Читаем без скачивания Посланники - Игорь Зенин

17.09.00

P.S. Последние данные о гибели Курска расходятся с данными, опубликованными в книге. Но с другой стороны, Губернатор Курской области заикнулся, что он разберётся, что за такая экспериментальная ракета должна была стартовать. После этого его близко не допустили к перевыборам... Бывший депутат от ЛДПР, офицер спецназа, Логинов, заикнулся о сверхзасекреченном подразделении на борту "Курска". Через несколько дней якобы кавказцы дали ему по голове кирпичом в подъезде... Хотя до этого Логинов говорил более страшные речи в адрес сильных мира сего с точки зрения морали и этики...

Часть вторая.

Если на тело действует сила, то со стороны этого тела действует сила, равная по величине, и противоположная по направлению.

Курск школьной физики, 7 класс.

Рано или поздно, на планете или в иных слоях Шадаранкара, Человек получает то, что он заслужил, своими действиями. И никакие отговорки, лозунги, "задачи партии и современности", его не спасут. Высшим мирам не важно, кто сеет Смерть: бандит-террорист, или генерал, увешанный медалями.

НУЖНАЯ РАБОТА

Генерал Чикатало с довольной улыбкой на лице читал бумаги, свободно развалясь в своём удобном кресле. Такие бумаги всегда приятно читать: "Итоги проведения оперативной работы за прошедший месяц". Работа проведена успешно. Другими словами, всё шито-крыто. Значит, за свою шкуру можно не волноваться. А это всегда приятно осознавать. За отчётный период сотрудниками его управления была проведена большая и качественная работа. Три депутата, которые раньше считались неподкупными и радели о судьбах простых людей, "непонятно как" влюбились в проституток, залезли в долги, и стали добросовестно брать взятки, забыв о своих прежних обещаниях. Десять предпринимателей, считающие себя честными и порядочными людьми, платили зарплату своим сотрудникам в десять раз больше, чем в среднем по городу. Они говорили, что не могут грабить своих сотрудников. В итоге "непонятно как" трое из них спилось, двое "случайно" попали в автокатастрофы с тяжелейшими увечьями, еще двое "случайно" заболели сифилисом, хотя они сами клялись, что это невозможно, и ещё трое ушли в глубокую депрессию, вызванную изменами жён, причём один из них повесился. Кроме этого, четыре поэта в городе незаметно "повесилось", пять художников "спилось", и ещё десять "социально опасных типов" сами по себе, "спонтанно", стали наркоманами. Нет, действительно, приятно читать такие бумаги. В такие минуты чувствуешь свою власть, своё могущество, и повышение по службе с переводом в Москву. И ещё немаловажный факт: многие богатые и сильные мира сего в городе видят и знают о такой работе. А посему, до дрожи в ногах, боятся попасть в немилость к генералу Чикатало и его бойцам невидимого фронта. И ведь никакая прокуратура не поможет - нет состава преступления: люди сходят с ума сами, спиваются, вешаются, привязывая верёвки к крюкам, сами, по собственной воле. Поэтому знающие люди постоянно несут подарки: то небольшую пачку долларов, то путёвку во Францию для жены и дочки, то писцовую шубу для любовницы. В общем, жизнь прекрасна, когда всё происходит хорошо. От нахлынувших чувств Чикатало разлёгся в кресле. Теперь он почувствовал приятную усталость от проделанной работы. Хотелось расслабиться по-настоящему. Например, поохотиться. Ведь это настоящий отдых - самому стрелять в живое существо, наслаждаясь его предсмертными судорогами. Кстати, казахские коллеги звали в великие степи Кулунды на сайгака. Как говорится, сам Бог велел отдохнуть от проделанной работы. Эта мысль как-то незаметно залетела в голову генерала, оставив непонятное чувство леденящего покоя. Он провалился в океан новых непонятных ощущений и переживаний. Эти чувства были незнакомы, а потому и враждебны. Генерал давно привык: того, кого не понимаешь - считать врагом. Просто и удобно. Не надо голову ломать, тратить своё драгоценное время и не менее драгоценные силы. Поэтому, чтобы отогнать от себя ненужные ощущения, Чикатало решил заняться нужным делом. Он набрал домашний номер телефона. Трубку подняла жена. - Здравствуй, дорогая. Сынок дома? - Здравствуй. Да, дома. Ты на обед придёшь? - Чуть позже. Нужно сделать несколько звонков. Позови сына, я хочу с ним поговорить. Трубку взял сын. - Здравствуй, чекист. Как спалось? Я тебе приготовил подарок. Если будешь себя хорошо вести, то вечером получишь его. Слушай маму, делай всё, что она скажет. До вечера, сынок. После этого главный чекист области позвонил своим коллегам соседнего иностранного государства, расположенного на исконно русских землях, которые первыми осваивали казаки времён Ивана Грозного. Генерала это абсолютно не интересовало - плевать ему на русские земли, тем более, что приказа не было из златоглавой. А воспользоваться дарами этих земель он может всегда - стоит только набрать номер. На том конце подняли трубку. - Привет, Долмат. Как-то, мне помнится, ты обещал охоту на волков. Ну и как, ты держишь своё слово? Хорошо, верю. В эту пятницу, говоришь? Ладно, договорились. Буду. Насчёт горючего не волнуйся, это я беру на себя. Закуска - с тебя. Пока, до встречи. При упоминании горючего, то есть водки, генерал невольно вспомнил об одном инциденте, который произошёл несколько лет тому назад. Тогда в управление по своим удостоверениям зашли милиционеры, и проверили документы на спиртное в буфете управления ФСБ. Документов не оказалось. Это и понятно тогдашний хозяин управления со своей ближайшей свитой для своих сотрудников "фарцевал" водкой. Естественно, прибыль ложилась в карман генерала и свиты. После этого апломба пришлось ужесточить меры по усилению пропускного режима. А то сильно много развилось шпионов и врагов народа. Тяжело работать, когда не хватает секретности. Без секретности можно и в тюрьму загреметь. А в условиях секретности, наоборот, кого угодно можно за решётку спрятать. Чикатало молча посмотрел на телефоны спецсвязи, размышляя, можно ли их прослушать, несмотря на уверенные заявления связистов и специалистов контрразведки, что прослушка исключена. И опять неизвестная мысль незаметно залетела в голову генерала, оставив непонятное чувство леденящего покоя. Поёжившись, он подошёл к сейфу, и достал из него последнюю модель телевизионной приставки-игры, которую подарили ему сегодня "щедрые спонсоры" одной фирмы, торгующие компьютерами. Генерал забыл, что обещал сыну принести её вечером. Взяв игру, он пошёл обедать.

СТЕПЬ

Глухое одиночество висело среди заснеженных просторов Кулунды. Безликое время, свернувшись клубком, с щемящей тоской ждало прихода весны. Шальной ветер от безделья гонял мириады тонн снега по белым, окаменевшим барханам снежной степи. Степь смиренно, беззащитно, с полной безысходностью происходящего, ждала весны. Ледяное небо безучастно смотрело вниз. Оно знало о том, что произойдёт в ближайшее время... Но время, казалось, застыло, словно гигантская сосулька на горном утёсе. Среди безбрежной равнины царства снегов и ветра не спали, не зная покоя, два врага - сайгаки и волки. Вечная битва была всегда на равных - выживал сильнейший. Если сайгаки уходили от погони - умирали волки, если волчьи лапы были сильнее и выносливее - волки выживали... В эту зиму волкам везло больше, чем их жертвам. Снега было много, поэтому сайгаки тратили много сил на добычу прошлогодней травы, выкапывая её из-под снега. Многодневные переходы отнимали много сил. Волчья стая легко настигала обессиленное стадо и отсекала самых уставших и больных. И волков не становилось меньше. Правда, стадо было большим, если не сказать, огромным. Летние дожди, так редкие в давние времена, в последние годы шли часто и обильно, питая чахлую степную землю живительной влагой. Это были последствия парникового эффекта. Поэтому сайгаки, на сочной траве, за лето успевали набраться сил и вырастить здоровое потомство. Но зима равняла все шансы, сайгаки гибли в острых зубах серых хищников, и волков становилось тоже больше. В последние дни, февральские бури с влажным воздухом арктического циклона, вылизали снежные просторы степи, превратив их в крепкое ледяное поле. Битва шла на равных. За ночь стая вплотную подходила к стаду, но обессиленные волки не спешили нападать на сайгаков, поскольку в "оцеплении" ночевали самые сильные и крупные самцы, и удар их копыт был смертельным. А утром, когда обессиленная стая ложилась на спячку, сайгаки уходили далеко за горизонт, не позволяя преследовать себя во время дневного перехода. Так длилось третью неделю. Жажда жизни и собачий голод гнали тёмно-серых хищников вперёд, к стаду, по обледеневшему снегу, до крови рвавшему лапы и когти волков. Волчья судьба на этот раз не была благосклонна к голодным хищникам. Сайгаки были сильнее. Значит, они должны были выжить. Это было правильно, это было справедливо. Их копыта звонким гулом стучали по крепкому, как асфальт, насту. Они легко уходили от погони. Волчий вожак, стоя на высоком бархане снега, жадно нюхал воздух, который ещё хранил запах пота разгорячённых животных. Пять часов назад они здесь прошли всем табуном. Вожак, мудрый самец в полном расцвете сил и лет, не мог понять, почему они не могли догнать хотя бы одного сайгака. Такого не было никогда. Сайгаки были словно заговорённые. Никакие уловки не помогали. Волчья стая была на краю гибели. Старые члены стаи и годовалые щенки отстали на день перехода. Их вела следом за ядром стаи старая опытная волчица. Этому хвосту осталось жить дня два, от силы - три. Потом они уснут, прижавшись друг к другу, и уже не проснуться никогда. Вожак это понимал. Он оглянулся на сидевших поодаль боевых сотоварищей. Увидев это, они нехотя, превозмогая усталость и собачий голод, навострили уши. Это был последний шанс. Группа серых хищников молча поднялась с места и крупной рысцой пошла в тёмно-синие сумерки снежной степи. Если через сутки они не догонят стадо, то идущий по следу хвост ядра стаи не выживет... Стёртые до крови когти скользили по ледяному, колючему, как битое стекло, насту. И они догнали бы стадо, догнали бы... Но хмурые от природы, серые от рождения, четвероногие санитары не знали, что над сайгачьим стадом три дня назад на низкой высоте прошёл секретный вертолёт ФСБ... Перед этим, за два дня, были пойманы два десятка здоровых особей, взяты анализы, поставлены на животных радиомаяки. Пятерых сайгаков заразили тяжёлыми вирусами. Вертолёт кружил над испуганным стадом на низкой высоте до тех пор, пока не облучил излучением торсионного генератора всех до одного сайгаков. И сайгаки стали действительно заговорёнными... Точнее, облучёнными. Даже заражённые самцы бежали без устали, как здоровые...