Джори увидела брата и подошла к нему, чтобы поздороваться.
– Доброе утро, Линкс. Из-за роста и рыжих волос тебя легко найти в любой толпе. О, Сильвия, здравствуй.
Невестка Джори, одетая в коричневато-оливковый костюм, ревниво оглядела наряд Джори:
– Для охоты ты оделась очень непрактично. Линкс весело подмигнул сестре.
– Это зависит от того, какую добычу она намерена заполучить.
Джори благодарно улыбнулась брату. В этот момент она с удовольствием заметила, что к нему присоединился Гай де Бошан.
– Леди де Варенн… – Гай галантно поклонился Сильвии и обратился к Линксу: – Тебя окружают прекрасные женщины. Как это такой страшила, как ты, умудрился собрать подобный цветник?
Де Варенн ухмыльнулся:
– Это моя сестра, леди Марджори. Позволь представить тебе графа Уорика.
– Тот самый злодей Уорик? – воскликнула Джори. – Я уже знакома с вами по слухам.
Линкс бросил на нее остерегающий взгляд.
– Леди Марджори очень невоздержанна на язык и обожает устраивать неразбериху. Прошу тебя, Уорик, извини мою младшую сестру.
– А я прошу извинить нас обоих. Я с удовольствием освобожу тебя от необходимости извиняться. – Он протянул Джори руку. – Позвольте, миледи, помочь вам выбрать сокола.
Джори улыбнулась ему сияющей улыбкой и вложила руку в его ладонь.
– Только одна вещь, милорд, доставила бы мне еще большее удовольствие.
У себя за спиной Джори услышала голос Сильвии:
– Она неисправима.
– Слава Богу, если так, – пробормотал Уорик, направляясь к более свободному уголку двора. Остановившись, Гай окинул Джори голодным взглядом, словно собирался ее проглотить. – Ты – настоящее празднество очам. – И он протянул сжатую в кулак руку.
Джори по одному стала разгибать его длинные, прекрасной формы пальцы и увидела, что там спряталась белая розочка. Девушка с удовольствием подумала, что таким образом он сравнивает ее с этим нежным цветком. Она взяла розу и собиралась вставить ее себе в волосы, но вдруг заметила, что среди лепестков скрывается небольшая брошь. Радостно вскрикнув, Джори разглядела, что она представляет собой вырезанную из оникса фигурку волкодава с янтарными глазами.
– Это же Брут! – воскликнула Джори и тут же попыталась приколоть брошь к костюму.
Гай усмехнулся:
– Позволь мне. Ты уверена, что хочешь показать ее всем? Ведь это все равно, что носить мой герб.
– В этом вся прелесть. Мне льстит, что могущественный граф Уорик добивается моего расположения. Я хочу прокричать об этом на весь мир.
Он сунул руку в декольте ее платья для верховой езды и при этом задел обнаженную плоть над сердцем. Когда брошка была надежно пристегнута, глаза их встретились. Джори чуть задрожала от этого интимного прикосновения.
– Это твоя лошадь? – Уорик взял из рук грума поводья небольшой чалой кобылы. – Тебе больше подошла бы изящная белая лошадь.
– Разумеется, больше. Однако принцесса Джоанна сама ездит на белой лошади, а она предпочитает, чтобы ее дамы скакали на менее элегантных животных.
– Джоанна унаследовала от матери темные глаза и волосы, но, по слухам, бешеный нрав ей достался именно от Плантагенетов.
Джори рассмеялась.
– Слухи не лгут.
– Слухи вообще редко лгут. Пошли, я подберу тебе сокола. – Он осмотрел небольших птиц, пригодных для маленькой женской руки. – Хочешь кречета?
– Не очень. Я бы предпочла пустельгу.
Гай с удивлением взглянул на девушку.
– Почему пустельгу, а не кречета?
Джори отвечала, понизив голос:
– Кречет охотится на певчих птиц и невинных воробушков, которые разлетаются от него в ужасе. Пустельга же падает вниз и хватает грызунов. Так что я со спокойной совестью могу вознаградить свою птицу и позволить ей съесть то, что она поймала.
– Вот и еще одна тайна раскрыта. Тяжело же тебе придется в этом жестоком мире, моя красавица.
– Я ведь и у тебя нашла скрытую от других слабость. – Джори дотронулась до розы, которую он ей подарил. – Под этим темным фасадом грозной властности прячется романтичное сердце. – И она улыбнулась, глядя рыцарю прямо в глаза. – Но я не выдам твою тайну.
– Какое-какое сердце? – хохотнул де Бошан, подхватил ее за талию, высоко поднял и опустил в седло. Эта несокрушимая, жесткая сила заставила затрепетать ее сердце.
Уорик выбрал кречета-самку, снял с жердочки и посадил его на перчатку Джори.
– Вот твой ужасный хищник.
Джори бросила на де Бошана игривый взгляд.
– Почему ты решил, что я сумею управиться сразу с двумя хищниками?
– Держу пари, ты из тех женщин, кто способен на многое.
– Уорик! – прокричал король. – Иди к нам.
– Эдуард охотится с тетеревятником, – пояснил Гай, пока они приближались к королю и его свите. – Сам я возьму сокола. Соколы лучше всех. Сапсан всегда настигает цель и убивает быстро.
Принцесса Джоанна бросила на подругу лукавый взгляд и закатила глаза. Джори сделала невинную мину и стала играть с путами кречета, но принцесса подозвала ее к себе и представила Гилберту де Клэру.
– Полагаю, милорд боится, что теперь, когда дамы так преуспели в соколиной охоте, она стала слишком изнеженным и легкомысленным занятием, – с усмешкой проговорила принцесса.
Джори улыбнулась Гилберту.
– Сомневаюсь, что граф Глостер способен чего-либо бояться. Милорд, мы отличаемся такими успехами в соколиной охоте потому, что у нас маленькие руки и нам легче управляться с путами на лапах птиц.
Глостер сокрушенно взглянул на свои огромные кисти и ответил на улыбку Джори:
– Думаю, вы правы, леди Марджори.
Джори видела, как Уорик подал сигнал груму, который держал его черного жеребца. Замерев от восхищения и широко распахнув глаза, она наблюдала, как граф взлетает в седло. На его перчатке сидел сапсан, но он без всякого усилия перебросил ногу через круп лошади, при этом ни одно перышко птицы даже не шелохнулось. Де Бошан двигался с волнующей гибкостью и чувственной грацией. Его глаза, такие же черные, как и волосы, смотрели не менее остро, чем глаза его сокола. Джори решила, что Гай де Бошан затмевает всех остальных мужчин, включая короля.
Эдуард Плантагенет, высоко подняв руку с ястребом, пришпорил своего огромного жеребца. Он всегда скакал и охотился на полной скорости, сам определял аллюр, а все остальные должны были его догонять. Его дочь приняла вызов. Глостер пустился следом.
Уорик придвинул свою лошадь ближе к Джори.
– Они будут охотиться в чистом поле. Мой сокол, привлеченный водоплавающими, полетит к реке. Если ты оставишь всех и заедешь в лес, я тебя легко отыщу.
Джори следила, как он поскакал галопом следом за другими охотниками, легко сокращая разрыв. Вот Гай привстал на стременах и отпустил сокола. Девушка улыбнулась понимающей улыбкой, когда сапсан сделал круг и устремился к реке.
