— Кстати, я надеюсь, вы будете крайне осторожны во всем, что касается наших отношений.
— У нас нет никаких отношений! — выкрикнула Макси. — И я не признаюсь, что была у вас, даже если репортеры начнут пытать меня!
Ангелос выслушал это обещание с нескрываемым удовольствием. А затем, небрежно склонив гордую темноволосую голову, вышел, и Макси с облегчением опустилась на кровать.
Макси упаковала вещи. Пока она болела, Ангелос перевез из дома Лиз всю ее одежду. Узнав об этом, она пришла в ярость. Несколько необходимых вещей — это еще куда ни шло, но все] Неужели он надеялся, что она останется и после выздоровления? В первые три дня после его отъезда Макси то и дело порывалась покинуть ненавистный ей дом. Осматривая ее в последний раз, врач вежливо посоветовал ей не торопить события, и, хотя медсестра перестала около нее дежурить, Макси пришлось признать, что она еще не в состоянии себя обслужить. Необходимо было внять голосу рассудка. Она воспользовалась возможностью набраться сил, тем более что греческая прислуга удовлетворяла малейшую ее прихоть…
Но теперь-то она обязательно уедет. Ведь сегодня к обеду Лиз должна быть дома.
Двое охранников прохаживались в огромном зале. Оба застыли, наблюдая, как она ковыляет мимо со своими чемоданами. Даже не предложили помочь.
— Мистер Петронидес сказал… — наконец произнес тот, что постарше.
— Лучше не вмешивайтесь, если не хотите нажить себе неприятности. — Макси с силой надавила на кнопку лифта.
— Мистер Петронидес не хочет, чтобы вы уезжали, мисс Кендалл. Ему это не понравится.
Макси взглянула на него с напускным изумлением.
— Да что вы говорите!
— Нам придется поехать за вами, мисс Кендалл…
— На вашем месте, ребята, я бы этого не делала, — проворковала Макси. — Мне бы очень не хотелось вызывать полицию и жаловаться, что меня преследуют. К тому же это наверняка попадет в газеты, а такое вашему боссу уж точно не понравится!
Они уже шагнули было за нею в лифт, но замерли в нерешительности. Макси втащила за собой чемоданы.
— Позвольте предупредить вас, — произнес старший. — Он вам этого не простит.
Макси лишь мотнула головой. Двери лифта закрылись, и она облегченно вздохнула. Неудивительно, что Ангелос держался столь заносчиво: его все боялись. Безграничная власть и богатство сделали его таким. Он привык, что любое его желание удовлетворяли мгновенно. Но ее ему не заполучить никогда, горячо поклялась Макси.
Добравшись до дома, она поняла, как сильно устала. Сварив себе кофе , разобрала почту. Одно из писем было адресовано ей. Судя по всему, оно было от агента по недвижимости. Недоумевая, Макси попыталась справиться со своей дислексией и прочитать послание. Агент писал, что не сумел связаться с ее отцом по его адресу и переадресовал письмо ей. Он ждал указаний по поводу пустовавшего дома, который сдавался внаем. Понемногу Макси начала понимать, что к чему.
Родители отца, вполне обеспеченные люди, умерли, когда она была еще ребенком. Расса уже тогда недолюбливали в собственной семье, и в наследство ему достался лишь крохотный домик на окраине деревни Кэмбриджшир. В довершение всего он обнаружил, что дом отошел к нему вместе с престарелым жильцом, который отнюдь не намеревался съезжать, поэтому продать коттедж было никак нельзя.
Дочитав всего до третьей строки, Макси позвонила агенту.
— Боюсь, я не знаю, где сейчас мой отец, — сказала она, — в последнее время от него не было вестей.
— Пожилая леди перебралась к своим родственникам. Если ваш отец желает и дальше сдавать дом в аренду, понадобится основательный ремонт. Но думаю, — добавил он с оптимизмом, — что землю можно выгодно продать под застройку.
«Именно так и поступил бы отец», — подумала Макси. Он не задумываясь продал бы дом, а через несколько месяцев от этих денег ничего бы не осталось. Макси вздохнула, раздумывая, стоит ли ей съездить и забрать ключи. Она положила трубку. Но ведь ей нужен дом, и она всегда любила деревню. Надо только набраться смелости и начать все сначала. Почему бы и нет? Что держит ее в Лондоне? Работа, которую она уже почти потеряла и которая принесла ей больше вреда, чем пользы? Она и там найдет работу. В каком-нибудь магазине или в баре — она ведь не брезглива. Еще подростком Макси успела попробовать и то и другое.
К возвращению Лиз Макси уже горела от возбуждения. Несколько озадаченная, Лиз слушала, как ее юная подруга взволнованно делится своими планами.
— Если дом в плохом состоянии, на ремонт потребуются немалые деньги, — осторожно заметила она. — Не хочу быть занудой, но, судя по всему…
— Лиз, я никогда не стремилась стать фотомоделью, а сейчас мне все равно ничего не предлагают, — печально напомнила Макси. — Возможно, для меня это шанс начать все сначала, и я хочу попробовать. Оставлю свой адрес в агентстве, чтобы в случае чего они смогли меня найти, но я ведь не могу сидеть здесь и ждать. В конце концов, если снова найду работу, я начну выплачивать долг Ангелосу.
Лиз совсем не взволновало, что за домом следил чужой человек; гораздо больше она была озабочена здоровьем Макси. Ей также хотелось знать все подробности, касающиеся Ангелоса.
— Могу поклясться, этот человек безумно в тебя влюблен! — удивленно покачала головой Лиз. В ответ Макси лишь печально рассмеялась
— Ангелос не узнает любовь, даже если встретится с ней нос к носу! Зато пойдет на все, чтобы добиться своего. Он, кажется, решил, что чем больше я буду ему обязана, тем легче будет сломить мое сопротивление.
— Макси… Если бы он оставил тебя здесь, ты могла бы умереть. Неужели ты ему ни капельки не благодарна? — смущенно проговорила Лиз. — Он ведь мог просто вызвать «скорую»…
— И упустить возможность затащить меня к себе, когда я была не в состоянии сопротивляться? — насмешливо хмыкнула Макси. — Никогда в жизни. Я знаю, как он действует. Ход его мыслей мне предельно ясен.
— Значит, у тебя с ним гораздо больше общего, чем ты готова признать, — отозвалась Лиз.
Два дня спустя Макси побывала в коттедже. Не переставая ворчать, таксист медленно вел машину по ухабистой сельской дороге. При свете солнца дом показался ей ветхим, но он был расположен в очень живописном месте. В двух шагах от крыльца журчал ручей, кроны деревьев давали прохладную тень. Ее банковский счет больше не пустовал — Макси распродала добрую половину своего гардероба. Безо всякого сожаления она рассталась с дорогими нарядами от известных дизайнеров, купленными по настоянию Лиланда.
После детального осмотра нового жилища энтузиазма у Макси отнюдь не убавилось. Ну и что с того, что везде грязь и пыль, пахнет затхлостью, а стены явно нужно покрасить? Ее просто очаровал уютный камин в небольшой передней и совсем не шокировал вид крошечной раковины и ужасной ванной. Хотя вся мебель давно износилась, здесь все же было несколько довольно сносных предметов времен короля Эдварда, а также китайских фарфоровых ваз. Макси уже успела купить новую кровать, которую должны были привезти на следующий день.
