— Если бы вы сегодня уже не получили по голове, я бы вам врезала! Яростно выпалила Макси. — Отпустите меня.
Ангелос разжал пальцы, продолжая нахально улыбаться.
— После разрыва с Лиландом вы перестали доверять людям, не так ли? Да-да, мне известно, что именно он выставил вас из больницы и позвал к себе Дженнифер. Вы снова оказались на улице, без друзей и без денег. Прекрасно понимаю, почему вы решили, что муж будет намного надежнее любовника. Но ведь я — не Лиланд…
Макси смотрела в его поразительные глаза. Постепенно ею овладевали страх и восхищение. Она чувствовала, как исходящая от него необузданная сила обволакивает ее и как с каждой минутой ей все труднее и труднее противиться этому магнетизму. Она пылала ненавистью к нему, и в то же время в ней горело желание, которому не было сил сопротивляться. Она сама ужаснулась тому, как сильно ее влекло к нему, как предательски чувствительна она оказалась к обаянию этого человека.
— Идите сюда… хватит бороться с собой, — позвал он. — Ведь ни один из нас от этого не выигрывает. Разве мы оба не страдаем? Я даю честное слово, что никогда в жизни не поступлю с вами так, как Лиланд.
— Чего вы добиваетесь?
— Пытаюсь убедить вас, что, доверившись мне, вы только сделаете себе лучше. И я даже не дотронулся до вас, — добавил Ангелос, словно ожидая похвалы за свое удивительное самообладание. Хуже всего было то, что ей хотелось, чтобы он прикоснулся к ней. Она смотрела на него полным замешательства и желания взглядом. Ангелос протянул руку, запустил длинные смуглые пальцы в ее струящиеся локоны и потянул ее к себе.
— Но ведь и этого вы тоже не хотите? — проникновенно спросил он.
— Нет. — (Он провел пальцами по ее дрожащей полной нижней губе, заставив вздрогнуть от этого обжигающего прикосновения.) — Но я не уступлю. Это влечение ничего не значит для меня, — настойчиво проговорила она. — Вам не затуманить мой разум…
— Какое суровое испытание… — Черные глаза горели колдовским огнем.
— Я вовсе не испытание, я — женщина, — запинаясь, проговорила Макси, отчаянно пытаясь высказать то, что было у нее на душе, но казалось, она уже не владела собой.
— Ничего себе женщина… так сопротивляться мне, — одобрительно проговорил Ангелос, и от этих слов сердце Макси застучало как сумасшедшее, а голова закружилась. — За такую стоит побороться. Если бы вы только могли забыть об этой несвоевременной мечте, чтобы начать все сначала…
— Но…
— Никаких «но», — Ангелос привстал и коснулся губами ее полураскрытых губ, — я нужен вам.
— Нет, — взволнованно прошептала она.
— Да. — Его язык, словно змеиное жало, проник внутрь ее рта. Ангелос рванул ее к себе с такой силой, что она едва не упала на него. Потом он опрокинул ее и заключил в объятия.
— Нет! — воскликнула она вновь. Рука, прикрывавшая полную, набухшую грудь, замерла. Ее сосок превратился в плотный, напряженный бутон, жаждущий его ласк, она уронила голову на подушку, отчаянно пытаясь совладать с собой. Макси смотрела ему в лицо. Блестящие глаза, красивый нос, безжалостная линия рта. И сокрушительная волна желания, вместо того чтобы успокоиться, лишь захлестнула ее с новой силой.
— Нет? — лениво осведомился он.
Она придвинулась, как бабочка к пламени свечи, не в силах противостоять его мужественной силе. Она была уже неспособна ни о чем думать. Он понял, что это победа, и с жестокой улыбкой впился в ее губы. Макси вспыхнула, словно падающая звезда…
Он слегка отодвинулся, все ее нервы были натянуты как струна, тело содрогалось от сладкого предвкушения, его рука проникла ей под футболку, обхватив обнаженную грудь. Застонав, Макси вздрогнула, непреодолимое желание пронзило ее, когда Ангелос коснулся пальцами нежных сосков, а затем приник к ним губами. На протяжении бесконечно долгих минут Макси извивалась, задыхаясь в его объятиях, вцепившись в него, хватая его за волосы, беспомощно приподнимая затянутые в джинсы бедра.
Вдруг Ангелос напряженно замер и, нахмурившись, вскинул голову.
— Что это? — спросил он.
Что? — беспомощно пробормотала она.
— Кто-то колотит в дверь.
Взглянув на свою бесстыдно обнаженную грудь, Макси так и ахнула. Увлажненные его поцелуями соски выглядели еще более развратно. Застонав от ужаса, Макси скатилась с кровати, ноги ее дрожали.
— Негодяй! — выкрикнула она, натягивая футболку, и бросилась вниз по лестнице.
Она распахнула дверь. Ее ближайший сосед, Патрик Девенсон, совсем недавно приходивший познакомиться, стоял на пороге.
— Вы знаете, что около вашего дома прямо на берегу ручья стоит «феррари»?
Все еще дрожа от мысли, что ей чудом удалось спастись, Макси тупо кивнула, словно деревянная кукла. Светловолосый ветеринар хмуро взирал на нее.
— Я ехал домой и увидел в темноте эту странную штуковину. Поскольку вы здесь живете одна, я подумал, что лучше будет зайти проверить. У вас все в порядке?
— Водитель лежит наверху, — наконец выговорила она.
— Может, мне на него взглянуть?
— Нет-нет.
— Хотите, чтобы я позвонил врачу?
Макси заметила сотовый телефон у него за поясом.
— Я была бы очень признательна, если бы вы позволили мне позвонить. — Конечно… — Патрик подал ей телефон. — Ничего, если я зайду укрыться от дождя?
— Разумеется, простите.
На негнущихся ногах Макси поднялась по лестнице и бросила телефон рядом с Ангелосом.
— Вызывайте машину, а не то я вышвырну вас прямо под дождь!
Его удивительно красивое лицо застыло, лишенное всякого выражения, однако в глубине блестящих глаз сверкнул огонь. Набрав номер, он отрывисто дал несколько указаний по-гречески, затем рывком поднялся с постели. Его слегка пошатывало. Но это произвело на Макси гораздо меньшее впечатление, чем вид совершенно обнаженного и явно возбужденного мужчины. Густо покраснев, она отвела глаза и поспешила вниз.
— Спасибо, — поблагодарила она Патрика.
Он немного выпил, да? Разве можно так обращаться с такой машиной — заметил сосед с обычной мужской самоуверенностью, неспешно направляясь к дверям. — Это ваш дружок?
— Нет, вовсе нет.
— Тогда пообедаем завтра?
Привычный отказ застыл на губах Макси, она заколебалась.
— Почему бы нет? — ответила она, минуту поразмыслив.
Она была совершенно уверена, что Ангелос слышит каждое слово.
— Отлично! — с нескрываемой радостью воскликнул Патрик. — В восемь подойдет?
— Замечательно.
Глядя, как он весело садится в свою машину, Макси подумала: какой он простой, открытый человек по сравнению с Ангелосом, вечно манипулирующим окружающими людьми. Тот даже по прямой дороге умудрился бы пройти зигзагом. Как же она ненавидела Ангелоса! Он был ненавистен ей за то, что снова и снова демонстрировал, как она может быть глупа и беспомощна. Ненавидела его за холодный ум, за это красноречие, способное неприемлемое превратить в соблазн, и за этот неуемный темперамент, с которым он набрасывался на нее, когда она была больше всего уязвима. Пять минут спустя Ангелос вошел в гостиную, уже одетый. Он весь дрожал от ярости, глаза сверкали, чувственные губы были нервно сжаты. Атмосфера и без того уже была накалена до предела, а его гнев грозил взрывом.
