– Милорды, прошу меня извинить. Я должна вернуться к принцессе Джоанне. Завтра свадьба, и мне нужно еще многое сделать.
Когда она поднялась из-за стола, все мужчины тоже встали. Девушка пожелала им доброй ночи, а Линкс проводил ее к помосту. Джори никак не могла справиться с волнением – она словно на крыльях летела по залу.
– Ты произвела прекрасное впечатление на констебля, Минкс. Я очень тобой горжусь.
Голова Джори была так забита мыслями об Уорике, что она не до конца поняла слова брата. Светясь от счастья, она призналась:
– Не удивляйся, Линкс, если скоро ты получишь предложение насчет меня.
Он ухмыльнулся и бросил на нее взгляд с высоты своего роста.
– Ах ты, маленькая интриганка! Так ты убеждена, что вскружила де Боуну голову так, что он готов сделать тебе предложение?
– О Господи! Нет! Я вскружила голову Гаю де Бошану. – И, импульсивно чмокнув брата в щеку, она полетела дальше, не заметив потрясенного выражения, которое появилось на лице Линкса.
Джори подняла голову и взглянула на помост. Принцесса Джоанна отчаянно хохотала, сидя рядом со своим братом, принцем Эдуардом. Было ясно, что сын короля изрядно пьян, а его сестра тоже пребывает на пути к опьянению. Похоже, принцесса, хотя назавтра ее ждал трудный день, вовсе не собиралась покидать общество, а потому Джори решила убежать из зала в надежде провести несколько минут с Уориком.
Она выскочила за дверь, и сердце ее упало – никаких следов Гая де Бошана. «Я слишком долго медлила. Должно быть, терпение – не главное достоинство Уорика». Взгляд Джори метался по освещенной факелами прихожей, но там были лишь стражники и несколько слуг из замка. «Может быть, он вышел в сад?» Джори быстро пробежала по верхним покоям Виндзорского двора. Сердце ее билось надеждой и предвкушением.
Но в саду его тоже не было. На Джори нахлынуло разочарование. И вдруг он появился из-под ветвей ивы.
– Гай! Гай! – радостно закричала Джори, подхватила юбки и бросилась в его объятия.
Целую минуту он собственническим движением прижимал ее к себе, потом наклонился и проговорил:
– Еще слишком рано давать мне ответ, Джори. Ты обещала, что будешь думать долго и очень старательно.
– Ты вышел в сад, надеясь, что я тоже выйду. Разве не так? – игриво спросила она.
– Я уже знаю, насколько ты импульсивна, cheri. Если бы ты имела глупость подойти ко мне в зале, сразу начались бы сплетни, поэтому я вышел. И тут понял, что сад – единственное место, где мы могли бы уединиться и спрятаться от чужих глаз.
– Гай, я хочу, чтобы ты открыто добивался моей руки.
– Это невозможно, пока я не получу разрешения от твоего опекуна Джона де Варенна и брата Линкса.
Джори нащупала герб на бархатном камзоле Гая.
– «Только по праву…» Ты живешь в соответствии с девизом Уориков?
– Пытаюсь. У меня не всегда получается, моя сладкая.
– На самом деле я думала довольно долго. Но, размышляй я об этом хоть до конца жизни, ответ будет таким же. Я всем сердцем хочу стать твоей женой, Гай де Бошан. – Джори отбросила волосы с плеча. – Я твердо решила. Ты сделаешь мне предложение? – И мысленно взмолилась: «Сделай же его скорее».
Гай взял ее за подбородок, приподнял его и улыбнулся:
– Такая капризная… Нетерпеливая… Да, Джори, да. Я сделаю твоим родным предложение. – И он подкрепил обещание нежным поцелуем.
– Я сегодня хлебнул лишнего, Линкс. – Джон де Варенн схватился за дверной косяк своей комнаты, чтобы сохранить равновесие. – Нельзя с этим подождать?
– Нет. Ждать нельзя. Я узнал кое-что весьма неприятное. Нам скоро будет сделано насчет Джори абсолютно неприемлемое предложение. – Линкс плотно прикрыл дверь и проводил Джона к креслу перед очагом.
Граф нахмурился.
– Ты заблуждаешься. В предложении, полученном нами от де Боунов, нет ничего неприемлемого. Уверяю тебя, констебль – очень достойный человек, и я полагаю, что сумею выговорить для Джори очень выгодные условия.
– Я говорю не о предложении де Боунов, сэр, – резко отвечал Линкс.
– Поведение и реакция Джори тоже не должны тебя беспокоить. Сегодня вечером она была просто очаровательна. Я почти уверен, ее легко будет уговорить на этот брак.
Линкс де Варенн принялся терпеливо объяснять:
– Что касается Джори, то я уже привык, что с ней никогда нельзя быть ни в чем уверенным. Эта маленькая негодница заявила мне сегодня вечером, что мы можем ожидать предложения от Гая де Бошана.
– Уорика? – Джон де Варенн мгновенно протрезвел.
– Это недопустимо. Не о чем даже говорить! Джори не может быть женой Уорика! – воскликнул Линкс.
– Полностью с тобой согласен. От его репутации по части женщин содрогается само небо!
Линкс запустил пальцы в свою густую гриву.
– Когда он явится со своим предложением, мы должны быть готовы. Надо придумать убедительную причину, которая не покажется оскорбительной благородному графу.
– Это справедливо. Ни в коем случае нельзя наносить обиду такому могучему союзнику. Господь всемогущий! Нельзя, чтобы Уорик стал нашим врагом! Когда он к нам явится, следует обращаться с ним со всем возможным почтением. Выслушаем его и дадим понять, что вполне сознаем, какую честь он оказывает дому Варенное.
– Это действительно была бы большая честь, если бы ставкой не оказалось счастье моей младшей сестры. Союз с таким высокочтимым родом, как Бошаны, весьма выгоден для любого благородного семейства.
– Замок Уорик – великолепная крепость, а Фламстед, доставшийся ему от брака с Элис де Тони, имеет самые богатые пастбища во всем Хартфордшире. Большинство знатных семейств многое отдали бы за возможность породниться с де Бошаном.
– Вероятно, он сначала обратится к тебе, ведь именно ты опекун Джори.
– Если это произойдет, я дам ему понять, что прежде мне необходимо проконсультироваться с тобой в столь важном деле, как брак твоей младшей сестры.
– Правильно. Это даст нам время. Может быть, следует сразу дать ему понять, что мы получили другое предложение?
– Однако если он узнает, что Херефорда мы предпочли Уорику, то между графами может возникнуть вражда.
– Так или иначе, он все равно об этом узнает. В этом деле нам просто следует вести себя крайне дипломатично. Я все обдумаю. Надеюсь, он обратится к нам еще не завтра.
– Да… непростое дело. Я давно заметил, что свадьбы – дело заразное. Похоже, королевская свадьба заставила мужчин забыть естественное нежелание отягощать себя женой.
Темные волосы Джоанны блестящей волной спускались ей до талии. Джори покрыла их золотой сетчатой вуалью, затем надела на голову принцессы украшенную бриллиантами и сапфирами корону, чтобы прозрачная ткань держалась на месте. «Когда я буду выходить замуж за Гая, то пусть весь свет знает, как страстно я хочу стать его женой!»
