- Не все должны становиться спортсменами, - морщусь, - активность же для ребенка полезна. Твой сын и сейчас в прекрасной форме.
- Он много занимается танцами. У меня был протест против этого, сейчас смешно вспоминать. Думал, не мужское дело.
Да, такое мнение немного в духе Волкова.
- А потом? - мне интересно.
- Он очень хотел. Впервые я видел такую решительность у десятилетнего мальчишки. И посчитал - пусть лучше будет танцором, чем сломанной куклой. Не стал продавливать. Хоть и не одобрял.
- Ну а сейчас ты признаешь свою ошибку? - поднимаю брови.
Волков свои сдвигает.
- Да, я умею признавать, что был не прав. Артем трудолюбив и уже многого добился в своей сфере. Бог с ним, с хоккеем. Я только понятия не имею, кто встанет во главе моего бизнеса позже.
- Можно нанять людей.
Петр качает головой.
- Здесь нужен человек заинтересованный.
Глупо или нет, но я задумываюсь - мог бы Никитка руководить бизнесом? Он еще малыш. Однако характер закладывается с детства. Мой сын достаточно смелый, а еще умеет вести за собой. Приятели уважают его. Насколько это возможно в их возрасте.
Боже, о чем я размечталась?..
Глава 7
Петра тем временем снова увлекла игра. Его сыновья вернулись и тоже все внимание направляют на лед. Я же гляжу туда вполглаза. А в остальное время тайком рассматриваю всех их. Насколько они похожи мимикой!
И втайне думаю, как хорошо было бы, восприми Петр нормально новость о сыне и общайся они все вместе.
Я даже не замечаю, как пролетает игра. Только урчание живота напоминает о времени. Сын, наверное, тоже проголодался. Надо ехать домой.
К Волкову кто-то подошел. Кажется, из наших - поблагодарить. Артем морщится и ловит мой взгляд.
- Интересно, это надолго? Хочу есть.
Улыбаюсь. Он тоже еще растущий организм.
- Мам, и я хочу есть! - поддерживает Кит своего нового кумира.
- Кира, может быть, поужинаем вместе? Здесь недалеко итальянский ресторан.
Артем проявляет вежливость или искреннее дружелюбие… Не знаю. Как и сомневаюсь, какой ответ дать.
- Едем заправляться? - а это уже старший Волков.
У того более конкретные реплики. Прикусываю губу.
- Мм, я даже не знаю.
Мне предательски не хочется расставаться с этими двумя. Петр вдруг наклоняется к моему уху. В гуле еще не пустого зала только я слышу его слова.
- Едем, Кира. С поцелуями лезть не буду. Обещаю.
Ахаю. Однако нахожусь с ответом.
- Ты не сдерживаешь обещания, которые не зависят от тебя, - в его льдистых глазах проскакивает огонь, - но в целом я не против хорошего ужина.
Я по традиции поддаюсь чувствам. Так происходит, когда поблизости Волков.
- Отлично, Кира! - радуется Артем. - Тогда не будем терять время!
Петр предлагает мне оставить машину и поехать всем вместе. Немного ворчу, что завтра мне придется пользоваться транспортом. Но в душе даже приятно расслабиться на пассажирском сидении. Давно я не доверялась заботе мужчины. Или вообще никогда?
Тёма и Кит усаживаются сзади. Кажется, говорят о компьютерных играх. Прислушиваюсь к их общению, сердце замирает от трогательности и страха. Как бы вел себя Артем, если бы знал, что Никита его младший братик? И более того - претендент на наследство отца. Хоть мы с сыном и ни на что не раскатываем губу, а Петр пышет здоровьем.
- Ты, наверное, устала? - Волков поворачивается ко мне в пробке.
Пожимаю плечами.
- Немного. И я еще не до конца отошла от удивления.
- А я думаю, почему ты молчишь.
Он усмехается. Он думал обо мне…
- Как будто обычно я тараторю без умолку, - хмыкаю, - на твоей вечеринке я толком не завела ни с кем разговор.
- Ты понравилась моей матери.
Этот мужчина хочет, чтобы я вообще остолбенела?
- Мм… рада, - не вру, - мне она тоже показалась очень приятной и элегантной. А она не поинтересовалась, почему ты пригласил простую знакомую за личный стол?
Ну вот, я разговорилась. Сглазили. Волков морщит лоб, трогается вперед.
- Моя мама - человек очень трезвомыслящий и приземленный. Это значит, что у нее не в привычке сидеть и надумывать что-то. Для нее твое присутствие за столом значило только… твое присутствие за столом. И что я захотел видеть тебя рядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Крутая черта характера.
Вот бы мне так!
- Да. Может быть, не совсем типичная для женщины.
- А твой отец? Он… - говорю, кажется, лишнее.
- Жив, здоров и доволен, - заканчивает Петр, а я выдыхаю, - он сейчас у океана, присматривает за нашим с ним бизнесом там. Из-за ситуации в мире не смог прилететь на мой праздник. Его потом могли не пустить обратно.
- Понятно, - поднимаю уголки губ.
У Волкова здоровые отношения со всеми членами его семьи. Это располагает. Остаются вопросы только о матери Артема. А у моего собеседника свой интерес.
- Твои родители, Кира… Где они? У меня сложилось впечатление, что у тебя нет их поддержки.
Прикусываю губу. У меня тоже есть правило в жизни - не жалеть себя. Но сейчас участливый тон мужчины щекочет за грудиной. Глубоко вздыхаю.
- Ты все правильно понял. Мать и отец разошлись, когда я была очень маленькой. В молодости он кочевал по разным городам. Где остановился - не знаю. Искать его нет желания. А мать никуда не пропадала. Сначала она родила сестру и скинула ее мне с бабушкой. Потом добилась продажи своей доли в бабушкиной квартире.
Волков сводит брови.
- Ты про это говорила на вечеринке?
- Да.
Петр не комментирует мои слова о матери. Да и что тут скажешь. Тем более, уже скоро мы подъезжаем к высокому горящему огнями зданию. На первом этаже большого бизнес-центра и располагается ресторан. Город уже погружается в сумрак, но жизнь, естественно, еще кипит.
Волков открывает мне дверцу, а его старший сын заботится о Никитке. Скоро мы все вместе входим внутрь. Интерьер самый обычный, в светлых тонах. Нас провожают к квадратному столу с двумя диванами.
Никита сразу садится к брату. Мы оказываемся рядом с Петром. Что же, хотя бы не придется ужинать под его прямые взгляды. Я оказываюсь напротив Артема.
- Здесь вкусное ризотто, - говорит парень, когда мы берем в руки меню.
- Да? - поднимаю брови. - Тогда, пожалуй, возьму себе с белыми грибами.
Пока думаю, чем кормить ребенка, тот сам за себя решает.
- Хочу мясо, мам!
Петр отвечает вместо меня.
- Ударим по стейку, Ник? Овощи-гриль с вешенками на гарнир.
Я киваю. Эти двое ударяют по рукам.
- Мам, хочу в туалет!
Прелести похода куда-то с малышом. А мой еще любитель надуться сока или газировки. Везде и всюду мы ищем санузел. Хорошо, в ресторане с этим не будет проблемы.
- Идем.
- Сиди, Кира, - останавливает меня Волков-старший, - Артем, сделаешь заказ.
Опять это непривычное чувство, когда что-то разрулили за тебя. Хотя эта эмоция приходит лишь мельком. Старший сын Петра заводит разговор, который отвлекает от всего на свете.
- Отец не доверяет женщинам.
А говорить что-то без лишних вступлений у них семейное.
- Мм?
Артем усмехается.
- Кир, я понимаю, между вами что-то есть. Мне же не пять. Но с отцом, скорее всего, будет трудно… А мне бы очень хотелось, чтоб он, наконец, был полностью счастлив.
Я морщусь легонько и подаюсь вперед. Сокращаю расстояние между нами, как будто мы собираемся посекретничать.
- Это из-за твоей матери? - кажется, я учусь прямоте.
- В том числе, - парень кивает, - мама жалела, что родила меня. И с радостью уехала в Европу, когда он дал ей развод. Условие - я остаюсь с ним.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тёма говорит кратко. У нас мало времени.
- И это не всё?
Собеседник машет головой.
- У него была гражданская жена, которая тайно избавилась от их будущего ребенка. У отца тогда был кризис в бизнесе, она засомневалась, что хочет привязываться к нему. Он узнал лишь позже. Когда все наладилось, и они начали пробовать завести детей.
