Дрисколл ответил натянутой улыбкой. Снял и снова надел свою шляпу.
– Как угодно. Могу посмотреть каталог в другой раз. – И вышел из магазина.
Большой Джим покачал головой.
– Дрисколл – вполне приличный человек. И с какой стати он держит у себя этого прощелыгу? – Он погладил Бет по плечу. – Возьми конфетку, малышка. Только не говори Келли.
«Приличный он человек или нет, – подумал Джейс, – но есть в этом Дрисколле нечто такое, что мне совсем не нравится. И Бет чувствует то же самое». Это было заметно по ее лицу в тот момент, когда банкир с ней поздоровался.
– Ну что, закрываем, Большой Джим? Саутгейт потер подбородок.
– Честно говоря, я бы сейчас не отказался от хорошего виски. Может, зайдем в «Эльдорадо», выпьем по стаканчику? Что скажешь?
Да, это было бы совсем неплохо. Может, снимет боль в ребрах. Только нельзя, чтобы Большой Джим заметил, как ему этого хочется.
– Ну, если только по одному стаканчику… А как же Бет?
– Она может остаться здесь с Билли Ди. Заберем ее на обратном пути.
Бет надула губы.
– А что мне делать, пока вас не будет? Джейс нагнулся к ней.
– Посмотри сюда, Принцесса. Видишь эту кипу носовых платков? Ты можешь сложить их аккуратно и красиво?
Бет с готовностью закивала. Джейс встал и подошел к Саутгейту.
– Я готов, сэр.
Большой Джим окинул недовольным взглядом его клетчатый костюм и покачал головой.
– Надо что-то сделать с твоей одеждой, и поскорее. Слишком у тебя вид… восточный. Завтра подберешь себе костюм со склада. Ну и все остальное, что понадобится. А пока примерь-ка шляпу.
В черной фетровой шляпе с широкими полями, чуть примятыми и искусно изогнутыми, Джейс сразу почувствовал себя лучше.
Они вышли из магазина на яркое предзакатное солнце.
– Я вам возмещу стоимость одежды, Большой Джим.
– Еще чего не хватало!
Ну, нет! Раньше Джейс и не задумывался о подобных тонкостях. Но теперь ощущал потребность отработать, а точнее, заработать все, что получит от Большого Джима, И будь он проклят, если этого не сделает!
– Я на этом настаиваю, сэр.
– Будешь делать, как я скажу, – и точка! – загремел Большой Джим.
Не то чтобы он по-настоящему рассердился. Просто привык к безоговорочному подчинению во всем. Джейс остановился посредине улицы.
– Вы все еще хотите, чтобы я вел ваши дела, Большой Джим?
– Конечно. А почему бы нет?
– В таком случае я прослежу за тем, чтобы магазин получил возмещение стоимости моей одежды. Если же вы будете возражать, вам придется нанять себе другого бухгалтера.
– Какого дьявола!
Некоторое время они стояли нос к носу посреди улицы, испепеляя друг друга взглядами. Потом Саутгейт громко расхохотался:
– Вот что я тебе скажу, Джейс. Ты, парень, нарываешься.
– Все нормально, Большой Джим. Саутгейт сунул руку в карман сюртука.
– Думаю, тебе тоже захочется покурить за виски. Он вынул две толстые сигары, протянул одну Джейсу. Поколебавшись, Джейс взял сигару. Даже у Хорэса Перкинса могут быть свои маленькие слабости. Он достал из кармана спичку, зажег ее о подошву ботинка и глубоко затянулся.
– Хорошая сигара, Большой Джим.
Они двинулись дальше. Большой Джим шагал молча. Лоб его прорезала глубокая морщина.
– Я понятия не имею, кто ты такой, Джейс. Но только ты не тот человек, которого я ожидал увидеть.
Джейс почувствовал острый укол тревоги.
– Что вы имеете в виду, сэр? – запищал он фальцетом.
Саутгейт сухо рассмеялся:
– Это ты прибереги для Келли. Тот человек, которого когда-то знал Тимоти Купер… Видимо, война тебя так изменила, Джейс. И тем лучше.
Он с облегчением выдохнул. Теперь в присутствии Саутгейта можно будет отказаться от жеманных манер Хорэса Перкинса. Джейс понизил голос:
– Война всех нас изменила. Только полный идиот мог остаться таким же, каким был. – Он изо всех сил старался сдержать горечь при этих словах.
– А знаешь, я чертовски рад тому, что ты здесь, сынок.
Джейс с трудом проглотил комок в горле и споткнулся о камень на дороге.
«Сынок!..» Его никто еще так не называл. Ни разу за всю его распроклятую, несчастную жизнь.
Глава 7
– Не позволяйте Бет засиживаться слишком поздно, миссис Экленд.
Келли положила в повозку трость, подтянулась и, опершись на здоровую ногу, поднялась на место возницы.
Миссис Экленд, прикрыв глаза большой рукой со стертыми костяшками пальцев, прищурившись, смотрела на запад. Солнце стояло низко над горизонтом, почти касаясь горных вершин.
– Негоже вам ехать в такой час, мисс Келли. Солнце уже сядет, пока вы доберетесь до города. А возвращаться будете в полной темноте. – Она сокрушенно пощелкала языком. – И это в то время, как ваш отец уехал по делам в Денвер. Ох, как он рассердится, когда узнает, что вы разъезжали по городу одна, поздней ночью?
Келли раздраженно поджала губы.
– Ему не обязательно об этом знать. Миссис Экленд, ничего со мной не случится. И обратно я буду возвращаться не одна. Со мной поедет Уидди. Я просто хочу выяснить, почему он не вернулся домой к ужину, как обещал.
Экономка уперла руки в бока.
– Этот парень с каждым днем распускается все больше.
Келли поправила кожаные перчатки и взяла поводья.
– Не ждите нас. Ложитесь спать.
Келли была благодарна миссис Экленд за то, что та согласилась ночевать у них в доме и спать в комнате Сисси, пока отец находится в Денвере. Большой Джим на этом настоял – и приличия того требовали, – чтобы по городу не пошли сплетни о его дочери и управляющем. А когда Уидди не явился домой к ужину, Келли еще больше порадовалась тому, что экономка осталась с ними. Ну разве можно было бы оставить Бет и Сисси одних?
Келли очень тревожилась за брата. В Бостоне он никогда не вел себя настолько безответственно.
Ей не пришлось бы сейчас разыскивать Уидди, если бы мистер Перкинс не покидал их каждый вечер, с тех пор как Большой Джим уехал в Денвер. «Много работы», – говорил он, хотя Келли не понимала, кто может делать покупки так поздно вечером.
Надо отдать ему должное, за две недели работы в магазине Перкинс показал себя на редкость трудолюбивым и добросовестным человеком. Вставал на рассвете, быстро завтракал – и на коня. Задолго до того, как Большой Джим выезжал из дома. Обедал управляющий в городе, поэтому Большой Джим не закрывал магазин на обед. Вечерами мужчины являлись к ужину вместе, посмеиваясь и болтая о том, что произошло за день. Отец не мог нарадоваться своим новым служащим и управляющим. А вот Келли даже представить себе не могла Перкинса в этой роли.
Но вот уже три дня подряд, с тех пор как Большой Джим уехал, управляющий возвращался домой не раньше полуночи. Что происходит?..
