– Кроме того, ты пытаешься совратить его горничную, – ухмыльнулся Джеймс. – Тебе это с рук не сойдет.
Уилл не смог сдержать улыбку:
– Ты такой осел!
– Просто забавно наблюдать, как ситуация изменилась на прямо противоположную, и теперь ты корчишься в муках из-за женщины.
– Я не корчусь, черт возьми, – пробормотал Уилл.
Но не стоит отрицать, что он использует Кэт, чтобы сделать назло отцу. Да, он хочет Кэт и всегда хотел, но если это раздражает старика, тем лучше.
Он отчасти чувствовал себя виноватым в том, что не уважает отца. Но и отец никого не уважал. И в тот момент, когда четыре года назад отец предъявил ультиматум, Уилл поклялся вернуть все, что заслужил. И не важно, будет ли это ценой хороших отношений с отцом.
Рейф, старший брат Беллы, и его беременная жена Эмили пересекли комнату, направляясь к Уиллу и Джеймсу. После своего отречения Рейф и Эмили жили в Ки-Уэст, но вернулись, чтобы быть с семьей в это трудное время.
– Как любезно со стороны Патрика пригласить нас на ужин, – заметил Рейф, обнимая жену за талию. – Потеря Изабеллы – невосполнимая утрата. Она была настоящим борцом, и Альма благодаря ей стала лучшим местом для жизни.
– Она была очень упряма и боролась до конца, – вставила Эмили с улыбкой. – Но мы сумеем вынести все тяжести, потому что Монторо – люди стойкие.
Уилл посчитал, что сейчас не время и не место, чтобы говорить об отречении Рейфа, отказавшегося от трона еще до коронации.
– Прошу прощения, но нужно спасать жену от моего отца, – сказал Джеймс.
Рейф и Эмили заговорили о похоронах, о том, сколько людей пришло и как поддержал их народ во время траура. Но Уилл почти не слушал. Кэт однажды глянула в его сторону, и сердце подпрыгнуло, а тело мгновенно отозвалось. Она не улыбалась. Просто взглянула на него темными глазами, словно прочитала мысли.
Между ними словно молния пронеслась, и весь остальной мир исчез. Не существовало никого, кроме Кэт, и он твердо уверился, что она согласится на его предложение.
Ноги просто вопили от усталости. Как, впрочем, и спина. Монторо задержались дольше, чем она ожидала, и Каталине пришлось оставаться еще час после ухода гостей.
Конечно, четырнадцатичасовой рабочий день принесет неплохие деньги. Но сейчас Каталина была способна думать только о постели, куда надеялась упасть, как только доберется до дому. Она боялась, что сил не будет даже раздеться.
Почти плача, она брела к машине, припаркованной довольно далеко, рядом со стоявшим отдельно гаражом, где Патрик держал спортивные машины, которые водил только в особых случаях. Как только она подошла к машине, вспыхнули лавовые лампы. Она немедленно увидела Уилла, сидевшего на декоративной скамеечке у стенки гаража. Каталина остановилась и невольно улыбнулась:
– Прячешься?
– Жду.
Он встал и шагнул к ней:
– Понимаю, что ты устала. Но хотел кое о чем спросить.
Каталина скрестила руки на груди и уставилась на него.
– Ты мог позвонить или написать сообщение.
– Мог бы, – слегка кивнул он. – Но ты слишком легко говоришь «нет». Я подумал, что если будешь смотреть мне в глаза…
– Не смогу тебе отказать? – рассмеялась она.
Пусть усталость одолела ее и туманила голову, но в этом властном человеке было что-то такое очаровательное, перед чем невозможно устоять… и одновременно нечто расчетливое. Он специально ждал ее, чтобы застать в момент слабости. Должно быть, действительно хотел чего-то важного.
– Я надеялся.
Он заправил прядь волос ей за ухо и осторожно провел кончиками пальцев по щеке:
– Хочу отвезти тебя куда-нибудь завтра днем. Только мы, на моей яхте, проведем целый день вместе.
Каталина жаждала согласиться, забыть все причины, по которым они никак не должны быть вместе. Она хотела, чтобы там, где дело касалось Уилла Роулинга, голова и сердце были в ладу. У нее свои цели, работа, которую она должна сохранить, чтобы достичь этих целей… и все же так хотелось согласиться! Исполнить его желания, пусть это всего лишь на одну ночь.
– У меня даже есть прекрасное местечко для купания, – добавил он, кладя руки на ее плечи и массируя сведенные мышцы. – Клянусь, что буду идеальным джентльменом.
– Идеальным? – невольно рассмеялась Каталина. – В таком случае почему тебе не терпится поехать?
– Может быть, я считаю, что кто-то должен хоть раз в жизни сделать для тебя что-то приятное.
Его руки застыли. Он взглянул ей в глаза, и она поняла, что он вовсе не шутит.
– И может, тебе пора увидеть, что я изменился, – добавил Уилл.
Ее сердце куда-то покатилось.
– Я так устала, Уилл. И точно уверена, что просплю следующие два дня.
– Тебе не придется ничего делать, – пообещал он. – Я привезу еду. Тебе остается только надеть купальник. Даю слово, это будет день полной релаксации, и я стану исполнять все твои желания.
– Уилл, твой отец… – вздохнула Каталина.
– Он не приглашен.
Она снова рассмеялась:
– Я серьезно.
– Я тоже.
Уилл прижал ее к двери машины и так пристально уставился, что Каталина поняла: она ведет бесплодную битву и уже проиграла.
– Все это не имеет ничего общего с моим отцом, твоей работой и нашими спорами. Я хочу провести с тобой время, Кэт. Я наконец понял, что для меня важнее всего. И больше не отпущу тебя. Не отпущу без борьбы.
– Именно это меня и пугает, – призналась она шепотом.
– Тебе нечего бояться.
– Сказал большой страшный волк.
Уилл улыбнулся, опустил руку и отступил.
– Я не стану давить на тебя, Кэт. Я хочу провести время с тобой, но, если ты не готова, пойму и не буду настаивать.
Этот человек настолько убедителен, и его способ убеждать безупречен. Уилл – мастер заставлять людей принять его точку зрения, сделать все, чтобы получить желаемое.
И что бы ни пытался твердить ей здравый смысл, Каталина не собиралась вступать в битву, выиграть которую не имела ни малейшего шанса.
– Я поеду, – выпалила она.
Улыбка, разлившаяся по его лицу, была почти не видна в полумраке, но Каталина слишком хорошо знала, какой прекрасной и чувственной может она быть.
– Я заеду за тобой в полдень, – предупредил он. – А теперь поезжай домой. Я поеду следом, чтобы убедиться, что ты благополучно приехала. Уж очень ты устала.
– Это не обязательно.
Уилл пожал плечами:
– Может, и нет, но я не шутил, когда сказал, что кто-то должен позаботиться о тебе. Побаловать немного. Я не войду. Только провожу тебя и поеду домой.
– Я живу далеко от твоего дома, – возразила она.
– Мы могли бы уже быть на полпути к твоей квартире, если бы не спорили. – Он нажал на ручку двери. – Садись, перестань возражать, и сэкономим время. Ты ведь знаешь, все равно в конце концов я всегда выигрываю.
