В самом дальнем углу комнаты стоял, нет, скорее парил в воздухе рыжеволосый мужчина впечатляющих размеров — под два метра ростом, какая-то там сажень в плечах. Одет в тёмный балахон со слегка колышащимися, как от сквозняка, полами.
Видимо, это и был обладатель странного голоса. А я-то уже заопасалась, что то владелец ящика, в который я врезалась при входе, решил жестоко отомстить за причинённое ему нахальной девицей беспокойство, устроив нам дружный внеплановый разрыв сердца. Нельзя же так пугать! Мы женщины нервные, можем и молотком в ответку. Хотя… С такой толщиной стен впечатывание в саркофаг даже моей нехилой тушки для находящегося внутри вряд ли было заметно.
Я вынырнула из потока мысленных рассуждений и вновь взглянула на незнакомца. Ну и что за чудо природы мы имеем счастье лицезреть на сей раз? Привидение, дух, фантом?.. Призрак грядущего?
— Ну, почти угадала, — нет, здесь что, любая зараза может свободно копошиться в моей башке?! — Не свободно, а с трудом и доступны только очень громкие мысли. И не всякая — это чрезвычайно редкий дар.
Значит, я такая везучая — второй чрезвычайно одарённый за последние сорок минут на мою бедную голову!
Удивлённое хмыканье: — Интересно, кто первый?
— Да нет, интересно как раз-таки другое… Ты хто?! — ну вот, нахваталась от Морки.
На губах незнакомца расцвела предвкушающе-довольная улыбка, рот открылся для ответа… Но тут Морри наконец проявила себя во всей красе — а то я уж заждалась прям:
— Лилька, ёшкиндык! Ты с кем базаришь?! — Гм… Новое прозвище? А какое отношение сей вонючий цветок имеет к моей персоне? — Откуда эта дурная голосина???
Я говорила, что Морка страдает прогрессирующим косноязычием? Нет? Теперь говорю. Причём за последнее время прогрессирующее прогрессирует с невероятной скоростью.
— Вот за что тебя люблю, подруга, так за привычку задавать глупые вопросы в самый неподходящий момент. Глаза разуй! Вон с тем мужиком в весёленькой расцветки балахоне я базарю!
— Где?? Тут есть мужики?! — лихорадочно проверяя, в порядке ли причёска — как будто она может быть в порядке после получасового галопирования по кладбищу против ветра. Вот она, женская логика — Морри обеспокоил не источник речи, а само наличие мужчин в нашем обществе. Ну не устаю, блин, ей поражаться.
— Мор, прекрати издеваться! И перестань дёргать себя за волосы — их и так немного осталось. Тот колтун, что у тебя сейчас на голове, не то, что пальцами — отбойным молотком разодрать проблематично. Да, представь себе, тут есть мужики, как ты верно подметила. Один так точно. Или ты можешь причислить того бугая в обильных тряпочках к особям какого-нибудь другого пола?
Тут наконец и Теми решила принять участие в увлекательной беседе двух неуравновешенных и не совсем нормальных девиц:
— Деточка, правда, о каком мужчине идёт речь? Я здесь кроме нас троих больше никого не вижу. — И эта туда же!
— Вы точно издеваетесь. Девочки, да вон же он, ехидная морда, стоит себе тихенько в дальнем левом углу и радостно скалится!
«Девочки» переглянулись и дружно уставились в указанный угол, честно пытаясь что-то там такое разглядеть, но пялясь при этом почему-то незнакомцу прямо в область…хммм…ммм…ну это уже просто неприлично! Кажется, я начинаю краснеть. Я поспешно отвела глаза от…мгм…и тут же наткнулась на полный изумления взгляд объекта всеобщего внимания: — Ты что, видишь меня?
— Ну э-э… А что, нельзя? — возмущённо вскинувшись.
— Отчего же, можно. Приятно в кои-то веки пообщаться глядя собеседнику прямо в глаза и чувствуя ответный взгляд, а не наблюдать растерянное и бессмысленное рассматривание стен на предмет моего обнаружения. Но как ты это делаешь? Как ты смогла меня увидеть, садха? Что это? Сфера Истины? Лабиринт Теней?
— Зоркий Глаз, итическая сила! — весьма эмоционально прерываю процесс угадывания я. И… Как эта образина меня назвала?!
Парень задумчиво потёр подбородок: — Надо же. Не слышал. Что-то из области применения вирмовского зрения?
— Что-то из области категорического отрицания откровенного маразма! — Он издевается?
— Нет пока. А почему ты так решила? — в задумчивом взгляде проскакивает искорка интереса.
Тем временем мои спутницы продолжали целеустремлённо искать источник странного голоса, уже чуть ли не носом перепахивая каждый сантиметр склепа и явно не прислушиваясь к нашему диалогу.
— А почему это я не должна тебя видеть, парень? Это неприлично? — по-моему, с наезжающе-хамскими нотками всё-таки чуток переборщила.
— Это невозможно, пока я сам не решу стать видимым. Ну или почти невозможно. Ты первая, кто смог проделать подобное за последние пятьсот вескон.
И чего это я в последнее время стала такой регулярно-исключительной? Прямо настораживающая тенденция.
— Нету здесь никого, — прервал мои размышления обиженно-удивлённый голос любимой подруги. Как же, обидели ребёнка, спрятали говорящего дяденьку от алчущего девичьего взора.
Обе спутницы стояли теперь у меня за спиной. Видимо, поиски подошли к концу. Точнее, прекратились за безрезультатностью.
— Но ведь кто-то же говорит, — резонно возразила магичка, более рассудительная и последовательная, чем наша мелкая гарпия.
— Это массовый глюк! — через несколько секунд нашлась Морка. Патологическое отсутствие какой-либо логики.
— Слышь? Как тебя…привидень? — ну не могу я его в среднем роде называть. У парня такая ярковыраженно мужественная наружность…аммм… Ну вот! Уже на призраков заглядываюсь! Пришло, пришло время плотнее заняться личной жизнью. — Может, проявишься? А то дамы тут совсем с ума сойдут от неизвестности. — Я кинула вопросительный взгляд на видимого только мне собеседника.
Тот тяжело вздохнул и…начал активно светиться. В прямом и переносном смысле! Тело его как будто окутал сияющий кокон серо-голубых тонов, а со стороны спутниц донёсся синхронный вздох изумления — увидали наконец, зоркие мои!
Затем сияние вдруг резко впиталось внутрь тела, и мужчина стал почти материальным. Черты лица и контуры тела приобрели бОльшую четкость. И я с удивлением обнаружила, что у собеседника синюшно-бледная кожа, а глаза невероятного салатового оттенка. Смотрелось всё это в совокупности с огненными волосами немного жутко.
— А-а. у-уг…ым-ик… Чур меня-а! — Морка, икая, начала лихорадочно креститься левой рукой, тихонько подвывая от ужаса. Магичка же старательно пыталась одновременно поднять с пола упавшую челюсть (правильно, чай не май месяц на холодном камне подбородок греть) и вернуть глазам присущую им обычно миндалевидную форму. А у неё большие глаза — удивлённо отметила я про себя, — очень большие. Как у окуня. Глубоководного. На палубе рыболовецкого траулера! И вообще… Чего-то она чересчур впечатлительная для боевой магини со стажем.
