могли грохнуть?
— Из-за бабы?
— Так он же помешан на этом деле. Ни одну юбку мимо себя не пропустит.
— Это я уже понял.
— Я его так особо не знаю, но говорят, у него не со всеми получается.
— Что не получается?
— Ну, по любви… А платить за секс его хрен заставишь! — осклабился Серый.
— Короче.
— Если короче, он ведь и сейф взломать мог.
— Сейф?
— Лохматый!
— Например?
— Ну было, говорят.
— Что было?
— Бабу какую-то снял и взломал.
— Кто говорит?
— Райка говорила, мы с ней как-то базарили, она и сказала.
— Что сказала?
— Мол, блондинка какая-то была, Райка их вспугнула, блондинка вырвалась, побежала, фотокарточка разбита.
— В смысле лицо?
— Ну да, бил он ее, сарафан порвал…
— Что за Райка?
— Да ездила она раньше с нами, а сейчас на рынке, товар на реализацию берет… Короче, она к Ставриде неровно дышала, ходила к нему. И тогда зашла… Он наорал на нее, она в обиде была. Сейчас может и не сказать… Если только очень попросить.
— У нас на рынке торгует?
— Да.
— Райка.
— Кулькова фамилия. Или просто Куля… Не убивал я Ставриду, начальник! Зачем это мне?
— Алиби проверим… Если поверим, отпустим, — кивнул Игнат.
Он отправил Серого в камеру, хотел вызвать к себе Тараса, но решил отложить разговор с ним на потом. А сам взял курс на место преступления, следователь из района давно уже там, эксперты уже заканчивают работу, его присутствие не помешает. Чабанов уже там, Игнат отправил его в помощь группе, а заодно гильзы следователю передал.
По пути к месту Игнат заехал на рынок, нашел там Кулькову. Молодая, пышного телосложения женщина стояла за прилавком на фоне развешанных футболок, блузок, пляжных сарафанов. Справа от нее купальник, слева шляпки, кепки, солнцезащитные очки. Народ не толпился, но Игнату пришлось подождать минутку, пока она обслужит покупателя.
— А форменного у нас ничего нет, товарищ капитан! — развела руками женщина.
Волосы сухие, выбеленные пергидролем, на щеках краснота, чем-то напоминающая диатезную сыпь.
— А жаль! Думал свежую рубашку надеть, на встречу со следователем еду.
— Да, рубашечку надо бы освежить, — кивнула Кулькова.
— Покойнику-то в принципе все равно.
— Какому покойнику? — оживилась гражданка.
— Мишу Ставридиса убили.
— А-а… — не сразу сообразила Кулькова. — Кого убили?!
— Ставридиса.
— Мишу?! — Одну руку женщина приложила к щеке, другой прикрыла рот.
— Вы его знаете?
— Ну-у… В общем, да.
— А что так нерешительно?
— Да в голове все перемешалось!
— Вас же Раиса зовут?
— Раиса.
— Говорят, вы ему нравились.
— Кто говорит?
— Ну, поселок у нас маленький, все на виду… Если вдруг кто-то кого-то изнасилует, обязательно кто-то увидит.
— Это вы о чем?
— Может, вы что-то видели? Говорят, вы иногда захаживали к Ставридису.
— Я захаживала?! — Кулькова уставилась на Игната.
— Нет?
— А к нему много кто захаживал!
— Это я в курсе.
— Может, вы не знаете, кто именно к нему захаживал? — Игнат не мог понять, почему Кулькова так злорадно смотрит на него.
— Меня интересует блондинка, которую насиловал Ставридис.
— Ставридис кого-то насиловал?
— А вы его вспугнули.
— И вы это знаете?
— Узнал.
— Значит, не все знаете!
— Все знать невозможно.
— Но стремиться к этому нужно! — усмехнулась Кулькова.
— Так что там с блондинкой?
— А Мишу действительно убили?
— У нас в Морячке такими вещами не шутят.
— Это да… Но о покойнике нельзя плохо.
— Начальнику поселковой милиции можно.
— Да, заходила я к Мише. Не знаю, почему он за собой дверь не закрыл… Слышу, возня какая-то, потом стоны сдавленные, как будто рот кому-то затыкают. Ну, думаю, вдруг Мишу душат… Смотрю, а он там с блондинкой, руку ей за спину заломил, сам рукой рот ей закрывает. У нее подол задран, и сам он со спущенными штанами… Как думаете, чем они занимались?
— Дальше что?
— Дальше — все! Он меня увидел, испугался, вскочил, девушка вырвалась. Сарафан на ней был, белый такой, в черный горошек, на груди разорванный, сиськи вываливаются… А сиськи, надо сказать… Ладненькая такая блондиночка! Эффектная! Лицо зареванное, тушь потекла, губа разбита, кровь…
— Ушла девушка?
— Да, толкнула меня и убежала. Миша за ней, а я стою, как скала, с места не сдвинулась! — Кулькова гордо вскинула голову. — Терпеть не могу, когда девушек насилуют! Даже если они блондинки!..
— Ну да… — глянув на выжженные пергидролем волосы, кивнул Игнат. — Значит, убежала блондинка?
— Убежала.
— В милицию вы обращаться не стали?
— Нет, я подумала, если надо, пусть блондинка обращается.
— Не обращалась.
— Вот я и говорю, если ей не надо, зачем это мне надо!.. А не обращалась?
— Нет.
— И Ставридиса убили?
— Убили.
— Девушка эта крикнула, когда убегала. Убьют тебя, крикнула. Очень скоро убьют! Как собаку! Еще и козлом обозвала.
— И козла можно убить как собаку, — кивнул Игнат.
— Ну да.
— А когда это было?
— Сначала ваша жена… — Кулькова запнулась и вопросительно глянула на Игната.
Но с вопросом она обращалась к самой себе. А надо ли говорить, спрашивала она себя.
— Что моя жена?
— Вы же начальник милиции капитан Жуков?
— Жуков.
— Знаю я жену капитана Жукова. Что там у Лены с Мишей было, я не знаю, но она к нему заходила.
— Когда заходила? — чувствуя, как холодеют кончики пальцев, спросил Игнат.
— Где-то с месяц назад. Сначала ваша жена зашла, а затем блондинка эта, на следующий день… Нет, через день…
— А блондинку случайно не Оксана зовут?
— Не знаю. А вы ее знаете?
— Подруга моей жены, — соврал Игнат. — Лена с ней к Ставридису заходила. Ставридис мяса для кафе обещал. У тещи кафе.
— Так я знаю! Анастас там работает! И Миша мясо ему иногда подвозит!
— Вот!
— Я же говорю, не знаю, что там было. Может, с этой Оксаной Лена ваша заходила. Может, Оксана осталась, а Лена ушла… Зачем только он ее насиловал? Ну, Миша. Оксану… А вам она ничего не сказала?
— Не сказала, — кивнул Игнат.
— А Мишу кто-то убил?
— Кто-то убил, — в раздумье проговорил Игнат.
— Кто? — Кулькова большими глазами смотрела на него.
— Раиса… Не знаю, как вас по отчеству…
— Да ладно уж по отчеству! — зажеманилась женщина. — Можно просто по имени. Все можно… если осторожно! — кокетливо хихикнула она.
— Раиса, давайте договоримся сохранить в тайне все, что вы мне сейчас рассказали. Только мне или следователю, и больше никому.
— А следователю можно?
— Следователю нужно!
Игнат делал над собой усилие, чтобы голос не дрожал, но это не очень у него получалось. Во-первых, его, мягко говоря, смущал визит Лены к Ставридису. А во-вторых, этот подлец действительно мог изнасиловать Оксану. А следователь может поднять историю ее с Игнатом взаимоотношений. И сделать очень нехорошие выводы.
— Ну, хорошо,
