Илиану полностью устраивала роль простого наблюдателя, отведённая ей. Просто сидеть и смотреть, слушать и запоминать. Она, правда, честно пыталась вникнуть во все эти дела, но с непривычки скоро все эти люди начали раздражать её, и она запуталась, кто виновен, а кто нет. И как только у энтарха хватает сил и ума разбирать все эти дела?! Да ещё и так долго, без перерыва!
Илиана бездумно смотрела перед собой, надеясь только что выглядит не совсем дурочкой. Всё-таки управление страной наравне с мужчиной — не дело женщины. Теперь она понимала, как был прав отец, ограждая её от упорного умственного труда. Но она же помогала Картесу! Помогала, да. Но он, как теперь она понимала, тоже не особо утруждал себя государственными делами. У него были советники, бравшие основную нагрузку на себя. И только энтарх никому не мог или не хотел доверить заботу о своей стране. И это невольно вызывало в ней уважение.
В это время последний проситель ушёл и в зал вошли воины, ведя за собой связанного юношу. Они буквально вытолкнули его вперёд, так что он едва не упал. Одежда у него была в пыли, волосы местами свалялись, один глаза заплыл, на губах — кровь. Видно было, что его били. Юноша смотрел вниз перед собой, не обращая ни на кого внимания.
Следом за ним вошли двое мужчин и поклонились энтарху, с ненавистью косясь на юношу, да с такой, что даже она эту ненависть почувствовала.
— Змёёныш. Будь ты проклят! — Прошипел, не выдержав, один из них. Второй схватил его за руку, словно сдерживая.
— Простите, государь! — Обратился он к энтарху и поспешно склонил голову.
— Что случилось? — Илиана перевела взгляд на энтарха и поразилась, куда делся знакомый ей человек. Рядом с ней сидел идеальный правитель — гордый, статный, уверенный в своей силе и превосходстве. Руки его лежали на подлокотниках трона. Лицо напоминало каменную маску. Увидь она его сейчас в первый раз — подумала бы точно о правдивости тех слухов, что ходят про энтарха. Если бы не ракс, не та игра, что объединила их, Илиана была бы уверенна, что рядом с ней сидит энтарх как он есть, настоящий, жестокий, неприступный, не знающий жалости, то самое чудовище во плоти, о котором шла речь. Вот только она видела его другим. И понимала, что это — всего лишь маска.
— Государь — этот человек, — выплюнул слова первый мужчина — был другом моего сына. Несколько лет назад он пришёл в город и упал, обессиленный под окнами моего дома. Я принял его в свой дом, дал кров, еду и работу. Мой сын подружился с ним, а я относился к нему как к собственному сыну. Несколько дней назад я ушёл на рынок, а вернувшись увидел своего сына при смерти. Он уже был при последнем издыхании, а в груди у него торчал кинжал, мой собственный кинжал. А дома было всё перевёрнуто вверх дном. Я бросился к сыну, и он успел только прошептать имя этого проклятого змея: Варх, и умер.
Этого проклятого убийцы нигде не было. Я бросился его искать, поднял на ноги друга. И нашёл. Почти за городскими стенами. Он уносил в мешке награбленное добро. Хорошо Арс успел позвать стражей и его взяли с поличным. Я требую для него смертной казни! — Лицо мужчины искривилось в судороге то ли плача, то ли ненависти. Илиана едва не вздрогнула — такой ненавистью от него веяло.
— А ты что скажешь? — энтарх посмотрел на юношу.
Тот поднял голову и Илиана рассмотрела красивые, словно вырезанные умелым скульптором, черты юноши. Но если энтарх был красив какой-то своей, мужской красотой, то этот юноша напоминал скорее куклу или скульптуру, пресную в своей идеальности. И было что-то в его взгляде, что-то насторожившее её. Он мельком глянул на неё, а потом посмотрел на энтарха.
— Я невиновен. — И спокойно пожал плечами. — Я не знаю этих людей. Они поймали меня на дороге с моими вещами, избили и отдали под стражу. А теперь вот обвиняют в убийстве. — И взгляд открытый и ясный прямо перед собой, как у честного человека. Илиана засомневалась.
Первый мужчина услышав эти слова, вырвался из хватки второго и бросился вперёд:
— Да я убью тебя за моего мальчика! Ты, презренный змей! Собака! Как ты можешь так говорить!
Энтарх сделал едва заметное движение рукой и между мужчиной и этим юношей тут же встали воины.
— Государь, — мужчина тут же упал на колени, — прошу вас, судите справедливо! Он, что угодно может наплести. Язык у него без костей. Но мой сын пострадал безвинно. Неужели вы отпустите убийцу?
Юноша стоял спокойно и даже голову не повернул на крики мужчины. И кто из них прав? Наверное, нужно время, больше времени, чтобы выяснить, на чьей стороне правда. Несколько минут длилось молчание. Энтарх, что-то искал в свитке. Потом свернул его и спокойно произнёс:
— Варх, живший у купца Герава, приговаривается к казни через повешение.
— Что?! — Выдержка изменила юноше. Он рванулся к энтарху. — Я невиновен! Слышите, вы! Невиновен!
— Уведите! — Не обращая внимания на крики. Произнёс энтарх. — Приём окончен.
Купцы поклонились и исчезли, воины тоже.
Илиана уронила пылающее лицо на руки. Эхо криков несчастного юноши ещё стояло в ушах. Она теперь была почти уверенна в том, что он действительно невиновен, а энтарх — просто упивается совей властью и жестокостью. Он не захотел, а может не нашёл времени разбираться с таким сложным делом, опрашивать свидетелей и выяснять истину. Он — всего лишь любитель поиграть с чужими жизнями. И хотя разум осторожно подсказывал ей, что не вяжется такое поведение энтарха с тем, что она успела о нём узнать, она только отмахнулась от этих мыслей.
Вот он и показал своё истинное лицо. Илиана сжала губы. Что-ж, пора действовать!
Глава 6
Когда она подняла голову, энтарх уже покинул зал, в котором вёлся приём. Воины тоже ушли, оставив её одну. Вот и замечательно. Илиана постояла немного, успокоилась. Ей нужна холодная голова. Теперь у неё одна цель — выяснить, насколько правомерным был приказ казнить этого юношу и часто ли энтарх отдаёт такие приказы. А для этого ей нужны бумаги. То ли свиток, в который он заглядывал на приёме то ли те, которые вёл
