Читаем без скачивания Посланники - Игорь Зенин

ТРАГЕДИЯ

На следующий день, в субботу, в двенадцать часов, Игнат поджидал Анжелу. Он видел слежку, точнее, знал и чувствовал. Сама слежка была профессиональная, без дилетантов, поэтому обнаружить её было невозможно. Игнат стоял, не спуская глаз с каждого автобуса, с каждого маршрутного такси. Анжела всё не шла. Но скоре он заметил "режиссёра" - командира очередной психотропной бригады. За шесть лет они уже так надоели ему, опротивели до тошноты, что он старался на них не обращать внимания. Мимолётом проходили сексоты, задумчиво улыбаясь. Не обнаружив никакой реакции со стороны Воробьёва, стали злорадно скалить зубы. Чтобы эффект воздействия на подсознание был лучше, иногда проходила девушка сильно напоминающая внешностью Анжелу, рыская по толпе глазами. Через час ожидания в трёх метрах от Игната стал ходит мерзкий субъект, жирный и безобразный, одетый во всё белоснежное, включая носки, кроссовки и кепку, в черных очках, с огромными наушниками на ушах. Сексот, естественно, со злорадной ухмылкой скалил зубы. Предполагалось, что Воробьёв от безысходности и бессилия в бешенстве бросится на него с кулаками. И любой прикосновение будет хорошо видно на белоснежной одежде. С другой стороны, белая одежда этого стукача говорила о внутренней и внешней, почти медицинской, чистоте оперативных структур. Милиция стояла неподалёку на чеку... Двумя часами раньше, Анжела вышла из клиники, направляясь на остановку автобуса. Вдруг ей стало как-то не по себе. Она подняла глаза. Навстречу шла старушка, сверля её ненавистным, с укоризной, взглядом. Через пятьдесят метров навстречу прошли пожилые мужчина и женщина. Мужчина с безразличием разглядывал Анжелу, а женщина ему говорила: "Представляешь, он покупает ей квартиру, а она шляется с каким-то идиотом...". Через сто метров на траве около тротуара стояли два парня. Ошарашенная Анжела только в последний момент обратила внимание, что один из парней сильно похож на Игната, а второй - на Дениса. И когда она проходила мимо, якобы Игнат сказал якобы Денису: "Оттарабанил я её по первое число. Шалава она конченная"... Так продолжалось по всему пути следования... Не дойдя до остановки, Анжела пошла домой и напилась водки, чтобы к вечеру протрезветь и пойти на свидание с Евгением... Игнат, ожидая Анжелу, глянул на часы. Было пятнадцать минут второго. "Всё, она не придёт. Ничего исправить нельзя. Нет смысла ехать в Бердск, ведь я даже адреса её не знаю". А пока... Атомный подводный крейсер "Курск", опустившись на глубину шестьдесят метров, открыл люки торпедных отсеков, готовясь к боевому старту ракеты. За ним, на расстоянии пятисот метров, следили две субмарины, внимательно наблюдая за ним по показаниям приборов. Субмарины были наши, российские, выполняющие роль условного противника. Они должны были зарегистрировать место, время и глубину старта. По возможности, нужно было точно определить тип выпущенного объекта с подлодки противника. От их точной работы зависела оценка действий всего Северного флота. До старта ракеты оставалось тринадцать минут... Игнат пришёл домой, весь разбитый и подавленный. Ничего не хотелось. В глазах стояла Анжелка, одновременно ласково и грустно улыбаясь. Он упал на кровать, которая ещё хранила запах её тела, и лежал так минут тридцать. Мозг лихорадочно пытался найти какой-нибудь выход. Вдруг, как парное молоко, нахлынула дурманящая слабость, голову слегка закружило, выдувая из головы всевозможные собственные мысли, а тело провалилось в состояние нирваны... Игнат уже не раз сталкивался с этим состоянием. Кто-то подключил его к Планетарному Логосу, к Планетному банку информации... ...Из темноты, словно из тумана, выплыл лафет корабельного орудия. Его ствол медленно, с холодным безразличием, точно навёлся неведомой рукой на Игната. Выстрел. Но в следующий момент что-то происходит, и словно мячик от стены, снаряд обратно возвращается в орудие, расплавив его в лужу металла... Через десять дней Игнат увидел это орудие по телевизору, когда показывали Североморск, мимоходом показав местный памятник в виде корабельного орудия. Совпадало всё до мелочей, включая заклёпки... Атомный подводный крейсер "Курск" произвёл пуск ракеты... И здесь начинается настоящая фантастика. Если бы этого не произошло, то любой военный специалист сказал бы вам, что такого в принципе быть не может. Ракета должна выстрелиться сжатым воздухом, после этого срабатывают концевые блокираторы, включающие двигатель ракеты, которая должна находиться уже в воде, в нескольких метрах от подлодки. Просто так блокиратор не запустишь, даже молотком не включишь - нужно очень большое усилие, что бы сломать три кронштейна, расположенных равномерно по кругу в хвостовой части ракеты. Только после этого запускается двигатель первой ступени... По непонятным причинам ракета застряла в торпедном люке. Неизвестно почему, запустился двигатель, нагревая промежуточные люки отсека до бела. Сигнал блокировки подрыва боеголовки тоже не сработал... В командном отсеке крейсера на несколько минут воцарилась гробовая тишина... И тут раздался истошный крик командира вооружения: - Братцы, когда она рванёт, то сдетанирует весь боезаряд. Полундра! Все наверх! - Молчать!!! - это был голос капитана, - Заглушить реактор!!! Выпустить перископ! Включить подъём крейсера! Отставить панику! За невыполнение приказа расстрел на месте! В нашем распоряжении две минуты тридцать секунд! Включить хронометраж! Докладывать каждые десять секунд! Команда заработала, судорожно, со смертельной дрожью, нажимая на выключатели, включая тумблеры, наблюдая за показаниями приборов и сигнальных индикаторов. Секундомеры набатом стучали в каждой голове... Оставалась одна надежда - что не сработает заряд в этой треклятой ракете... Секундомеры набатом стучали в каждой голове... Вертолёты наблюдения не зарегистрировали выхода ракета из воды в положенное время. Не увидел этого и флагманский эсминец "Петр Первый". Секундомеры набатом стучали в каждой голове... Подлодки предполагаемого противника поднялись с грунта и с тихим ходом пошли к "Курску", который сообщил о неполадке на корабле, обещав дать полную информацию через три минуты... Секундомеры набатом стучали в каждой голове... Корабли поисково-спасательной службы натужно завыли сиренами... Секундомеры набатом стучали в каждой голове... Когда Баренцево море вздыбилось водяной горой, породив цунами высотой тридцать метров, у всех похолодело внутри... Норвежцы зарегистрировали толчок силой в три с половиной бала по шкале Рихтера. В Новосибирске в 1988 году было аналогичное землетрясение. Тогда во всём полуторамиллионном городе качались люстры, падали фужеры в сервантах. Люди выскакивали на улицу, кто с детьми, кто с золотом... Повторяю - во всём городе радиусом сорок километров качались люстры... А эпицентр был примерно за тысячу километров. Но сейчас вся энергия взрыва была сосредоточена в металлической трубе диаметром тридцать метров и длиной сто пятьдесят метров. Толщина стенки этой трубы из высокопрочной легированной стали - двадцать сантиметров... Все погибли мгновенно, за исключением трёх человек, находящихся в хвостовом отсеке... Не приходя в себя, они захлебнулись нахлынувшей водой... ...Две субмарины, с прожекторами, осторожно, на малом ходу, с двух сторон, подошли к "Курску". Развороченный нос не подавал признаков жизни. Вся подлодка парила выходящим из щелей развороченного корпуса пузырьками воздуха. Воздух сочился даже из-под сальников винтов... Никто не открывал аварийные люки... В следующее дежурство Анжелы Игнат позвонил ей. Голос был сухой и жестокий. Она просила его больше никогда не звонить, ничего не объясняя. Воробьёв понял, что девушку окончательно психологически перемололи. Такое было и раньше с другими девушками - безо всякой на то причины они не хотели видеть Игната, хотя он их не встречал и ничего не делал для такого шага с их стороны. Прежняя Анжела перестала существовать, она осталась только в памяти, рождая тепло в душе и манящую истому где-то внизу живота...