Чуть раньше к ней в комнату заходила Элен и со свойственным ей тактом посоветовала, во что одеться.
– Дотти, только не подумайте, что я вмешиваюсь, но ведь вы сами сказали, что не прочь, если я помогу вам в выборе подходящего к случаю туалета?
– Буду премного вам благодарна. – Дороти открыла шкаф. – А то вдруг опять оплошаю…
– У вас прекрасный гардероб, – заметила мадам Ромье.
– Это Анри мне купил. И выбирал все сам… Он точно знает, как я должна выглядеть.
– Просто он хочет, чтобы одежда вас украшала. – Элен окинула Дороти взглядом. – Вы позволите дать вам совет?
– Конечно. Вы же мне добра хотите.
– На мой взгляд, вам следует изменить прическу. Хотите, пришлю вам свою горничную Жанетт? У нее золотые руки.
– Только с ножницами я ее и близко не подпущу!
– Ну что вы! А если вам не понравится, переделаете все по-своему.
– Вот здорово! – обрадовалась Дороти. – Спасибо вам. Вы такая душка!
Вспоминая эту сцену, Дороти шла по гостиной под прицелом любопытных глаз. Анри поспешил взять ее под руку, и она в душе усмехнулась. Пожалуй, стоит дать ему немного расслабиться, а то, того и гляди, наживет язву!
– Дотти, ты неотразима! – шепнул он. – Надеюсь, и поведение будет под стать?
Наконец-то! Дождалась комплимента, хотя и сомнительного! Вот за это он получит! Подведя! Анри к столику с напитками, где слуга в парадной униформе разливал шампанское, Дороти громко, на всю гостиную, спросила:
– Кто хочет бухнуть?
Анри побледнел от ужаса, но быстро нашелся и выдавил со смешком:
– Дотти у меня такая шутница!
Стиснув ее локоть, он обошел с ней гостиную и представил гостям. Судя по скорости передвижения, «жених» смертельно боялся, что Дотти успеет сказать что-то кроме «добрый вечер».
Наконец Анри усадил ее в укромном уголке, подальше от гостей, и ей пришлось признать, что он ловко выкрутился из затруднительного положения. Ну, ничего! Пусть не думает, что с ней так просто сладить. У нее еще кое-что припасено на десерт!
Появились новые гости. Элен пошла, поздороваться с ними, и Анри хотел было последовать ее примеру, но передумал: не рискнул оставить Дороти без присмотра. Она вскочила и, опередив его, ринулась к буфету, где были разложены закуски.
– Чего желаете, мадемуазель? – спросил ее жизнерадостный краснощекий мужчина на английском с заметным акцентом.
Дороти указала пальцем на хрустальную вазу с черной икрой и, наморщив носик, спросила:
– А это что еще за козявки?
Лицо у мужчины сделалось багровым.
– Да это же черная икра! Пища богов! – Зачерпнув серебряной ложечкой, он положил икру на тарелку, добавил тонкий ломтик поджаренного хлеба, завернутого, чтобы не остыл, в салфетку, и вручил ей.
Хихикнув, Дороти обмакнула палец в икру и, облизнув, громко заявила:
– Ну и дрянь! Живая соль, да еще и воняет рыбьим жиром!
По тяжелому дыханию над ухом она поняла, что Анри рядом, обернулась и, помахивая испачканным икрой пальцем, нежно спросила:
– Любимый, что же ты меня бросил? Хочешь лизнуть?
– Хочу. И пальчик, и всю ручку! – невозмутимым тоном ответил он и улыбнулся краснощекому гурману. – Мадемуазель Дотти неисправимая юмористка. Ее нельзя принимать всерьез.
Тот недоуменно покосился на юмористку и отошел, а Анри взял у Дороти тарелку и сладким тоном предложил:
– Хочешь, я за тобой поухаживаю, любовь моя?
– Хочу. А как?
– Удавлю на месте, – прошипел Анри.
Дороти не выдержала и, выпав из образа, от души расхохоталась. Анри подозрительно прищурился, а она, разозлившись на себя за оплошность, постаралась отвлечь его внимание. Толкнув Анри в бок, громко завопила:
– Смотри, кто к нам пришел! Мишель! – Искренне радуясь появлению хоть одного знакомого лица, она чуть ли не бегом направилась к нему навстречу. – Здорово, что вы пришли! Здесь скука смертная, а гости такие зануды, будто пропахли нафталином. Взять бы и вывесить на веревку проветриться!
– А вас нарисовать и поместить в рамку! – не сводя с нее восхищенного взгляда, сказал Мишель. – Дотти, вы просто картинка!
– Все дело в новой прическе. Я рада, что вам нравится.
Жанетт, взглянув на ее волосы, сразу предложила смыть лак, но Дороти приводить волосы в естественное состояние наотрез отказалась. Немало удивившись, Жанетт удовольствовалась тем, что гладко зачесала волосы, скрутила их в жгут и мастерски уложила на макушке узлом.
Как только за горничной закрылась дверь, Дороти, решив, что стильная строгая прическа яркой личности Дотти не подойдет, извлекла на висках прядки и завила локонами.
Мишель взял ее за локоть и подвел к канапе.
– А я не ждала вас раньше выходных, – сказала Дороти. – Какой приятный сюрприз!
– А для Анри, похоже, неприятный! – усмехнулся Мишель. – Он пепелит меня взглядом.
– Анри такой зануда! Не пойму, как вы дружите с этим типом.
– Дотти, вы не правы. Анри совсем не такой.
– Тогда почему он меня все время достает?
– Это все нервы. Ему неприятно обманывать мать.
– А кто его неволит? Взял бы, да и признался!
– Теперь уже поздно. Раз уж Анри влип в эту историю, то непременно доведет ее до конца.
– И вы туда же! Влип в историю… Неужто я такая ужасная?
Мишель улыбнулся.
– Лично я считаю, что вы прекрасная!
– Да вы никак заигрываете со мной?
– А вы против?
Дороти окинула Мишеля пристальным взглядом. В элегантном смокинге и нарядной белой рубашке он выглядел истинным франтом. Но тепло и сочувствие, исходившие от него, подсказали Дороти: перед ней не просто прожигатель жизни.
– Что же вы медлите с ответом? – поддразнил ее Мишель. – Я сгораю от нетерпения.
– Хочу понять, какой вы на самом деле.
– Время покажет. Дотти, считайте меня своим другом, хорошо?
– Хорошо.
– Ну а раз мы друзья, предлагаю перейти на «ты».
Дороти чувствовала, что нравится Мишелю, и прекрасно понимала, что случится, если он узнает, кто она на самом деле. Ну почему в жизни все так сложно! Спрашивается, чем плох Мишель? Всем хорош! Только оставляет ее совершенно равнодушной, не то, что один красавчик-брюнет с серыми глазами… Дороти ужаснулась своим мыслям. Неужели она влюбилась в этого зловредного типа?!
– Почему ты нахмурилась?
– Думаю о том, что будет.
– Дотти, у тебя все будет замечательно.
– Трех тысяч надолго не хватит.
– Трех тысяч франков?
– Нет, фунтов. Анри обещал мне их за эту работенку. Никак не решу, что с ними делать. – Дороти действительно не представляла, как бы распорядилась такими деньгами Дотти.
– Это немалые деньги. Надо положить их в банк или купить акции.
– Еще чего! Лучше махну в круиз. И словлю богатенького мужа! – Заметив, что Мишель приподнял бровь, обиженно буркнула: – Думаешь, мне слабо?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
