— Хоть Бог и не услышал моих молитв, но мы все-таки живы, — проворчал Ангелос, протягивая руку, чтобы выключить двигатель.
— Вы, конечно, сейчас поднимете шум и станете кричать, что женщины никудышные водители, — прошипела Макси, отпуская наконец руль.
— Что вы, я бы не посмел. Памятуя о том, как мне везет с вами, я лучше выйду из машины и утоплюсь.
— В ручье не больше трех футов глубины!
— Ну спасибо, успокоили. — Широко распахнув дверцу, он неловко выбрался на глинистый берег, затем с необычайной силой вытянул ее за собой.
— Сожалею… Я перепугалась, когда увидела воду.
— Это всего лишь большая лужа. Что же будет, если вы увидите море?
Не желая больше обсуждать свою досадную оплошность, Макси порылась в сумке в поисках ключа. Наконец она отперла обшарпанную дверь и зажгла свет.
Ангелос наклонил растрепанную голову и вошел в полупустую гостиную, посредине которой стоял двухместный диван с жесткой спинкой. Следовало признать, что, когда в камине не горел огонь, комната выглядела довольно угрюмо. К тому же было бы неплохо провести небольшой ремонт.
— Наверху немного уютнее. Можете пока прилечь на мою кровать.
— Просто ушам своим не верю. Где тут у вас телефон?
— Его нет, — нахмурилась Макси.
Взмахнув слипшимися от дождя черными ресницами, он удивленно уставился на нее.
— Вы что, шутите? У вас же наверняка есть сотовый!
— Похоже, он выпал во время драки. — Недовольно пробормотав что-то по-гречески, Ангелос стал подниматься по узкой лестнице. Он немного пошатывался, и это сильно встревожило Макси.
— По-моему, вам необходимо обратиться к врачу.
— Чепуха… Полежу немного, и все пройдет.
— Осторожно голову! — воскликнула Макси, но было поздно: он с размаху ударился о перемычку над дверью спальни.
— Только не это, — хором простонали оба, и Макси протянула руки, чтобы поддержать Ангелоса, который пошатнулся, ступив на крохотную площадку. Она поспешно проводила его в спальню.
— На полу лужи, — заметил Ангелос.
— Глупости, — отозвалась Макси, и в тот же миг откуда-то сверху ей на нос упала большая капля. Удивленно подняв глаза, она взглянула на сводчатую крышу: в нескольких местах на балках висели капли, а на паркет и вправду натекли лужи. — Похоже, я попал в лесной шалаш, — заключил Ангелос.
С уст Макси сорвалось не слишком вежливое слово, она бросилась к кровати. К счастью, постель оказалась сухой, но Макси все же отвернула на всякий случай матрас. Ангелос тяжело опустился на край кровати и стянул пиджак. Макси схватила его, с тревогой вглядываясь в затуманенные глаза Ангелоса.
— Зря я вас послушала: надо было отвезти вас в медпункт.
— У меня просто болит голова и небольшое головокружение. Только и всего, — самоуверенно подчеркнул он. — Перестаньте обращаться со мной как с младенцем.
Макси густо покраснела, когда он развязал галстук.
— Вы хотите снять одежду?
— Не ложиться же мне в мокром! — надменно ответил он.
— Тогда я пойду. Все равно ведь надо подставить что-нибудь, чтобы не текло на пол, — неловко пробормотала она в дверях.
От одной мысли, что он собирается раздеться, ее бросило в жар. Это все нервы, старательно убеждала себя Макси, направляясь вниз, просто на нее произвела впечатление эта ужасная стычка на улице. Кто и вправду насмерть перепугался, так это она, а Ангелос для этого слишком самоуверен и глуп.
Она взяла в ванной ведро и тряпку, но отложила их и развела в миске с водой антисептик. Ей просто необходимо было убедиться, насколько серьезно он ранен. Может, он на несколько секунд потерял сознание? Ведь он лежал там, на улице, с закрытыми глазами; эти невероятно длинные ресницы напоминали опахала из черного шелка. Господи, да что с ней такое, в самом деле? Она уже сама не знает, о чем думает…
Когда она вновь несмело вошла в спальню, Ангелос лежал, укрытый ее простынями в цветочек. Глаза как будто закрыты. Она нервно провела языком по нижней губе, жадно рассматривая его смуглые мускулистые плечи, черные завитки волос на выпуклых грудных мышцах, кожу с золотистым загаром, который был особенно заметен на фоне светлого белья…
Когда у человека сотрясение мозга, он не засыпает, подумала Макси. Шагнув к кровати, она коснулась его плеча и тут же отдернула руку, словно обожглась. Его поразительные темные глаза уставились на нее.
— У вас идет кровь, взгляните на подушку. — У Макси перехватило дыхание.
— Я куплю вам новую. Нет уж, ничего вы мне не купите. Лежите лучше спокойно, — дрожащим голосом попросила она. — Я должна осмотреть рану.
Трясущейся рукой Макси поднесла полотенце и отерла кровь. Она увидела неглубокий кровоточащий порез, и в тот же миг он поднял смуглую руку и сжал ее тонкое запястье.
— Вы дрожите как осиновый лист.
— Вас могли ударить ножом или еще чем-нибудь. Мне делается дурно, когда вспоминаю об этом. Я и сама могла бы разобраться с тем парнем.
— Не думаю… Его приятели были уже на подходе. И им ничего не стоило затащить вас в ближайший переулок и хорошо повеселиться.
— Все равно я не стану благодарить вас. Держались бы вы от меня подальше, ничего бы не случилось, — возразила Макси. — Осталась бы в гостинице до закрытия, а потом бармен подвез бы меня домой. Нам с ним по пути.
Отчитав его, Макси высвободила руку и пошла на кухню. Несколько минут спустя она вернулась в комнату с целой кучей различных мисок и тазиков. Когда все эти емкости заняли наконец свои места, в комнате послышалось мерное капание.
— Как вы себя чувствуете? — несмело спросила Макси.
— До неприличия богатым и избалованным. В нормальных домах вода бывает в ванне и в бассейне, — насмешливо ответил Ангелос. — Не могу поверить, что вы предпочитаете утонуть здесь, под этой крышей, похожей на решето, только не жить со мной.
— Придется поверить. Я ни с кем не хочу жить…
— Я же не настаиваю, чтобы вы жили у меня, — мягко возразил Ангелос, насмешливо скривив чувственные губы. — Мне нравится быть одному. Я бы купил вам дом и навещал вас время от времени.
Бледное лицо Макси вспыхнуло.
— Я не продаюсь… Единственный путь — это обручальное кольцо?
— Ангелос грубовато рассмеялся.
— Да, я понял намек. Весьма наивно, зато смело. Я могу быть одержим желанием обладать этим восхитительным телом, которое дрожит от вожделения, стоит мне приблизиться, — вкрадчиво приговаривал он, взяв ее за руку и потянув к себе прежде, чем она сумела сообразить, что происходит, — и готов удовлетворить любое желание, но не это. Думайте о том, что может сбыться, а не о том, чему не быть никогда.
— Если бы вы сегодня уже не получили по голове, я бы вам врезала! Яростно выпалила Макси. — Отпустите меня.
