Мерри понимающе кивнула, и глаза ее снова засияли.
– Значит, вы берете меня с собой?
– Да, потому что время играет для меня главную роль.
– Я не буду вам в тягость, – пообещала Мерри.
– Вам придется ехать со мной, если кобыла хромает, – произнес он. – Эрин, переложи часть поклажи на своего коня.
Мерри протянула к нему руки, и он помог ей взобраться в седло. Как только девушка оказалась рядом, мучившее его беспокойство улеглось. Он с трудом преодолел желание прижать Мерри к себе и зарыться носом в ее овеянные свежестью волосы.
– А где кот? – спросил Люк.
Она приоткрыла узел, позволив Люку заглянуть внутрь.
– Ясно, – бросил он.
– А где ваше боевое снаряжение? – в свою очередь, спросила Мерри.
– Наколенник так и не нашелся, – ответил он, трогаясь с места. Только в быстрой скачке он мог дать выход внезапному приливу энергии. – Держитесь как следует, – сказал он. – Я хочу наверстать упущенное время. – С этими словами он пришпорил Сулеймана, и тот припустил с места в карьер.
– Хотите есть? – спросила Мерри мгновение спустя и, сунув руку в мешок, извлекла оттуда буханку хлеба, припорошенную кошачьей шерстью.
– Спасибо, я поел, – отказался Люк.
Пожав плечами, она сдула волоски и с аппетитом вонзила зубы в краюху. Наступило молчание, нарушаемое лишь оглушительным цокотом копыт. Над их головами пронеслась пара ласточек, ловя на лету насекомых. Солнце прогнало остатки холода, но еще не успело накалить воздух.
Мерри уснула, зажав горбушку хлеба в руке. Ее голова покоилась на груди Люка. Он придержал жеребца, чтобы не потревожить ее сон.
Она уснула у него на руках, словно ребенок. Люк не мог отвести глаз от ее колышущейся груди. Мерри спала, ни о чем не подозревая. Люк пытался себя убедить, что решение взять с собой Мерри в Айверсли не имеет ничего общего с эмоциями, которые эта девушка в нем вызывает:
Не может этого быть. Он просто стремился побыстрее достичь Айверсли. К тому же он давно вышел из возраста неоперившегося птенца, чьи поступки зависят от его настроения и эмоций. Он мог желать женщину, но не показывать виду. Он до сих пор не забыл, как высасывал кровь из ранок на ее руке.
Что, если он потеряет самообладание? Лучше держаться от Мерри подальше.
Но пока они делят одно седло, об этом не может быть и речи.
Но как только будет закончена работа в Айверсли, Люк доставит девушку в Хелмсли и передаст на попечение Рубаке. С этого момента она перестанет для него существовать.
Аккуратно упаковав эти благие мысли в воображаемый ящик, Люк задвинул его до поры до времени на задворки сознания.
Мерри пробудилась в тот самый момент, когда лошадь остановилась. Девушка торопливо выпрямилась, врезавшись Фениксу в подбородок.
– Ш-ш-ш, спокойно, – прошептал он, коснувшись рукой ее плеча.
Мерри округлила глаза. Они находились в лесной чище, стройные сосны отбрасывали глубокие тени.
Почему они остановились? Чтобы напоить лошадей? Мерри напрягла слух, надеясь услышать журчание воды, Но вокруг стояла зловещая тишина, нарушаемая время от времени треском сломанной ветки.
Дав волю воображению, Мерри ощутила страх. Она ждала появления разбойников и грабителей, сидевших в засаде в лесной чаще или густых кронах деревьев, чтобы напасть на королевских ратников. Разве дух Сары не предупреждал ее, что Фениксу грозит беда?
Вдруг тишину разорвал стук копыт. Мерри вскрикнула и вцепилась Люку в бедро. Он обнял ее за плечи, но меч не обнажил. Раздался пронзительный визг, и из кустарника выскочил зверь, дико вращая глазами. Его клыки угрожающе поблескивали.
Отчаянно перебирая короткими ножками под круглым брюхом, зверь промчался мимо. За ним с копьями наперевес неслись пятеро всадников.
Мерри поняла, что это всего-навсего охота. Она с облегчением вздохнула и привалилась спиной к Люку.
Вепрь с визгом развернулся и ринулся назад, желая вырваться из-за лошадиных копыт, образовавших кольцо. Когда животное поравнялось с одним из охотником, он ударил зверя копьем в хребет.
Животное испустило дикий визг, но продолжало бежать с копьем в кровоточащей ране.
Тут в лобовую атаку на вепря двинулся второй охот ник и прицелился. Когда зверь проносился мимо, он всадил копье прямо ему в загривок. Кровь брызнули фонтаном. Вепрь споткнулся, но не упал, продолжая визжать.
Однако подняться не смог. Зверь сделал попытку возобновить бег, но не мог, рухнул на землю. Мерри не сводила с него глаз.
В памяти Мерри промелькнули образы прошлого Распростертое на земле тело отца с открытой раной па шее. Фергюсон вытер клинок об отцовскую тунику и сунул меч в ножны, после чего поднял глаза на ее мать.
– Нет, – прошептала Мерри, желая прогнать страшное видение. И судорожно сглотнула.
В следующий момент, когда охотник спешился и выдернул из шеи животного клинок, Мерри отвернулась, ловя ртом воздух.
– Леди? – услышала она голос Люка, словно донесшийся откуда-то издалека.
Девушка соскочила с седла, бросила узел и спряталась за ближайшее дерево. Там ее вывернуло наизнанку. Тяжело дыша, Мерри ждала, когда приступ тошноты пройдет.
– Мерри! – окликнул ее Люк.
Боже милостивый, он все видел! Девушка торопливо вытерла рот, обернулась и заметила, что взгляды солдат обращены в ее сторону. Одни смотрели на нее с недоумением, другие – с сочувствием, некоторые – все еще с подозрением и неприязнью.
Люк подошел к Мерри и взял ее под руку.
Ей хотелось провалиться сквозь землю. Она никогда не проявляла слабости, ибо знала, что многие умело этим пользуются.
– Извините, – сказала Мерри, высвобождая руку. Направляясь к лошади, девушка избегала смотреть на неподвижную тушу.
– Нам нужно мясо, – пояснил Феникс, подходя сзади. – Не принято появляться в крепости с пятью десятками людей без достаточного количества провизии.
Мерри пристально взглянула на него. Феникс догадался о причине случившегося с ней. Его проницательность послужила ей утешением и одновременно встревожила. Что еще, интересно, он заметил?
Феникс помогал ей сесть в седло, когда до слуха Мерри донеслись слова одного из солдат:
– Дух вепря вселился в нее. Вот ей и стало плохо.
– Она одержима дьяволом, – поддакнул другой.
Почему ее до сих пор считают колдуньей? Ведь уже много лет она ничего дурного не делала.
Краем глаза Мерри заметила, как Феникс круто повернулся и двинулся в сторону тех самых ратников, которые говорили о ней. Схватив одного за грудки, он притянул его к себе так, что их лица оказались на одном уровне. Мерри не слышала, что Феникс говорил ратнику, но тот побледнел. Видимо, слова командира возымели действие.
