие не обмануло меня.

В нескольких километрах от базы находились развалины древнего города, виденного мною во сне!

– Как вы полагаете, смогли бы мы незаметно для скорписов подобраться к этим руинам? – спросил я сопровождавших меня офицеров.

Ответ Куина был решительным и отрицательным.

Фреда колебалась.

Манфред был настроен более оптимистично.

– Если, двигаясь под прикрытием скал, мы сумеем незаметно спуститься к берегу, развалины города окажутся между нами и базой скорписов. Развалины отделены от базы устьем руки, и вряд ли за ними ведется постоянное наблюдение.

– Не следует забывать и об орбитальных станциях слежения, – напомнила Фреда. – Скорее всего, скорлисы уже знают о нашем приближении, а если и нет – сенсоры легко зафиксируют тепловое излучение наших тел во время спуска.

– Мы можем спускаться днем, – возразил я. – В это время суток скалы и песок сами раскалены от солнца.

– Сенсоры, установленные на спутниках, способны контролировать и движущиеся объекты, – стояла на своем Фреда.

Несколько секунд я обдумывал сложившуюся ситуацию.

– Придется рискнуть. Спуск начнем немедленно. Я хочу достичь побережья к завтрашнему полудню. Возражений не последовало.

– При встрече с патрулем скорписов огонь открывать только в случае крайней необходимости, – добавил я. – Наша главная задача – добраться до развалин города незаметно для наблюдателей противника.

Весь остаток дня мы осторожно двигались вдоль отрогов горного хребта, держа направление на устье реки. К наступлению сумерек мы достигли берега и разбили лагерь под прикрытием скал, воздержавшись на этот раз от разведения костров.

Скорписы по-прежнему не подавали признаков жизни.

Я даже и не пытался заснуть этой ночью. Молча я бродил по притихшему лагерю, пытаясь оценить наши шансы. Я не сомневался, что ключ к разгадке тайны Лунги лежал в развалинах древнего города. Но что, собственно, я собирался искать?

Ночь была совершенно безлунной и на удивление мирной. Но ни мерцание незнакомых мне звезд, ни равномерное дыхание океана не приносило успокоения в мою душу.

Неожиданно я заметил слабую светящуюся точку, медленно двигавшуюся в направлении меня со стороны устья.

Что бы это могло быть? Патруль скорписов?

Но, как мне было хорошо известно, наши противники не нуждались в искусственном освещении. Тем более это не могли быть мои собственные солдаты, получившие строжайшие указания на этот счет.

Я достал из кобуры лазерный пистолет и, опустившись на землю, пополз в направлении источника таинственного света.

Когда странное свечение немного приблизилось, я уже знал, с кем мне предстояло иметь дело.

Конечно, это был Атен, Золотой бог, собственной персоной явившийся в привычном для себя кричащем великолепии. Правда, на сей раз он предпочел отказаться от всех знаков воинского достоинства, ограничившись скромной белой тогой, наилучшим образом подчеркивавшей все качества его великолепной фигуры. Спору нет, он выглядел настоящим богом, достойным резца Микеланджело или Праксителя.

Разумеется, все эти величественные формы были не более чем иллюзией, своеобразной данью моде, поскольку сам Атен, как было мне хорошо известно, представлял собой всего лишь сгусток чистой энергии.

– Ты и на этот раз неплохо показал себя, Орион, – снисходительно похвалил он меня, опустив традиционное приветствие.

– Неужели эта планета настолько важна для осуществления ваших планов, – немедленно задал я свой контрвопрос, – что вы, не задумываясь, готовы ради них принести в жертву жизнь стольких человеческих существ?

– Надо думать, что так, Орион, – произнес он мягко, – иначе чего ради я направил бы тебя сюда. Как тебе известно, я питаю огромное доверие к твоим способностям. В конце концов именно я сотворил тебя.

Как обычно, во время наших встреч с Атеном мы находились за пределами пространственно-временного континуума, и не скорписы, ни мои солдаты не могли стать свидетелями нашей беседы.

– Вы сотворили и моих солдат? – осведомился я.

– Этих ничтожных людишек? Как ты можешь так низко думать обо мне, Орион? – произнес он с легким укором. – Я не имею обыкновения опускаться до столь черновой работы. Они созданы своими более высокоорганизованными собратьями в соответствии с потребностями и стандартами своего времени.

– А чем ещё известно их время? Атен недовольно поморщился.

– Как я могу объяснить специфику времени существу, не способному отказаться от линейного мышления? Время как океан, Орион, на берегу которого мы с тобой находимся. Ты можешь оказаться в любой его точке, пересечь его, опуститься в его глубины, но он тем не менее останется все тем же океаном.

– В океане есть и свои течения, – вставил я.

– Ты прогрессируешь, Орион. Конечно, в океане пространства и времени имеются и свои собственные течения.

– И где же среди этого океана находится Аня? Лицо Атена омрачилось.

– Забудь о ней. У неё – своя задача, у тебя – своя.

– Последний кризис, о котором вы столько говорили, должен произойти здесь, на этой планете?

– Лунга всего лишь одна из точек всеобщего галактического кризиса, Орион, хотя и важная, можно даже сказать, критическая.

– И вы всерьез полагаете, что я способен овладеть базой скорписов с помощью пятидесяти двух практически безоружных людей?

Атен сочувственно кивнул.

– Я хотел бы помочь тебе, Орион, но у меня сейчас нет такой возможности. Тебе придется полагаться лишь на собственные силы.

– В таком случае мы обречены, – возразил я, пожимая плечами, – а следовательно, и ваш план тоже.

– Кто знает, Орион? Кто знает? Может быть, я смогу ещё раз воскресить тебя.

– А других?

– При чем здесь я? Пусть этим занимаются их собственные создатели.

– Которым тоже нет до них никакого дела. Кто они такие, эти люди? Дешевое пушечное мясо, которого сколько угодно.

– Такова жизнь, Орион. Они всего лишь инструменты в сложной игре высших сил. Когда работа выполнена, инструменты кладут на полку до тех пор, пока в них снова не начинают испытывать нужду… или выбрасывают их, когда они приходят в негодность.