6
Азран злился.
Легендарный прорицатель мерил шагами свою комнату. Вокруг плавали в воздухе порождения мрака, ожидая команды — и не получая ее. Никто не мог помочь ему воссоздать череп Илака, мастера предвидении.
Именно этого жаждал Азран.
Он вздохнул. Предвидение, предзнание. Ялака оно не спасло. И череп его, доставшийся Азрану, тоже. Чародей не раз с тех пор использовал этот череп. И никогда он не говорил сам, по собственной воле. Чего-то недоставало.
Снаружи появилась чья-то крылатая тень. Азран, прекратив бесцельно расхаживать, выглянул на балкон.
Его ждали. Искатель мог бы с легкостью разорвать его в клочки — но он подчинялся. Это был его искатель. Как, впрочем, и все остальные. Существа более древние, чем сами Короли-Драконы, — они ничего не могли противопоставить мощи колдуна. Рабы Азрана, искатели были его глаза и уши во внешнем мире.
Искатель пал на колено. Чародей мягко положил руку ему на голову. Это было отнюдь не заботой — старый некромант не любил никого. Ни последнюю жену, ни умерщвленного брата, ни сына, ни тем более отца. Симпатии в его жесте не было. Так он передавал информацию — от себя птице и обратно.
Перед ним сложилась картинка Тиберийских Гор. Стало быть, это тот шпион, которого он посылал к Королям-Драконам. А где же, однако, второй? Он опустил голову — разум должен быть чист для контакта. Он отбросил все остальное, сконцентрировавшись только на образах.
Слова рептилий звучали точно так же, как расслышал их искатель. Чародей удовлетворенно кивнул: как и предполагалось, Короли двинулись в поход.
Азрану вспомнилось, как он пинал осколки разбитого черепа. И почему в его работе одни вечные загадки? Вышел бы кто из темноты да сказал прямо… А то разгадывай, разгадывай… И где это записано, что темное искусство должно состоять из одних загадок? Сложно — это понятно, иначе каждый дурак поганил бы своей магией землю. Но постоянные загадки и тайны надоели ему дальше некуда.
Он почувствовал, что контакт нарушился. Впрочем, искатель уже сказал все сколько-нибудь важное. Теперь он ждал новых распоряжений. Азран задумался. Куда как проще, если бы вернулись оба. Впрочем, он знал, что пока искатель не выполнит миссию, он даже не подумает о возвращении. Придется составить план без учета его информации.
Пенаклес. Вот ключ к назревающему кризису. Азран давно планировал отобрать город у Грифона, но он прекрасно понимал, что птицелев мог набраться там самых разных знаний — и это удерживало его. Всем было хорошо известно, что мощь Королей-Драконов крылась в Пурпурном. Золотой был силен, но правил лишь потому, что его брату не было дела до трона.
Однако его отец уничтожил Пурпурного. Между прочим, без помощи Рогатого Клинка. Старик маг был далеко не дурак; в молодые годы он нипочем не пошел бы против Короля-Дракона безоружным. С проклятием он помянул потерю своего меча. Ну кто бы мог ожидать, что один из Королей окажется поблизости, когда свершится убийство Ялака? Бурому, чьи земли вымирали от чар Хозяев, тоже был нужен такой клинок.
Для него молодой колдун был мелкой сошкой. Азран как раз довершал заклинание для контроля над черепом Ялака, когда появился Король-Дракон — и схватил клинок.
Противодраконий меч в драконьих лапах. Смешно. Было бы смешно…
Но Азран чувствовал нечто необычное. Рогатый Клинок двигался к Пенаклесу. Он попробовал крови Короля. Только так можно было оживить силу клинка. Клинок был у другого — и силы этому другому было не занимать. На совпадение было не похоже. Азрану был необходим шпион в Городе Знаний.
Он обратил внимание, что искатель все еще стоит и ждет приказа, не отводя кровавых хищных глаз от хозяина. Интересно, что было бы, если бы его освободили от чар? Ясно, что разорвал бы на кусочки. Птицы всегда его ненавидели. Ну и что? Боятся — и ладно.
Его новые приказы были просты и кратки. Следить за путником, у которого меч. Спрятан меч или нет — не важно, искатель учует. В то же время надо собирать информацию о Грифоне и его действиях. Безо всякого сомнения, правитель Пенаклеса уже готовится к войне. Грифон наверняка предвидит опасность. Коварен и хитер он почти как сам Азран.
Искатель крякнул, чтоб показать, что все понял, и раскрыл крылья. Азран отступил, -давая ему место взлететь. Рано, рано давать ему приказ. Еще не известно, у кого меч. Хотя что остается… Он почесал подбородок. Меч сейчас где-то около…
Азран даже подскочил. Впившись взглядом в карту, он отыскал интересующую его точку. Конечно, усадьба чуть в стороне от тропы, но он предчувствовал: мимо меч не пройдет. Там еще драконихи, но любой дурак, владеющий толикой силы, сможет удержать их мечом в повиновении.
«Поздно, — подумал он. — Она уже свободна».
Когда-то она предпочла ему отца. Это был удар. Ну что ж, он отомстил — она не досталась никому, и ему в том числе. А вот посмотреть на нее хотелось.
Сморщенная рука почесала лысую морщинистую голову. Уже давно он не тратил времени на то, чтобы приготовить как полагается эликсир молодости. Было не до того. Скоро он снова помолодеет. Скоро его шедевр будет закончен. Он манил его, словно наркотик.
Старик произнес не слишком сильное заклинание и открыл проход к самой запретной и тайной своей лаборатории. Только он мог пройти этим путем. Всякий другой, вздумай он вступить в дверь, оказался бы телепортирован в какое-нибудь гнусное место. Азран не мог допустить помехи в таком важном деле.
Это была его цитадель и его святая святых. Пусть враги разнесут на куски весь его замок; все, что они найдут, — это несколько жалких чар. Но тот, кто отважится вторгнуться сюда, — получит все, на что только способен старый маг.
Секрет его шедевра был крайне прост. Каждый раз, когда он заходил сюда, он оставлял частичку своей силы. И магия росла. Это оставляло его на время без сил — но дело того стоило, еще как стоило. Он знал, чего добьется этим со временем.
Нечто, не принадлежащее ни одному из истинных миров, подползло к нему. Азран одним движением прогнал его обратно. Вторым заклинанием пришлось убрать вонищу, которую это нечто оставило после себя. Колдун сморщил нос: возня с этими созданиями не стоила усилий. Приучить их хотя бы к чистоте.
Медленно, почти как в танце, он развернулся в сторону длинного черного ящика в центре лаборатории. Длины его хватило бы, чтобы вытянуться самому могучему удаву. Ширина же и высота чуть превосходили длину хозяйской руки. Он любовно погладил крышку: ведь внутри содержалась, по сути дела, часть его существа. Мощи, заложенной туда, хватило бы на сотню других мощных чар и еще осталось бы. Азран открыл крышку. Это будет его победа, его триумф. И Королевства падут к его ногам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
